— сто пятьдесят.
— Пол фунта золота, когда мы раскатаем москвичей! Слышите⁈ От вас только зависит…
Возницы моментально ускорились, словно приняли волшебного эликсира, приготовленного одним друидом. Мигом повозку освободили от поклажи, начав спора укреплять ее каркас. Молотками лупили по железным ребрам, вставляя их в специальные пазы. За какие-то минуты самая обычная повозка обросла железным скелетом, на который тут же стали крепить металлические листы брони.
— Соколы! Орлы, б…ь! Давно бы так! — восхищенно прокричал Дмитрий, едва не хлопая в ладоши. Первый танк просто на глазах вырастал, становясь похожим на металлическую черепаху. — Трубу ровнее! Ровнее, говорю, а то сгорите с этим говеным огнеметом, к черту! Орлы! За золото пирамиды построят… или, б…ь, разберут по камешку… Давай, давай, а я к воеводе.
Вскочив на свою лопоухую лошадку, он с силой воткнул ей в бока каблуки своих сапог! Четвероногое животное едва удар не хватил от такого издевательства. К другому привыкла: к ласке, к сладкой морковке по утрам, доброму почесыванию за ушами.
— Гони, б…ь! — парень еще и хлестанул вдобавок плетью по хребтине. — Молнией… Ух!
Лошаденка в ответ и вспомнила молодость, рванув с места в карьер. Дмитрия чуть вкинуло из седла от немыслимого рывка. Еле-еле удержался, вцепившись изо всех сил в гриву лошади.
— Ну⁈ — у ног Голицына, стоявшего с подзорной трубой на небольшом пригорке, парень свалился с лошади и покатился кубарем. Правда, тут же вскочил на ноги и уставился в сторону противника. — Что там?
— Ничего, — меланхолично пробормотал воевода. Смирился, походу, уже с поражением и мысленно примерял на себя или дыбу, или веревочную удавку. — Парламентера, наверное, готовят, а может резервы ждут… Какая, собственно, разница? Они нам все равно не по зубам.
Внимательно рассматривая боевые порядки врага, Дмитрий недовольно покачивал головой. Враг, и правда, выглядел очень внушительно. Дальняя часть поля была занята пехотинцами, выстроенными в идеально стройные каре. Приковывали взгляд изумрудно-зеленые мундиры, ярко блестели начищенные панцири, колыхались на ветру разноцветные знамена. На одинаковом удалении от пехотных рядов стояли пушки с застывшими возле них расчетами. На флангах виднелись рейтары с выставленными к небу пиками.
— Красиво, конечно, — проговорил парень, оценивающе скользя взглядом по идеально выровненным воинским порядкам. — А сейчас мы посмотрим, как эта вся красота на авиацию и танки реагирует…
Дмитрий вытащил из наплечной сумки небольшую пороховую ракету, обычный фейерверк. Ловко приладил ее на палку и поджег. Продолговатое брюхо ракеты с угрожающим шипением тут же рвануло в небо, где через секунду расцвело красивым красным цветком.
— А теперь смотри, воевода, что дальше будет, — парень махнул рукой в сторону противника. — Моим архаровцам на всю эту красоту плевать с высокой колокольни…
Едва остатки фейерверка растворились в воздухе, в небе послышались непонятные трубные звуки.
— У-у-у-у-у-у-у! — гудело в небе, заполняя воздух тяжелым гудящим звуком. — У-у-у-у-у-у-у!
Один за другим воины начали задирать головы, пытаясь что-то рассмотреть в небе.
— У-у-у-у-у-у! — продолжало реветь в небе. — У-у-у-у-у!
Вдруг, из ближайшего облака, нависшего над самыми деревьями, вынырнул первый дельтаплан, словно хищная птица тут же рванувшая на добычу. Через мгновение появился второй, затем третий, четвёртый.
— У-у-у-у-у-у! — ревело все громче и громче над их головами. Кое-кто из воинов по обеим сторонам поля уже сидел на заднице, закрывая уши руками. — У-у-у-у-у-у!
Пятый дельтаплан, появившийся последним, выглядел просто настоящим монстром. Это был один из уцелевших прототипов бомбардировщика, поднимавший почти сотню килограмм полезного веса помимо самого пилота. Все остальные громадины, к сожалению, разбились в горах при последней атаке на столицу Крымского ханства.
Было видно, как от дельтапланов, скользящих над московским войском, начали отрываться и падать вниз небольшие мешочки. Касаясь земли, они тут же взрывались, разбрасывая вокруг горящую жидкость.
— Смотри, смотри, воевода, сейчас гигант бомбить начнет! — Дмитрий едва не приплясывал от возбуждения. — Ты такого еще не видел!
Дельтаплан-гигант должен был опробовать одну новинку — гранаты с горючей жидкостью, подрываемые в воздухе. Пороховой запал у этих изобретений был особенно короткий, буквально на секунду-полторы горения.
— Гляди!
Со стороны казалось, что гигант застыл в воздухе. Из его объемного брюха вырвалось множество черных точек, которые начали взрываться, не долетая до земли. Разливавшийся спирт мгновенно превращался в огненные капли, которые лились вниз настоящим дождем.
— А теперь на сцене появляются шайтан-мобили! — вскричал Дмитрий, словно опытный дирижер размахивая руками.
Бодро катившие по полю повозки совсем не походили на те неуклюжие поделки, которые применялись против крымчаков. Здесь уже был крепкий металлический каркас, широкие колеса с шипами и здоровенная труба огнемета впереди. Увидишь такое, мигом холодным потом покроешься.
— Мои драконы… — потирал руки парень, не сводя восхищенных глаз с быстро набиравших скорость повозок.
Время от времени то одна то другая повозка окутывались дымом, из ствола вырывался длинный сноп пламени. Настоящее апокалиптическое зрелище!
Наконец, полки нового строя, весь бой казавшиеся монолитной стеной, дрогнули. Ряды пехоты, ощетинившейся длинными пиками и мушкетами, начали медленно пятится. То в одном, то в другом месте строй ломался из-за падающих на землю убитых и раненных. Десятки пехотинцев, затравленно глядевших на приближавшегося невиданного врага — неторопливо ползущие огнеметные танки-повозки и парящие в воздухе дельтапланы, громко звали своих командиров — поручиков и капитанов. Только тех уже не было: побросав знамена, наемники — немцы, датчане, поляки — неслись что было сил прочь от поля боя. В самом деле, не дураки же они были, помирать в дремучей России за очередного королька. Лучше пересидеть бучу, а после выбраться из убежища и предложить свои услуги победителю. Жизнь опытного наемника дорога и ценна для любого правителя.
— Братцы, командиров немае! — истошно орали в строю. — Сбегли! Сбегли, паскуды! Христопродавцы! Уходь, братцы! В Москву!
В строю появлялись новые бреши. Бросали оружие целыми десятками, тут же бежавшими в сторону видневшегося неподалеку леса.
Со стороны солнца вновь раздался громкий жужжащий звук, под облаками показались тени, стремительно скользившие по воздуху. Пилоты дельтапланов, ринувшихся в атаку, изо всех сил дули в пищалки-рога, издавая устрашающие звуки.
Над разорванными в клочья полками нового строя пронесся вопль страха. Солдаты уже знали, чем им грозило приближение этих странных летающих птиц.
С неба то и дело летели глиняные горшочки с порохом и спиртом, оглушительно разрывавшиеся над головами солдат. Множество острых каменных осколков веером разлетались по сторонам, калеча людей и лошадей.
— Спасайся, братцы! Христа ради, спасайтесь…
Рейтары, прикрывающие фланги московского войска, заметались на месте. Не будь дураки, понимали, что представляют собой наилучшую цель для адских птиц. Мотали головами в шлемах по верхам, высматривая приближавшуюся опасность. Тыкали в небо пистолетами и мушкетами. Кто-то, не выдерживая
