Читаем без скачивания ПСС. т.9 Неуловимая Фламини - Картер Браун

— Может, он мечтает о награде Академии, — предположил я.

— Успокойся, милая. — Джейми снова потрепал ее голое бедро. — Я не против перевести дух, чтобы подзарядить свои батарейки. И кроме того, он же платит нам пятьдесят баксов за рабочий день, верно? Какой же смысл нам спешить?

— Если я слягу в больницу с воспалением легких, мне уже будет не до пятидесяти баксов. — Она соблазнительно вздрогнула. — Ты решишь, что я рехнулась, — но, может, нам погреться за бесплатно? Пока я не окоченела окончательно.

Джейми, очевидно, не счел эту идею такой уж дикой, и я подумал, что если он согласится, то я буду третий лишний, если только не притвориться кинооператором. Но я твердо задвинул эту соблазнительную мысль обратно.

— Я ищу Маризу, — светским тоном объявил я.

— А? — без тени любопытства протянула рыжая. — Какую Маризу?

— Или Трисию, — продолжал я.

— О! — Джейми на секунду оживился. — Чудное имечко.

— Ты знаешь ее? — повернулся к нему я.

— Нет, — равнодушно ответил он. — Но был бы не против познакомиться. Девочка с таким именем должна быть тоже чудной. — Но тут он взвизгнул, потому что рыжая больно ущипнула его за интимное место.

— Не забывай, на ком ты женат, беби, — угрожающе произнесла она.

— А Бонни Адамс? — сделал я последнюю попытку. — Она появляется здесь?

— Это такая придурошная брюнетка? — переспросила Джекки.

— Да-да, — обрадовался я.

— Она здесь крутилась, — подтвердила та. — Только мне кажется, они с Дэнни подрались, потому что она уехала сразу, как только мы пришли.

— Как подрались? — удивился я.

— Ну так. — Джекки, подумав, кивнула сама себе. — Как еще назвать, если она дала ему пощечину, врезала ногой под коленную чашечку, да еще свалила на пол, пока он скакал на одной ноге!

— Ты меня убедила, — честно согласился я. — А вы не знаете, где мне ее найти?

— Лос-Анджелес, Нижний город, — выпалил адрес в одну секунду Джейми. — Ее нора на верхнем этаже, скорее даже на чердаке. — И тут он снова взвизгнул, еще громче, чем прежде, и уставился на красные следы ногтей на своей груди. — Теперь-то какого черта?

— Откуда это ты столько знаешь про эту дамочку? — прошипела Джекки. — И где она живет, и как добраться, и все прочее?

— Миленькая, — взвился он, — ты помнишь, как мы первый раз сюда попали?

— Конечно, — фыркнула она, — мы пришли по объявлению в журнале. Ты сначала сходил к автору объявления и договорился, а потом мы начали здесь работать, так?

— Так, — сквозь стиснутые зубы процедил он. — А кто автор объявления?

— Дэнни Бридже, кто же еще? — удивилась она.

— Неправильно. Попробуй еще раз.

Она расширила глаза.

— Эта дамочка? Бонни Адамс?

— Угадала, — ядовито произнес он.

— Джейми, котик, — со слезами в голосе взвыла рыжая. — Прости меня!

— Ладно, замнем для ясности.

— Мое сердце разорвется! — стонала она. — Простишь ли ты меня когда-нибудь?

— Я сказал — замяли!

— Ты не хочешь поцеловать меня?

— Нет! — рявкнул он.

— Как же мне искупить свою вину, котик?

— Заткнуться немедленно! — выделяя каждый слог, ответил он.

— Я заслужила наказание за то, что не верила тебе, — еще громче продолжала она. — За то, что обидела моего Джейми. Ты должен наказать меня, котик, за то, что я такая скверная!

— Ладно, — прорычал он и, размахнувшись, дал ей пощечину, которая хлопнула, как взрыв, и рыжая, перевернувшись через голову, свалилась на пол по другую сторону кровати.

— Думаешь, ей теперь полегчало? — рискнул поинтересоваться я.

— Ей — не знаю, — как ни в чем не бывало ответил он. — А мне так точно.

— Интересная у вас семейная жизнь, — невольно восхитившись, заметил я.

— В ней есть свои плюсы и минусы. — И вдруг он схватился за голову. — Я идиот! Полный кретин!

— Потому что ударил ее?

— Потому что ударил ее туда, где видно! — расстроенно объяснил он. — Дэнни обожает показывать лица крупным планом в момент оргазма. — Его голос вдруг стал на октаву выше, когда он осознал масштаб своей вины. — Дьявол! Это может обойтись нам в стоимость двух рабочих дней!

Когда я снова оказался на пороге дома, ответственный продюсер медленно подымался на ноги, цепляясь обеими руками за перила.

— Не торопись, — сказал я ему. — Все равно пленка кончилась.

— Как — кончилась? — не поверил он.

— Один взгляд на меня без одежды — и они оба впали в такую страсть, — скромно пояснил я, — что это будет еще более великий сексуальный боевик, чем «Нерон и нимфоманка». Я предложил назвать его просто «Нерон», но Они решили, что название должно быть длиннее. Что-нибудь вроде «Нерон и его Сами Знаете Что»! Может, они и правы.

— Держись от меня подальше, Холман, — пробормотал он. — В следующий раз ты живым не уйдешь!

— Ты славно загорел здесь, Дэнни, крошка, — помахал я ему. — Тебе надо чаще отдыхать. Как только захочешь повторить, я всегда к твоим услугам. Звони!

Глава 4

Это была одна из тех улиц Нижнего города Лос-Анджелеса, где дома стоят вертикально лишь благодаря тому, что наваливаются друг на друга, а жители при вашем приближении начинают смотреть в сторону, делая вид, что они здесь тоже гости. Я вскарабкался пешком на четвертый этаж, обождал, пока восстановилось дыхание, и постучал в дверь. Нажима пальцев оказалось достаточно, чтобы дверь медленно отворилась, открывая вид на чердак: длинная узкая комната с пылью, пляшущей в солнечном луче, который высвечивал потертое кресло и фигуру в нем.

Я сразу узнал брюнетку с армейской стрижкой, которая снималась вместе с Маризой в том порнофильме, который показал мне Варгас прошлой ночью. В просторном свитере и линялых джинсах она сидела так, словно ее швырнули в кресло, и в глазах у нее застыло выражение беспредельного ужаса. Дыры в свитере указывали места, куда снова и снова входил нож; трикотаж стал жестким, напитавшись кровью. Я тихо закрыл за собой дверь и подошел к телефону, стоявшему на обшарпанной тумбе. Девушка в приемной Торгово-банковского треста Камерона скептически отнеслась к моему заявлению, что мне нужно срочно поговорить с мистером Камероном, и мне пришлось ждать целую вечность, пока у меня в ухе не пролаял знакомый голос. Я сообщил ему, что нашел его дочь, дал адрес и объяснил, что для него жизненно важно приехать немедленно. Прежде чем повесить трубку, я с помощью носового платка удалил отпечатки пальцев.

Чтобы обыскать чердак, мне хватило пяти минут. Там висела, лежала только ее одежда. Все остальное исчезло: ни записной книжки, ни документов, ни денег, ни украшений. Даже в кухне не осталось ничего, за исключением полубанки растворимого кофе и остатков сливок в крошечном холодильнике.

Минут через пятнадцать я открыл входную дверь, но вместо Клайда Камерона на пороге стоял незнакомый молодой человек чуть за тридцать. Белокурые волосы подстрижены по последней моде, а голубые глаза, казалось, еще в утробе матери приобрели выражение тотального недоверия. Ему меньше всего подходило стоять здесь: костюм от Севиль Роу, рубашка от Пьера Кардена, и все остальное соответственно. Ровный загар, доведенный до совершенства под ультрафиолетовой лампой, лосьон после бритья, благоухающий сосновой хвоей, — мое чувство смутной неприязни к нему стало перерастать в нечто более основательное.

— Вы Холман? — Непреходящее пренебрежение в его голосе вполне соответствовало внешнему облику.

— Да, — кивнул я, — а вам какого черта здесь надо?

— Я Саймон Камотт, — снизошел он. — Где Трисия?

— Вам тут нечего делать, — отрезал я. — Пойдите скажите мамаше Камотт, чтоб она вас покрепче запирала в комод.

— В рифмы поиграем в другой раз, — сухо оборвал он. — Я пришел по поручению Клайда Камерона.

— Вы работаете у него?

— Официальное название моей должности — личный ассистент.

— Он так занят, что не смог сам приехать к родной дочери? — полюбопытствовал я. — Которую не видел четыре месяца?

— Какое ваше дело? — огрызнулся он. — Кроме того, я собирался жениться на Трисии. То есть все еще собираюсь!

— У вас с этим будут сложности, — усмехнулся я.

Он напрягся.

— С Трисией что-то случилось?

— Поглядите сами. — Я отошел в сторону.

Толкнув меня, он шагнул в комнату и замер, увидев девушку, брошенную в кресло.

— О Господи! — выдохнул он. — Кто это сделал?

— Хороший вопрос, — одобрил я.

— Какой-то маньяк. — Он тихо присвистнул сквозь зубы. — Одно дело — постоянно читать о подобных вещах в газетах, а другое — увидеть своими глазами.

— Когда вы видели ее последний раз? — спросил я.

— Кого? — Он посмотрел на меня непонимающе.

— Трисию Камерон, — рявкнул я. — Кого же еще?