Читаем без скачивания Метро 2033. Грань человечности - Юрий Уленгов

Рыночными местных называли по расположению их общины. До Срани тут неподалеку был рынок. Сколько людей с него спаслось, чтобы, пройдя через кошмар первых лет, осесть в этом районе, было неизвестно. Может, и вообще нисколько. Но название прилипло. По крайней мере, среди жителей школьного убежища их называли именно так. Как они называли сами себя, Захару, по большому счету, было не важно. Пусть хоть кровавыми истребителями крыс обзываются, лишь бы согласились. Однако, глядя на крепость, в которую местные превратили обыкновенную пятиэтажку, ему стало не по себе. Одна стена чего стоила, а из окна третьего этажа еще и ствол солидного пулемета выглядывал. Откуда они его взяли? Да и так вооружены нормально. У всех конвоиров – автоматы, пусть укороченные, полицейского образца, тем не менее не жалкие двустволки или вовсе арбалеты, как в школе. Райотдел выставили, не иначе. Хотя, вон у парня в убитой временем дубленке автомат похож на тот, что не так давно был у Захара. Армейский. Да и пулеметов у полиции нет. Так что, возможно, здесь и остатки вояк окопались. Это хорошо. Ну, в том случае, если они согласятся на союз против релейщиков. Правда, сейчас он несколько сомневался в том, что оно им надо. Рыночные не были похожи на людей, которых можно обложить данью. Хотя сам факт существования этого поселения намекал на то, что с релейщиками эти ребята общего языка не нашли. Как так получилось, что школьная община существовала обособленно от этих на первый взгляд нормальных людей, Захар поинтересоваться забыл. Хотя, скорее всего, разгадка была банальной. Кому нужна обуза? А старики и женщины, из которых по большей части и состояло население сорок седьмой школы, ничем, кроме как обузой, не были. Здравое решение, на самом деле. Не то время, чтоб сантиментам предаваться. «Выживут молодые и сильные» – всплыла откуда-то из прошлых времен фраза в голове. Ну да, так и есть. Главное, чтоб этим самым молодым хватило времени на то, чтобы стать сильными.

Подойдя к воротам, мужик в шинели постучал по ним прикладом. Скорее всего, за их шествием следили, потому что в ту же секунду в правой части ворот открылось окошко.

– Кого ты приволок, Серега?

– Делегация, епт, – названный Серегой сплюнул в снег. – Говорят, что из школы сорок седьмой.

– Из школы? – в голосе привратника было слышно неприкрытое удивление. – Откуда они вылезли? Я думал, они там вымерли давно все.

– Как видишь, не вымерли. А вылезли они, не поверишь – из перехода.

– Ого. А как они там прошли?

– Ну вот сам у них и спросишь, – мужик начал выходить из себя. – Открывай давай, холодно, епт.

– Да открываю, не кипиши.

Загремел металл, и ворота приоткрылись. Ровно настолько, чтобы через них смог протиснуться боком один человек.

– Проходим по одному, не дергаемся. Стволы не мацаем, – последовало распоряжение.

Захар протиснулся в щель первым. И тут же оказался под прицелом нескольких стволов. Тут уже наблюдалось разнообразие. И двустволка присутствовала, и дробовик помповый, наподобие того, что был у самого Захара, и еще что-то, что он неопытным взглядом идентифицировать не смог.

– Правила поведения простые, – заговорил мужичок, стоящий ближе других. Судя по голосу – он и вел расспросы из-за ворот. – Резко дернулся – получил пулю. Схватился за ствол – получил пулю. Начал умничать…

– Получил пулю, – закончил за него Захар. – Я понял.

– Ты гляди, сообразительный, – делано удивился мужик. – Наверное, в школе хорошо учился.

Люди, услышав неуклюжий каламбур, разразились хохотом.

Следующей во дворе оказалась Юля. Ее появление встретили одобрительным гулом. Кто-то присвистнул.

– Девушка и автомат. Что может быть лучше? – насмешливо проговорил все тот же мужик.

– Целые зубы и не сломанный нос, – тут же отреагировала девушка, зыркнув на балабола так, что гаденькая ухмылка сползла с его лица.

– Ого! А барышня с норовом!

– Че, Ряба, осадили тебя?

Захар растянул губы в улыбке. Его школа!

– Ладно, голуби мои, – уже более серьезно заговорил Ряба, когда во дворе оказались все члены их маленького отряда, а ворота за их спинами закрылись. – Мне кажется почему-то, что ребята вы нормальные, но правила есть правила. Хотите попасть к старшим – нам не жалко. В конце концов, соседи в гости не каждый раз приходят. Но, чтобы пройти в дом, все убивалки надо будет сдать. Это не обсуждается. Вообще все. От пушек до ножей и… топоров, – хмыкнул Ряба, увидев Захарово вспомогательное оружие, торчащее из-за ремня. – Не хотите – ворота за спиной, никто не держит. Валите, откуда пришли. Это ясно?

– Ясно, ясно, – кивнул Захар. – Хорош языком уже трепать, веди давай.

Под любопытными взглядами местных они прошли к ближнему подъезду. Тот был закрыт массивной металлической дверью, которая отворилась, как только они к ней подошли. За дверью оказался еще один автоматчик. Они так же по очереди зашли внутрь и оказались перед металлической решеткой, перегораживающей подъезд. Слева от лестницы была обустроена оружейная. Захара мягко подтолкнули к ней.

– Сдавай железки и можешь проходить.

Захар перевернул дробовик, зажал его под мышкой и задергал помпой, разряжая оружие. Ссыпал патроны в карман, протянул оружие молодому парню за решеткой.

– Не перепутай, – строго сказал ему.

Тот усмехнулся. Захаров дробовик, обвешанный различными наворотами, выделялся среди другого оружия, как волк на псарне. Лесник достал из-за пояса топор, из ножен на ремне – нож, из-под куртки – пистолет. Последним на стол улегся обрез.

– Фига се ты рэмбо, – прокомментировал кучу оружия, выложенного перед ним парень. Захар отвечать не стал.

– Всё, пустой?

– Пустой.

– Ряба, посмотри.

Давешний привратник споро охлопал Захара, наткнулся на глушитель, который сдавать Захар не стал, вскинул брови, опознав устройство, но ничего не сказал. Лязгнула решетка, и Захар прошел к лестнице.

– Следующий.

Еще минут через пять они в полном составе поднимались по лестнице. Захар глазел по сторонам.

Окна снаружи, как он успел рассмотреть, были затянуты пленкой, а изнутри еще и забиты досками, утеплены кусками пенопласта и снова обтянуты пленкой. Такая конструкция не только позволяла удерживать тепло внутри здания, но и предохраняла от радиоактивных осадков. Крыша, насколько успел увидеть Захар, тоже была закрыта тем же макаром. В подъезде было тепло, и Захар даже украдкой прикоснулся к батарее – но нет, та была холодной. Тепло шло от стен квартир. Наверное, здешние умельцы закольцевали систему отопления, замкнув ее на какой-то котел, установленный в подвале, и таким образом и отапливали здание. А батареи в подъезде от системы отрезали – зачем зря тепло тратить? Разумно. У них тут вообще все неплохо организовано. Головастые люди тут окопались.

Ведущий процессию Ряба остановился только на пятом этаже. Здесь лестницу преграждала кирпичная стена, в которую была врезана солидная деревянная дверь. Не успел Ряба поднять руку, чтобы постучать, как дверь открылась. Оттуда высунулся мужчина и распорядился:

– Только трое. Остальных отведи, пусть отдохнут. Чаем их напои, что ли.

Захар оглянулся, быстро прикинул и дал команду:

– Юля, Денис, со мной. Остальным – отдыхать.

И первым шагнул в дверь.

– То есть, ты предлагаешь нам рисковать людьми, тратить боеприпасы, окончательно испортить отношения с релейным, а, по сути – объявить людям оттуда войну только для того, чтобы они вас не уничтожили? Потому что вы нарушили взятые на себя обязательства и теперь боитесь возмездия? – затянувшись сигаретой без фильтра, проговорил высокий бородатый мужчина в свитере под горло, назвавшийся Олегом.

– Не взятые, а навязанные. Ощущаешь разницу? – Захар посмотрел на Олега.

– Нет, не ощущаю. Мне разницы нет, потому что меня это не касается. Какой мой интерес в этом?

– Интерес? – Захар хмыкнул. – Как насчет того, что ты спасешь от смерти кучу народа?

– Положив, при этом, своих лучших бойцов и оставив собственных стариков, женщин и детей без кормильцев? Хорошо придумал. Еще будут предложения?

Захар отхлебнул обжигающий напиток – какой-то травяной чай – затушил окурок и посмотрел на Олега.

– Мы не претендуем после победы ни на убежище, ни на трофеи, – медленно, с расстановкой сказал Захар, и с удовольствием отметил, как блеснули глаза собеседника. Есть! Угадал! Он так и знал, что глава рыночных клюнет на это. Одно дело – рисковать из-за непонятных, гуманистических целей, и совсем другое – получить возможность загрести богатые трофеи, а то и само убежище под себя подмять.

– Вы – не претендуете. А как же ваши вторые… Союзники? – Олег выделил последнее слово, а лицо его при его произношении скривилось в гримасе отвращения.

В самом начале разговора, когда Захар только излагал свой план, Денис чуть не провалил дело, сделав удивленное лицо. Захар сказал Олегу, что жестянщики уже согласились, это и поразило следопыта. Лесник вовремя наступил ему на ногу под столом, тот понял и сменил выражение лица на скучающее.