на эту картину несколько раз за сегодняшний день.
Сначала просто радовался беде врага, которая произошла при его непосредственном участии… Потом получал наслаждение, что спустя столько лет все-таки сумел больно ударить ненавистного Темникова… Затем представлял себя владельцем лавки «Уникальные эликсиры», которая совсем скоро начнет дарить ему золото…
Все-таки не зря он связался с Грековым. Все провернул очень лихо. Ну, а насчет сомнений… Теперь они казались ему чем-то таким, на чем вообще не стоило заострять внимание…
Потапов представил, как он будет расхаживать по лавке чувствуя себя ее владельцем, сладко зажмурился и вдруг почувствовал, что рядом с ним кто-то есть.
Кот, наверное. Эта жирная ленивая тварь часто приходит к нему в комнату ночью, чтобы забраться на кровать и дрыхнуть на мягком одеяле. Он похлопал рукой по кровати — характерный сигнал, после которого кот запрыгивал к нему, но ничего не произошло. Более того, ему показалось, что в комнате стало как-то светло.
Потапов открыл глаза и его бросило в пот.
Прямо на него смотрела чья-то жуткая улыбающаяся физиономия, с уродливым шрамом через все лицо.
— Привет, дефективный, — прошипел незнакомец. — Меня зовут Игнат Жемчужников.
Глава 29
Славная выдалась ночка. Суетливая немного, но зато прошла с пользой. Вот только подробностей Жемчужников никаких не сообщил, сказал, что все утром расскажет. Заехал уже за полночь, убедился, что у нас все в полном порядке, выпил чашку кофе и укатил.
Ну а что с нами могло случиться, если возле дома постоянно пара его людей теперь дежурит. Да и я вроде бы как не спал, догадывался, что всякое случиться может. Кто его знает, как там люди Спартака на наши сюрпризы отреагируют. Может быть даже хватит ума понять откуда ветерок подул.
Дед правда был не в особом восторге, что возле дома теперь какие-то мрачные ребята появились. Все бурчал, что чувствует себя каким-то крестным отцом, боссом-мафиози. Но Игнат его успокоил и сказал, что это временная мера. Как решит, что пришло время — уберет.
Я уже совсем планировал не ложиться, но ближе к пяти утра все-таки вырубился прямо на диване под какую-то передачу про животных. Ну а проснулся когда в окно уже вовсю светило солнце.
— Максим, подъем.
Я открыл глаза и увидел деда, который сидел в стоявшем напротив кресле. На его коленях дремал Пират, а в руке была чашка кофе, судя по аромату в комнате.
— Пора вставать, внучек. Нас с тобой у Нарышкиных к завтраку ждут.
— Точно к завтраку? — спросил я, щурясь от ярких солнечных лучей, пробивавшихся через стекло. — Там уже день вовсю, по-моему.
— Угу, — кивнул дед. — Полдень почти. Так что дуй в ванную умываться, а я тебе пока чай сделаю и парочку бутербродов.
Долго я не разлеживался. Даже привычные десять минут не валялся под теплым пледом, а сразу отправился в ванную. Слишком не терпелось поскорее попасть к Нарышкиным, узнать последние новости.
Ну а пока завтракал, читал что пишут об этом всем в интернете.
Вот там заголовков хватало каких хочешь. Ночные происшествия в Белозерске обсуждали со всех сторон. Само собой и большие новостные сайты не остались в стороне.
В основном все сводилось к одному простому выводу — наемники в Белозерске устроили очередной передел рынка. Были уже даже интервью с лидерами самых известных наемных отрядов, которые делились своими соображениями на этот счет.
Понятное дело, из прошлого были вытянуты на поверхность все истории, в которых так или иначе упоминались «Спартанцы». Слухи, сплетни… В общем, много всякого интересного можно было почитать.
Вот только пока от самого Грекова, который находился в больнице, по информации газетчиков, добиться ничего конкретного полиции не удалось. Он отказывался давать хоть какие-то комментарии по поводу случившегося.
Полицейские очень рассчитывали, что он пока просто в шоке и как только более-менее отойдет, расскажет что-нибудь и прольет свет на это дело. Но вот лично мне что-то подсказывало, что зря они на это надеются. Когда заезжал Жемчужников, он обмолвился, что пообщались они с Греком довольно предметно и поняли друг друга.
Ну а что касается Потапова, то вокруг него суеты никакой не было. В новости он не попал. Просто люди Жемчужникова, которые охраняли нашу лавку, сообщили деду о том, что Потапов сегодня не открылся.
Может быть и вообще теперь не откроется? Не знаю, нужно будет узнать у Игната, о чем они с ним договорились. Вчера он лишь усмехнулся своей фирменной змеиной улыбкой и сказал, что все завтра.
После вчерашних событий я почувствовал, что мы все стали как-то ближе друг другу, поэтому встретившись у Нарышкина здоровались как старые друзья. Даже Лешкин отец, который приехал сегодня утром специально чтобы поговорить насчет произошедшего, радовался так, как будто мы ему близкие родственники.
— Все живы здоровы, черти полосатые? — спрашивал он, поочередно обнимаясь с нами со всеми. — Ну, давайте за стол поскорее, уже заждались вас. Завтрак стынет.
Вообще-то, глядя на заставленный всякими блюдами огромный стол, никак не скажешь, что это завтрак. Как по мне, это было больше похоже на званый обед, на который почему-то кроме нас никто не пришел. Съесть все это количество еды впятером было просто невозможно.
— Так, сначала давайте немного перекусим, а потом уже о деле, — распорядился Николай Федорович. — Я только с дороги, голодный как волк. Поэтому с вашего позволения…
Да мы и не возражали особо. Глядя на все это вкусное изобилие, у меня и у самого аппетит разыгрался. Мы ведь вчера и не обедали, и не ужинали толком. Так, перехватили по мелочи.
Лишь когда расправились с десертом, князь наконец шумно выдохнул и махнул рукой:
— Ну, Игнат, теперь рассказывай.
Жемчужников налил себе чашку кофе из кофейника, бросил туда ложку сахара и повел разговор. Говорил коротко, по делу, так что уложился довольно быстро. За полчаса успел рассказать и про то как мы склад Грекова обчистили, ну и про свои разговоры со Спартаком и Потаповым.
— Как я и предполагал, кто из них всю эту историю затеял добиться от них не получилось, — подвел итог Игнат. — Так что оба будут платить по полной программе. Они сейчас в больничке после нашего разговора, но это ненадолго, если на целителей не поскупятся дня за три-четыре их подлатают. Когда выйдут, еще раз с ними встречусь, чтобы наши договоренности закрепить. Так что если вы не против, ваше сиятельство, я здесь ненадолго задержусь.
— Угу, правильное решение, — кивнул князь. — Я думаю лишним это не будет. Тем более, что дел у нас других срочных пока нет, слава Богу.
— Игнатий Михайлович, а я
