Читаем без скачивания Надежда смертника - Дэвид Файнток

– Думаю, вверх большинство сабов должны быть внизу.

Ф.Т. вывернулся из отцовской руки и перегнулся через перила.

– Вы что, пешком так высоко забрались? – его голос звучал почти приветливо.

– Филип, бога ради…

– Не. Нашли лифт.

Раздался гогот.

– Вверх-вниз. Вверх-вниз. Здорово горит.

Я закашлялся от дыма, который становился все гуще, и боль волнами разлилась по грудной клетке. Я постарался говорить спокойным тоном:

– Капитан, не стоит тут долго стоять и разговаривать.

– Верно.

Сифорт неохотно вытащил лазерный пистолет.

– Эй, сабы! Не я вызвал солдат! Я пытался остановить их! Мы идем на крышу. У меня в руках лазер, но пришить никого не хочу. Уходите! Обратно!

Единственным ответом был свист и улюлюканье.

– Отец, Джаред где-то близко, – проговорил Филип.

– Оставайся за моей спиной, ясно? Арлина, следи за тем, что делается внизу. Я иду расчищать дорогу.

Капитан снова крикнул:

– С дороги, у меня лазер!

Он поднялся выше.

– БЕРЕГИТЕСЬ!

Капитан прижался к стене, когда мимо него пролетел горящий матрас и упал у наших ног со столбом искр.

– Филип? – Арлина тащила меня по лестнице с невероятной силой. – Ф.Т.! Отвечай!

– Мам, со мной все в порядке.

Жуткий крик в коридоре длился, казалось, целую вечность. Голос капитана:

– Назад, сукин сын! Я тебя предупреждал!

Топот бегущих ног. Снова крик, который через секунду оборвался.

– Боже, нам нужна помощь, – Арлина вытащила мобильник, набрала код экстренной помощи. – Алло! Проклятье. Отвечайте! – Она потрясла трубку. – Похоже, нет соединения. Вокруг сталь…

– Арлина, быстрее!

Она еще крепче обхватила меня за талию – я думал, что потеряю сознание. Перед тем как начать подниматься по лестнице, она наклонилась через перила и выстрелила вниз. Там кто-то взвыл.

– Мам, мне нужно отыскать Джареда.

Я старался опираться на перила, чтобы уменьшить нагрузку на нее. Кое-как нам удалось преодолеть еще один пролет. Я постарался не смотреть на два обуглившихся трупа, мимо которых мы прошли. Капитан был на полпролета выше.

– По-моему, остальные ушли. Он бегом спустился к нам, взял меня с другой стороны.

– Идем, Роб.

В тот момент, когда он обхватил меня, я споткнулся, ударился головой о перила и провалился в благословенную темноту.

Свежий воздух. Холод. Ветер. Я взглянул вниз и обнаружил, что сижу в легком кресле.

– Где мы?

– На крыше, – ответила Арлина. – Не двигайся.

– А пожар?

– Говорят, пламенем охвачено восемнадцать этажей наверху и еще больше внизу, начиная с уровня улицы.

Я посмотрел на свои руки. Они заметно дрожали. Я постарался не поддаваться панике.

Неподалеку Ф.Т. спорил с отцом. По его лицу текли слезы. Было не слышно, о чем они говорят.

Над нами беспрерывным потоком двигались вертолеты. Как только один наполнялся людьми, он взлетал в воздух и на посадочную площадку тут же опускался другой.

Были задействованы самые разнообразные аппараты: вертолеты-аэробусы, транспортные военные и просторные частные вертолеты.

– Дюнкерк, – пробормотал я.

– Что ты сказал?

Я покачал головой.

Подходы к посадочной площадке охраняли вооруженные ооновские войска – ВВС.

Ниже уровня площадки распахнулись двери лифта, выпустив толпу обезумевших пассажиров. Военные моментально ставили их в очередь на посадку. Двери закрылись. Я проследил за индикатором этажей. Лифт спустился на семьдесят этажей и остановился на десятом – видимо, самом нижнем, где все еще ждали постояльцы.

Я постарался вспомнить информацию о башнях, с которой отец ознакомил меня.

В настоящее время высота здания ничем не ограничена, говорилось в ней. Лестничные колодцы и шахты лифтов фактически являются огнеупорными. Особым образом защищенные кабели препятствовали остановке лифтов, управляемых компами, на этажах, охваченных огнем.

Здания были полностью защищены.

Ото всех и вся, кроме трущобников, которых мы довели до крайности.

– Арлина, насколько близко к нам огонь?

– На семьдесят пятом.

Всего на шесть этажей ниже. Не так уж далеко Я содрогнулся, наблюдая за тем, как заполняется людьми очередной спасательный вертолет.

Филип молотил кулаками по груди отца. Капитан Сифорт с мрачным видом качал головой.

Арлина потрепала меня по плечу:

– В переносном смысле – эвакуация под огнем. Выражение возникло после того, как в 1940 году во время Второй мировой войны благодаря героизму английских и французских моряков и летчиков удалось эвакуировать в Англию значительную часть англо-французских войск, окруженных фашистами (около 280 тыс. человек из 340 тыс.).

– Мы улетим на третьем. Ник не захотел воспользоваться служебным положением в личных целях и мне не позволил упоминать его имя. Когда я предложила это, он поинтересовался, не подумываю ли я о разводе.

Ее слова вывели меня из состояния жалости к самому себе. Я неуклюже пожал ей руку. Вертолет поднялся в воздух с крыши, и буквально в считанные секунды, гораздо быстрее, чем предписано правилами, на это место опустился второй.

Она помолчала.

– Роб, неужели мы совершили ошибку? Я до сих пор не уверена в этом.

Еще из одного лифта вывалилась толпа людей.

Вскоре в воздух поднялся второй вертолет. Арлина наклонилась к молоденькому перепуганному солдату:

– Наша очередь лететь на следующем. Мистер Боланд пострадал, его нужно перенести на кресле.

Солдат заколебался, но повелительный тон, с каким она говорила, оказал свое действие.

– Да, мэм.

Он закинул автомат за спину и позвал товарища.

Втроем они понесли мое кресло к посадочной площадке.

Ник Сифорт положил руку на плечо сына. У Ф.Т. глаза покраснели от слез.

К счастью, наш вертолет оказался военным транспортником со складными местами. Прежде всех остальных в него загрузили меня вместе с креслом, в угол сразу позади пилота.

От внезапного порыва ветра вертолет качнуло, и я, перепугавшись, ухватился за сиденье руками: мне вдруг показалось, что огонь подобрался совсем близко и площадка начала проваливаться вниз.

Стремясь поскорее оказаться в воздухе, я наблюдал в окошко за посадкой. Дверцы лифта открылись в очередной раз, и новые беженцы присоединились к людям, ждущим своей очереди.

Капитан помог Арлине забраться на борт вертолета. Она протянула вниз руки, чтобы помочь Филипу.

Внезапно Ф.Т. выдернул руку из отцовской, через всю площадку кинулся к опустевшему лифту, влетел туда и нажал на кнопку.

– ОСТАНОВИ ЕГО!

Двери закрылись. Арлина выскочила из вертолета, выхватила лазер и прицелилась в угол дверей лифта.

– НЕТ!

Вместо крика из моей груди вырвался какой-то хрип. В любом случае было слишком поздно. Ружье солдата, проделав дугу, выбило лазер у нее из рук, и он полетел за парапет.

Дальше все смешалось. Люди, заполнившие вертолет, заслонили мне обзор. Капитан отчаянно колотил по дверям лифта. Арлина осыпала солдат проклятиями. Индикатор лифта стремительно перемещался вниз.

Капитан бросился к сержанту, указав на вертолет, а потом на улицу. Сержант покачал головой, явно отказывая.

Индикатор погас. Лифт остановился на один этаж выше нижнего уровня – улицы.

Увидев это, Арлина застыла на месте.

– Мэм, нужно освободить площадку!

– Улетайте! – махнула она рукой. – Роб, мы отыщем тебя в госпитале.

Лифт начал подниматься снова.

– Так вы садитесь или нет? – потребовал ответа солдат. – А мистер Сифорт…

– Летите!

На 10-м этаже лифт остановился.

– Следующий! – солдат пропустил на посадку еще двоих. – Подымайся!

Я тронул пилота за плечо:

– Я член Генеральной Ассамблеи ООН Роберт Боланд, – каждое слово давалось с большим трудом, – После того как вы подниметесь в воздух… освободите площадку, прошу немного задержаться в воздухе на месте.

16-й этаж.

Лопасти начали медленно вращаться. Пилот обернулся ко мне:

– Зачем?

– Мне нужно видеть, что происходит.

– Мы летим в резиденцию ООН.

– Это займет четыре, даже три минуты, – я впился ногтями ему в плечо, – Сделайте это.

32-й.

Мы взлетели.

В этот миг лифт находился слишком далеко, и я не разобрал, какой этаж высветился. Прошла минута. Две.

Пилот повернулся ко мне:

– Сэр, я должен лететь.

Двери лифта открылись, и из него вывалилось десятка два людей.

Ф.Т. среди них не было.

Наш вертолет устремился на восток.

Арлина, оставшаяся на крыше, стоя на коленях, рвала на себе волосы.

Капитан, на глазах уменьшавшийся в размерах, застыл перед опустевшей кабиной.

40. Педро

Халбер метался как тигр в клетке.

– Кто-нибудь еще пришел?

Сатч помотал головой:

– Только исты и миды. Да северные броды.

Халбер сердито проворчал неразборчиво:

– Рано еще. Прошло часа три, не больше.

– Хотели б, уже пришли б.