от руки заговорщиков, папан покончил с собой, и тайна венца ушла в небытие. Знали о ней только двое, но они не планировали никому рассказывать правду. Они выжидали…
– Но еще раньше Дункан внушил твоему отцу, что огненный дар его дочери необходимо запереть вместе с заклятием хранителя. Он же подвел твою мать к мысли избавиться от плода, чтобы не родилось больше наследников, способных принять кинжал. Он много десятков лет ждал, когда кинжал перейдет к девочке и будет спать в ней до рождения нового наследника.
– И дождался, – прошептала я.
– Джоанна добыла образец твоей крови, провела один забытый ритуал, которым можно определить совместимость человека с иным, и узнала, что я тот, чья кровь сможет заменить твою… – Он на мгновение запнулся, но больше ничего говорить не стал, а я сделала зарубку в памяти – вернуться когда-нибудь к этому разговору и узнать, что это за ритуал такой? – И встал вопрос, как нас свести? Я не посещал королевские мероприятия, у меня все было отлично в личной жизни, да и ты была слишком для меня юной. Но мы встретились…
– Чтобы потом разбежаться на три года.
– Злючка.
– Просто память хорошая!
– Когда погиб твой отец, парочка притихла, но потом они решили, что все идеально складывается. Сначала Джоанна привлекла к новому заговору королеву, сообщив ей, что узнала, где венец, потом она то же самое рассказала Луанарду, для которого возвращение артефакта было жизненной необходимостью. Дурить простых подданных можно долго, но очень сложно это делать с магами. Королева интриговала против сына, сын против матери, и оба против тебя. В результате…
– Дункан избавил нас от проклятия, твой брат получил венец, королева получила по заслугам?
– Луанард не получил венца, – скривился супруг. – После того как он надел его возле алтаря, он пять дней провалялся в беспамятстве, а венец возник у меня на голове во время встречи с представителями кланов Порфита. Он признал королем меня, а не Луанарда.
– И что теперь?
– Ничего. Я набил морду братцу, ушел со службы, закрыл границы клана и предупредил, что, если хоть один посыльный короля появится на моих территориях, я вернусь во дворец и займу предназначенный мне трон.
– А Лара?
– Она ничего не знает, и она твоя подруга. Только для нее и сделано исключение.
– И что, Луанард не пытается через нее с тобой помириться? – удивилась я.
– Пытается, – прорычал муж. – Раскаялся, осознал и больше не будет!
Я хихикнула, но сдержалась. Не было у меня никакого желания злиться на заговорщиков. Хотя простить тоже не получалось. Я понимала, что Габриэль рассказал мне очень укороченную версию, но вот честное слово, была ему за это благодарна! Может быть, мы еще вернемся к этой теме, но это точно будет не сегодня и не завтра… и вообще не в ближайшее время!
– Я понимаю, отчего ты злишься. – Я вывернулась из-под руки супруга и забралась к нему на колени. – Я понимаю, что ты расцениваешь это как предательство, и я полностью на твоей стороне. Но ведь когда-нибудь ты дашь им шанс?
– Может быть… когда-нибудь… – Он обнял меня. – Ради магической побрякушки Луанард готов был пожертвовать тобой. А если бы не вышло тебя спасти? Если бы у некроса не получилось?
– Но ведь получилось! – Я с наслаждением запустила пальцы ему в волосы. – Я ни на секунду не сомневалась, что ты меня вытащишь. И вообще… целуй меня уже!
С этим Годфрей согласился сразу.
Эпилог
Мы расположились на берегу чудесного озера в глубине дворцового парка. Маман, разложив по пледу широкую юбку клетчатого платья, обмахивалась веером, Лара лежала, опершись на подушки, а я сидела, поджав под себя ноги, и улыбалась, подставив лицо теплым лучам. Между нами стояло огромное блюдо с фруктами и кувшин с холодным цветочным чаем. Солнце ласкало кожу, тихо плескалась о гальку вода, жужжали пчелы, и до одури пахло медом. Из-за медоносов мы сюда и пришли, эти крупные белые цветы распускались всего на три дня в году, и увидеть их цветение было большой удачей.
Лара покосилась на нас и шустро подтащила блюдо к себе. Маман улыбнулась, я сделала вид, что не вижу и не слышу, как она с наслаждением и причмокиванием вгрызлась в персик.
– А што? – скосилась на меня подруга. – Я, мошет, только ошила… – Она сглотнула и уже нормально заявила: – Меня третий день не тошнит! Не мешайте мне предаваться пороку чревоугодия.
– Да я молчу!
– Ты очень выразительно дышишь!
– Ну прости, не дышать я еще не научилась.
Маман фыркнула, но промолчала. Она продолжает жить с виконтом Виндером, который так и преподает студиозам философию и ментальную магию. Предъявить ему оказалось нечего, поэтому обвинений он избежал. А как только портал исчез, исчезла и Черная ложа. Официально… Сейчас у мэтра Хроноса новое увлечение, вместе с верховным магом короля, тем самым типом, который просидел в Запретном измерении долгие годы, но сумел выжить и сохранить венец власти, они занимаются разработками на основе технологий чужих.
Тот мир, куда так рвались наши ренегаты, погибал. Люди исчерпали его ресурсы, а война за земли привела к глобальной катастрофе, которая погубила почти все население, а тех, кто выжил, загнала под землю. Верховный маг, а ныне советник его величества Луанарда Третьего, принес много идей, схем и рисунков. Я тоже мечтала с ним пообщаться, но муж пока был против. Вот и приходилось выдавливать по крупицам новости из Лары.
– Юные леди, я вас покину. – Маман взмахнула веером, подзывая слугу, чтобы он помог ей подняться. – Что-то разморило меня на жаре. Встретимся в субботу, Романна. Не забудь, ровно в пять у нас в загородном поместье будет выступать знаменитый тенор из Гории. Не помню его имя, но он очень популярен!
Она ушла, а Лара пробухтела:
– Она до сих пор не знает, что ты оперу терпеть не можешь?
– Мне кажется, это изощренная месть за то, что сегодня на обед подали ее нелюбимые грибы, – задумчиво произнесла я, наблюдая, как маман с ровной спиной гордо вышагивает по направлению к портальной площадке.
У нас с ней были странные отношения. Она так передо мной и не извинилась, делая вид, что ничего не произошло, приезжает в гости несколько раз в неделю, проводит у нас день, ведет светские беседы, рассказывает сплетни и уезжает до следующего раза. Мне кажется, что она не поняла, что произошло на поляне в лесу, и считает, что я просто попала под рикошет заклинания. Но когда я начинала возмущаться, муж обнимал
