ощущать и другие источники света – крошечные звездочки далеко в темноте. Некоторых он узнал: Хан и Лэндо, Ведж и Тайко, Хобби, Уэс и остальные Проныры… Ник и Эона Кантор, лейтенант Тубрими и капитан Тиросск, и многие другие – члены экипажей, десантники, и крайне отдаленное скопление почти потухших звезд – наверное, это были штурмовики, но даже они светились во тьме. Все были звездами, и каждая звезда, каждая жизнь была прекрасна. Но Лея их не видела. Она даже не могла посмотреть в их сторону. Ее звезду затягивало в черную дыру, и силы гравитации не позволяли ей даже отвернуться. Люк никак не мог привлечь ее внимание.
А черная дыра тем временем осознала его присутствие, и бездна, в которую он пристально глядел, теперь так же пристально смотрела на него. Он ощутил пустоту, которую ничто не может заполнить, ее вечный голод, который нельзя ничем насытить. Коллапсар в его воображении разбух перед ним, словно громадные челюсти, готовые пожрать Вселенную и поглощающие каждую крупицу света, надежды и любви, которую Люк извлекал из Силы. Чем дольше он смотрел, тем больше терял, и он ничем не мог помочь Лее.
Как только эти челюсти сомкнутся вокруг нее, она навсегда исчезнет во Тьме.
«Ладно, – подумал он. – Придется действовать по старинке».
Он открыл глаза. Хан с испуганным лицом сидел рядом на корточках:
– Эй, приятель, ты в порядке?
– Нет, – ответил Люк.
Хан поджал губы:
– А Лея?
– Она жива.
– И?
Юноша позволил мраку, наполнявшему его душу, отразиться и в глазах, и Хан сразу его понял.
– Хорошо, ладно… – угрюмо кивнул он. – И что теперь?
Скайуокер встал.
– Ник, – позвал он своего нового напарника, стоявшего у одной из посадочных опор «Сокола».
Тот с виноватым видом встрепенулся:
– Да, что?
– Кто такой Кар и что такое о нем ты не собирался мне рассказывать?
Ник разинул рот:
– А как… Как ты… То есть, я хочу сказать, ты о чем?
Люк ничуть не смутился. Он просто ждал ответа.
– А, ну да. – Ник поднес руку к круговому шраму на уровне висков и вздохнул. – Что ты хочешь узнать?
– Все, что можно рассказать за пять минут или быстрее, – попросил Скайуокер. – Потому что больше времени на победу в этой драке у нас нет.
* * *
Не прошло и секунды с того момента, когда Кронал отдал приказ приступать, как штурмовик, получивший его, запустил передачу заранее подготовленных инструкций персоналу, который управлял гравитационными станциями, погребенными глубоко под поверхностью Миндора. Никто, кроме штурмовиков, приставленных к ним, не знал об их существовании. Расположенные широким кольцом вокруг Мрачной базы, эти станции существенно отличались от тех, что находились на астероидах, – и технически, и функционально. В отличие от обычных генераторов гравитационного поля, установленных по всей системе, эти станции глубокого заложения создавали феномен сродни тому, которым гравитационная гильотина уничтожила «Справедливость». Как и гильотина, эта технология была разработана на имперском военном заводе на планете – соседке Миндора, которая развалилась во время Большого Бума.
По сути дела, именно это необычное поле, создаваемое глубинными станциями, и вызвало когда-то Большой Бум.
Станции включились и начали работу. Через горные породы между ними, под обширным вулканическим куполом Мрачной базы поползли языки невидимой энергии, и там, где эти поля пересекались, возникали линии гравитационного градиента сродни маленьким черным дырам, мгновенно пожиравшие горную породу, которой касались, и вызывавшие мощный выброс чрезвычайно жесткой радиации, которая превращала окружающие скалы в перегретую плазму. Это, в свою очередь, порождало еще больше радиации, расплавлявшей еще больше горной породы, и скоро каскадная реакция вспорола поверхность планеты по периметру кольца, окружавшего базу.
Для штурмовиков, которые служили на турболазерных вышках наземной обороны, это повлекло за собой немедленную смерть; из-под земли под небольшим углом вышла стена радиации, которая испарила вышки за ничтожную долю секунды, едва коснувшись их. У республиканских десантников и пехотинцев, которые окопались и дрались на поверхности планеты вблизи турбоионных орудий, установленных на куполе, была секунда-другая, чтобы вглядеться в слепящую белизну, смыкавшуюся вокруг, прежде чем эта белизна расплавила их броню и обратила всех, кто оказался вне укрытия, в черный пепел. Пустая воронка, образовавшаяся в том месте, где только что был купол, почти мгновенно наполнилась раскаленной лавой, которая, пузырясь, растекалась во все стороны, пожирая все, что пережило первоначальный удар.
Единственным, чем это обернулось для Фенна Шисы и его мандалорцев, безжалостно продвигавшихся с боем через бункер с гравитационной пушкой, была внезапная кратковременная потеря связи, да еще легкое увеличение силы тяжести, как будто каждый из бойцов мгновенно набрал килограмм-другой после того, как где-то вдалеке раздались глухие удары, похожие на отдаленное планетотрясение.
Для пилотов Разбойной эскадрильи, сражавшихся в небе над базой, зрелище выглядело так, будто целый вулканический купол вдруг очутился в огромной чаше из невозможно яркого света, который быстро помутнел, когда ионизирующая радиация подожгла атмосферу, и огненная буря подняла в воздух песок, пыль и камни, приглушившие это сияние. Следующим, что привлекло внимание Проныр, был вой сигнала радиационной тревоги в кабине – и очень похоже, что радиация вывела из строя все датчики ориентации в пространстве, потому что они настаивали, что истребители находятся довольно высоко в атмосфере, тогда как глаза пилотов твердили, что они стремительно падают вниз, на купол.
Первым, до кого дошло истинное положение вещей, стал Уэс Дженсон.
– Подождите, я понял! Это не мы падаем на базу! Это база поднимается к нам! – прокричал он.
Что характерно, самое всеобъемлющее видение ситуации, а также ее самое лаконичное описание принадлежали Лэндо Калриссиану. Стоя на мостике «Памяти Алдераана» во главе остальных кораблей оперативной группы, парящих внутри бескрайнего моря обширных метеоритных воронок ниже линии горизонта, он сперва наблюдал радиационную вспышку и грибообразные облака, а затем узрел, как из такого гриба вверх поднимается целый вулканический купол, устремляясь в космос.
Он инстинктивно понял, что происходит. Сам вулкан состоял из твердого и устойчивого к радиации материала; база была совершенно неуязвима даже для самой колоссальной вспышки на солнце. Все, что требовалось плохим парням, – это просто улететь подальше, за пределы воздействия всех гравитационных полей; а потом они используют вулкан в качестве радиационного щита, чтобы прикрыть транспорт поменьше, на котором и прыгнут в гиперпространство.
Лэндо всю жизнь учился мгновенно оценивать шансы и возможности и отточил это умение до блеска, а потому сейчас, восхитившись гениальностью задумки, сделал мысленную пометку обмозговать ее позже. Ведь в Галактике существовала уйма звездных систем, в которых интенсивная солнечная радиация не позволяла безопасно перемещаться на обычных кораблях. Но что, если корабли, входящие в
