совсем молодым. Влюбился в нее потому, что она была не похожим ни на кого человеком. Непривычной для меня. Слишком искренней, слишком доброй, слишком настоящей. И этим всем слишком я увлекся, – Адам улыбнулся, словно утонув в своих воспоминаниях, но после вынырнул и стал серьезным. – Судьба нас развела, и я женился на ее сестре. Джоан Ридж – красивая, надменная и холодная, настоящая аристократка. Я никогда не кичился своим происхождением, оно скорее было для меня как данность, тогда как для Джоан это было всем. И я к этому привык. Привык оценивать людей не по их качествам, не по общению, а по статусу? Какая глупость! – возмутился он и посмотрел на меня.
Я не знал, что ответить, поэтому молчал и продолжал слушать рассказ.
- Какие глупые слух ходили о тебе, Дэйрон. И как я сразу не понял, что все от того, что ты просто не такой, как все остальные. Ни один аристократ никогда бы не отдал свое состояние за жизнь человека, который отнесся к нему так несправедливо. А теперь я обязан тебе всем.
Было видно, как Адам переживает. Он качал головой, словно ругал самого себя.
- Вы меня не знали, – тут же поспешил успокоить его. – Я бы тоже защищал свою дочь до последнего. И вы ничем мне не обязаны, - добавил я в конце.
Для меня было немыслимым, чтобы что-то требовать взамен за помощь. Как можно было поступить по-другому? Смотреть, как умирает человек, а самому сидеть на мешке с деньгами.
- Но я не дал тебе даже шанса, Дэйрон. Я виноват, прошу прощения за свое отношение к тебе. И обещаю, что как только встану на ноги, постараюсь вернуть тебе все, что в моих силах, - произнёс Адам серьезно.
- Я на вас не злюсь, – честно сказал я. – И ничего возвращать не нужно. Считайте это мой подарок к свадьбе.
Адам улыбнулся.
- Ты очень похож на Джину, – сказала он, отчего я смутился. – Удивительно, каким слепцом нужно быть, чтобы этого не заметить. Случилось худшее, что предполагала Джоан. Ее дочь вся пошла в отца. Неудивительно, что Николь полюбила тебя.
Последняя фраза смутила меня еще больше. Адам ведь не имел ни малейшего представления, что творится между мной и его дочерью. После вчерашнего она, наверное, и в сторону мою не посмотрит, не говоря уже о любви.
- Моя дочь может быть слегка сухой, – вдруг сказал Адам, по-своему истолковав мое молчание. – Это у нее от матери. И упертой – это у нее от меня. Но даже если она и не показывает, лорд Лэстер, можете быть уверены, она вас любит. Я слишком хорошо знаю свою дочь, чтобы это понять.
Такая новость погрузила меня в пучину раздумий. Николь меня любит? Я даже и думать о таком не мог. Подозревал, что она может испытывать симпатию, но любовь – более глубокое чувство. Оно очень сильное.
Я бы не посмел разбрасываться этим словом, точно не поняв его смысл. Вряд ли бы Николь успела полюбить меня за такой короткий срок, с учетом того, как складывались наши отношения.
Из мыслей меня вытащило похлопывание по плечу. А я ведь даже не заметил, как он встал.
- Пойду я, пожалуй, в кровать. Уже светает. И Джина с Николь с ума сойдут, увидев, что я снова хожу.
Адам задорно улыбнулся, и я ответил ему улыбкой.
- Я рад, что Николь нашла человека, который ее по-настоящему любит, – добавил он фразу, которую я никак не ожидал услышать. Не знаю, какие эмоции отразились на моем лице, но Адам добавил: – Я знаю тебя совсем немного, но по вам, лорд Лэстер, даже более заметно, чем по моей дочери.
Адам снова улыбнулся и довольный пошел прочь, оставив меня наедине со своими мыслями. Это был очень теплый разговор. Мой собственный отец, никогда не говорил со мной так открыто и по-доброму. Будучи помладше мне не хватало вот таких разговоров. Но даже сейчас, будучи уже совсем взрослым, я знал им цену.
В этот момент я понял, что у меня была не только Николь. Была еще Джина, София и даже Ульрих. Теперь у меня была семья. Семья, которая верила мне, и которую я не мог подвести.
Глава 38
Утро началось со стука в дверь. Именно он меня и разбудил. Я открыла глаза и увидела, что за окном уже было вполне себе светло.
- Леди Николь, я принесла вам… Ох, что я вам принесла! - в комнату снова постучали, и я вдруг осознала, что за дверью стояла никто иная, как Кларис.
Кларис принесла костюм для моего супруга. А значит, уже было достаточно позднее утро. И как я могла столько спать?!
Вот только, что Кларис делала у меня под дверью. Это же было неприлично. По правилам меня должен был оповестить дворецкий.
- Сейчас впущу, – пробурчала я, совсем ничего не понимая.
Поднялась с кровати, постаралась привести себя в порядок перед зеркалом. Но ничего не получилось. В голове сразу взыграла картина, как вчера Дэйрон улыбался Кларис, а после ушел с ней в кладовку.
От того, что Кларис постучала еще раз, я начала мечтать, что постучу ей так же по голове.
- Уже иду! – гневно выпалила я.
Подошла к двери, открыла, уже желая задать вопрос, но Кларис держала в руках огромную коробку красного цвета с бантом.
Я так и застыла не понимая, что происходит.
- Ох, леди Николь. Я вам так завидую. Сегодня на приеме все взгляды будут обращены на вас и лорда Лэстера.
Я все пыталась осознать происходящее, когда Кларис уже впархнула в мою комнату и положила коробку на кровать, отойдя от нее.
Я посмотрела на коробку и на Кларис, которая была в ожидании.
- Ну, что же вы стоите, леди Николь?! Открывайте же!
- Это мне? – переспросила я, борясь с желанием протереть глаза.
- Вам, конечно! Лорд Дэйрон решил сделать вам сюрприз. Ох, а сколько мне сил стоило уговорить дворецкого пропустить меня лично! Но я так хотела вас обрадовать, что ничего меня не остановило!
Я подошла к коробке и потянула бант. Как только атласная ленточка поддалась, подняла крышку и так и вздохнула. Первым попалось на глаза платье. Я вытащила, несомненно, дорогую вещь, под которой еще лежал сверток с туфлями, а большую часть
