— Я долго расспрашивал Воргидина, — сказал Чарли Бэкс Архивариусу. — Никогда не доводилось мне встречать человека, более уверенного в себе и лучше знающего, чего он хочет, что любит и во что верит. Когда я заговорил о торговле, он первым делом спросил: «А зачем?». За всю мою сознательную жизнь этот вопрос не пришел мне в голову ни разу. Я только и делал, что пытался купить подешевле, продать подороже — как все. А Воргидин допытывался у меня: «Зачем это нужно?». Тогда я вспомнил о пригоршне самоцветов, ушедших в оплату какого-то ширпотреба; о чистом ниобии, проданном по цене марганца. Один перекупщик назвал бы Воргидина за это дураком, другой бы воспользовался его щедростью, чтобы обогатиться: как в старину европейцы за дешевые бусы выменивали у туземцев слоновую кость. Впрочем, случаи бескорыстной торговли известны — она ведется по этическим или религиозным соображениям. А может быть, просто-напросто сопланетники Воргидина богаты. Может быть, на Вексфельте всего навалом и единственная цель торговли его с другими планетами поглядеть, как сказал Воргидин, «что творится на свете, далеко ли шагнула наука»? Тогда я спросил у него об этом без обиняков.
Он взглянул на меня так, что мне показалось, будто я утонул в бездонных озерах голубых глаз Тамбы… — но гляди, дружище, не вздумал проболтаться об этом старику, — как будто хотел просветить меня рентгеном. И наконец ответил: «Да, мы, наверное, богаты. Нам не хватает совсем немногого». «И все же, — сказал я ему, — торговать нужно с выгодой.» Он усмехнулся и покачал головой: «Надо лишь окупать затраты, иначе игра потеряет смысл. Если же заняться тем, что ты именуешь настоящей торговлей, в конце концов получишь больше, чем имел изначально, а это несправедливо. И так же неестественно, как уменьшение энтропии во Вселенной. — Он помолчал, потом спросил: — До тебя не доходит?». Я признался, что не доходит и, видно, никогда не дойдет.
— Продолжайте.
— К спутнику Лэте вексфельтиане подвели ответвление Хода, ведущее напрямик к их родной планете. Я уже говорил, что мне казалось, будто Вексфельт находится вблизи Лэте, но это не так.
— Ничего не понимаю. Ходовые туннели — общественная собственность. Почему же Воргидин не воспользовался тем, который есть на самой Лэте.
— Не знаю, сэр. Если только…
— Что?
— Я просто вспомнил о пьяной толпе, пытавшейся поджечь звездолет.
— Да, конечно. Значит, ответвление на спутнике Лэте просто мудрая предосторожность. Я всегда считал — а вы подтвердили мое мнение, — что на других планетах вексфельтиан недолюбливают. Но вернемся к сути дела. Итак, вы совершили Ходовой скачок.
— Да, — отозвался Чарли и смолк, вспомнив, как у него захватило дух, когда черное, осыпанное крупинками звезд небо в мгновение ока сменилось огромной дугой окруженного лиловым ореолом горизонта. То тут, то там виднелись зеленые, золотистые и серебристые извивы — как у мрамора дорогих сортов. Внизу поблескивало хромом безбрежное море. — Быстро подошел тягач, и мы сели без труда. Космопорт значительно уступал тому, что на Лэте: десяток ангаров, под ними склад, а вокруг помещения для пассажиров и работников порта. И никаких таможеннкой — видимо потому, что инопланетные корабли на Вексфельт почти не летают.
— Разумеется, — подтвердил старик.
— Мы разгрузились прямо в ангар и ушли.
Первой шла Тимба. День выдался солнечный, дул теплый ветерок, и если сила тяжести на Вексфельте отличается от земной, Чарли этого не заметил. Никогда еще не дышал он таким свежим, прозрачным, опьяняющим и одновременно теплым воздухом. Тамба остановилась у бесшумного фуникулера, оглядывая подножие сказочно красивой цепи гор: ровные склоны, колючий хвойный лес на полпути к вершине, серые, коричневые и охряные утесы да слепящая белизной снежная шапка, вывешенная на макушку сушиться. Словом, хоть сейчас снимай видовую открытку. Перед горами лежала равнина, окаймленная с одной стороны их подножием, и с другой стороны рекой. Дальше начиналось море; его словно ласковой рукой обнимала полоска пляжа. Когда Чарли подошел к погрустневшей девушке, разыгрался проказник-ветер, закружил вокруг них, и ее короткое платьице поднялось и опало подобно тучке. У Бэкса одеревенели ноги, зашлось сердце и перехватило дух — такая красивая картина получилась. Он стал рядом, бросил взгляд на людей внизу и в фуникулерах и понял, что одежда в здешних местах отвечает лишь двум требованиям — красоты и удобства. Все вокруг — мужчины, женщины, дети носили то, что им нравилось: ленты или халат, сабо или пеней, кушак, кильт или вообще ничего. Ему вспомнилась удивительная строка Рудовского, давно умершего поэта-землянина, и он вполголоса прочел ее: «Скромность не так доступна, как честность». Тамба с улыбкой повернулась к нему — она, видимо, решила, что эту крылатую фразу придумал он сам. Чарли тоже улыбнулся и не стал разубеждать девушку.
«Ты не против немного подождать? — спросила она. — Мой отец вот-вот подойдет и мы двинемся домой. Ты поживешь у нас. Договорились?»
О чем речь?! Кто откажется еще немного постоять в окружении разноцветных гор, послушать неумолчное адажио моря?!
У него не хватило слов для ответа — он лишь взметнул сжатые кулаки и закричал во всю мощь легких, а потом расхохотался и на глаза ему навернулись слезы счастья. Не успел Чарли успокоиться, как к ним подошел покончивший с формальностями Воргидин. Бэкс встретился взглядом с Тамбой, она охватила его локоть обеими руками, а он все хохотал и хохотал. «Вексфельтом объелся», — пояснила она Воргидину. Тот положил мощную ладонь Чарли на плечо и засмеялся вместе с ним. Наконец Бэкс успокоился, смахнул слезы, застлавшие глаза, и Тамба сказала:
«Ну, пошли.»
«Куда?»
Она тщательно прицелилась и указала на росшие вдали три стройных дерева, похожие на тополя. Они ясно выделялись на изумрудной зелени луга.
«Но я не вижу там никакого дома…»
В ответ Воргидин и Тамба рассмеялись: замечание позабавило их.
«Пойдем.»
«Но разве не надо ждать?»
«Больше не надо. Вперед.»
— Хотя до их жилища было рукой подать, — рассказывал Чарли Архивариусу, — из космопорта его не видно. Кстати, это просторный дом, со всех сторон окаймленный деревьями. Они даже сквозь него растут. Я жил там и работал. — Он указал на папку: — Работал над всем этим. И мне никто не отказывал в помощи.
— Неужели? — казалось Архивариус впервые заинтересовался рассказом Чарли всерьез. Или, может быть, по-новому? — Они, говорите, помогли вам? Так, по-вашему, им хочется торговать с нами?
Ответ на этот вопрос должен был, по-видимому, стать решающим. Поэтому Чарли заговорил, осторожно подбирая слова:
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
