соглашался дядя, потрясая серебряным столовым ножом. – Мне Мейбл тоже как сестра! И я первым узнал!
– Ладно, – вдруг согласился отец, примирительно поднимая руки. Правда, вилка придавала этому жесту несколько странный вид. – Давай договоримся иначе… Мы его поделим.
– Давай. – Дядя заинтересованно склонил набок голову и почесал в затылке ножом. – Но как?
– Элементарно! – усмехнулся мой покойный отец. – Тебе правая половина, а мне – левая!
– О! – уважительно поднял палец дядя. – Сразу видно юриста! Согласен!
Я дернулся, сел на постели и потряс головой, пытаясь избавиться от на диво яркого и правдоподобного сна. Приснится же такое!..
Уже занимался рассвет, и я решил, что пора действовать.
Перекусив на скорую руку (Ларример смотрел на меня с укоризной, но помалкивал, считая, видимо, что меня настигло какое-то обострение, а сумасшедших раздражать опасно), я снова отправился в путь. На этот раз я намерен был добиться встречи с дядей Эдвардом во что бы то ни стало! Жаль, конечно, что он – не Хоггарт и кактусом его не напугаешь, но я и так могу быть достаточно убедительным. Проблема в том, что он тоже Кин, а значит, моему напору может противопоставить фамильное упрямство!
– Господин никого не принимает, сэр, – предсказуемо отреагировал на мой вопрос тетушкин дворецкий. – Он крайне занят.
– Передайте ему, что его желает видеть Виктор Кин, – сказал я, – и что у меня к нему серьезный мужской разговор, не терпящий отлагательств.
– Сэр, мистер… – Дворецкий слегка сбился, но тут же выпутался: – Мистер Эдвард Кин приказал…
– Ладно, Бартоломью, оставьте, – раздался знакомый голос. Оказывается, дядя все это время прислушивался к разговору, стоя на площадке второго этажа. – Если уж дошло до серьезных мужских разговоров, то дела мои могут подождать…
– Как вам будет угодно, сэр, – церемонно ответил тот и удалился.
Эдвард спустился и пристально посмотрел на меня. Очевидно, что-то в выражении моего лица его насторожило, потому что он вдруг нахмурился.
– Быть может, пройдем в сад, чтобы не тревожить Мейбл? – предложил он.
Сирил, случившийся поблизости, вытаращил глаза: обычно я уводил его в сад, подальше от тетушкиных ушей, чтобы устроить очередную выволочку. Я молча показал ему кулак, и кузен испарился.
– Да, пожалуй, – сказал я.
Из гостиной доносился жизнерадостный смех тетушки Мейбл, перебиваемый густым басом полковника. О моем визите они не знали – я приказал покамест не докладывать обо мне, а машину оставил так, чтобы ее нельзя было увидеть из окна.
Мы вышли из дома и неторопливо направились в сад. Судя по всему, полковник Стивенсон уже успел задать взбучку ленивому садовнику, поскольку дорожки оказались расчищены (и местами даже прополоты) и посыпаны гравием, а сухие ветки спилены. Не все, конечно, сад достаточно большой, но тем не менее прогресс был налицо. Еще бы кусты подстричь и лужайки, но за этим дело не станет, я уверен…
– Итак… – первым заговорил дядя, вынимая портсигар. – Кстати, вы не возражаете, если я буду называть вас по имени и попрошу о взаимности? Не то беседа наша будет выглядеть вовсе уж нелепо!
– Никоим образом не возражаю, дядя Эдвард, – кивнул я.
– Лучше без «дяди», – поморщился он. – Не то я начинаю чувствовать себя каким-то патриархом…
Я усмехнулся, поскольку испытывал те же чувства, когда многочисленные племянники называли меня «дядей Виктором». Хорошо еще, видел я их нечасто!
– Курите? – предложил он.
– Нет, благодарю, – отказался я, размышляя, с чего бы начать, но Эдвард меня опередил.
– Кажется, я догадываюсь, о чем пойдет речь, – сказал он, раскуривая крепкую сигарету. – Очевидно, кто-то увидел… либо вы сами заметили, как я подвозил очаровательную мисс Флип. А языки в Блумтауне длинные, уж мне ли не знать!
– Э-э-э… – только и смог я произнести. – Мисс Флип?
– Ну да, – удивленно покосился на меня Эдвард. – Насколько я понял, имеет место некая приязнь между вами и этой девушкой, но…
– Нет-нет! – чуть не вскричал я. – Ничего подобного. Видите ли, это следствие дурной шутки Сирила, которому хватило ума прикинуться мной. В итоге все разъяснилось, но родители этой девушки, завидев меня, переходят на другую сторону улицы. Кажется, у них острая аллергическая реакция на нашу фамилию…
– У них – возможно, не имею чести быть представленным, – усмехнулся дядя, – а вот у мисс Флип подобных симптомов я не заметил. Премилая молодая особа.
– Увы, воспитание ее оставляет желать лучшего, – вздохнул я, понимая, что, во-первых, разговор зашел куда-то не туда, а во-вторых, мы за глаза обсуждаем девушку, а попросту – сплетничаем, что для джентльменов не слишком-то прилично!
– Да? Не обратил внимания, если честно, – ответил Эдвард. – В Австралии нравы проще, так что я давно отвык подмечать подобные мелочи… Но и правда, я как-то сразу не сообразил, а она не возражала, когда я предложил ее подвезти…
– В Австралию вас занесло в поисках приключений? – спросил я, пытаясь вернуть беседу в нужную колею.
– Нет, – коротко сказал он, явно не собираясь развивать тему. – Виктор, раз дело не в мисс Флип, тогда в чем же? Вид у вас крайне серьезный!
– Видите ли, Эдвард… – медленно начал я. – Мне хотелось бы прояснить детали одной старой истории, имеющей к вам и тетушке Мейбл самое непосредственное отношение…
Он вопросительно приподнял брови:
– И что же это за история?
– Полагаю, имя Джона Эддерли вам о чем-то говорит? – спросил я.
– Допустим. Что дальше?
– Многие считают, что его убил мой отец, защищая на дуэли честь сестры, – сказал я напрямик, поняв, что обиняками от Эдварда ничего не добиться. – А вы, пожалуй, единственный, кто может пролить свет на события давно минувших дней. Возможно, что-то знает мистер Клариджес, но его мне разговорить не удалось…
– Добрый старый Клариджес… – вздохнул дядя и прикурил вторую сигарету. – Так чего конкретно вы от меня хотите, Виктор?
– Я хочу знать правду, – ответил я и решил немного смухлевать. – Считается, что Эддерли застрелил на дуэли мой отец, а вину за это свалил на вас. Либо же вы сами взяли вину на себя… Историю замяли, но вам пришлось уехать. Это все, что мне известно. Но что же произошло на самом деле?
– Вы действительно хотите узнать? – покосился он на меня.
– Да.
– А если все это правда? – задал Эдвард коварный вопрос. – Что, если слухи не лгут? Случается и такое, знаете ли…
– Что ж, – пожал я плечами, ощущая неприятный холодок в груди. – Значит, мне придется как-то с этим жить. Но это лучше, чем мучиться неизвестностью и гадать, как все было на самом деле…
– Ну ладно, – сказал дядя. – Вы сами этого хотели, Виктор.
Я кивнул, ожидая продолжения. Эдвард помолчал немного, потом произнес:
– В сущности, вам все известно, я могу только добавить кое-какие
