Мы оба размышляли в холодном молчании. Изменение материи? Если Хэнк был способен на изменение основных составляющих нашего мира, чем еще он мог манипулировать?
Через некоторое время Патч полез за воротник рубашки, расстегивая гладкую мужскую цепочку. Она была сделана из переплетенных звеньев чистого серебра и слегка потускнела.
— Прошлым летом я дал тебе мое ожерелье архангела. Ты мне его вернула, но я хочу, чтобы ты снова его взяла. Для меня оно бесполезно. Но тебе может пригодиться.
— Хэнк сделает все, чтобы получить твое ожерелье, — возразила я, отталкивая руки Патча. — Оставь его у себя. Тебе нужно его спрятать. Мы не можем позволить Хэнку его найти.
— Если Хэнк наденет мое ожерелье на архангела, у нее не будет другого выхода, кроме как сказать ему правду. Она даст ему истинные, нефальсифицированные знания, причем без ограничений. В этом ты права. Но ожерелье также имеет память на физический контакт, записывая информацию о нем навсегда. Рано или поздно, Хэнк наложит лапы на ожерелье. Лучше пусть возьмет мое, чем найдет другое.
— Записывая информацию?
— Я хочу, чтобы ты нашла способ передать его Марси, — инструктировал он, застегивая ожерелье на моей шее. — Это не должно быть очевидно. Она должна думать, что она его у тебя украла. Хэнк будет с пристрастием ее допрашивать, и она должна верить в то, что она тебя перехитрила. Ты можешь это сделать?
Я отстранилась, одарив его предостерегающим взглядом.
— Что ты задумал?
Его улыбка была слабой.
— Я бы не назвал это «задумал». Я бы назвал это распеванием «Аве, Мария» за пару секунд до взрыва.
Я очень тщательно обдумала то, о чем он просил меня.
— Я могу попросить Марси прийти ко мне, — сказала я наконец. — Я скажу ей, что мне нужна помощь в выборе украшений для платья, в котором я собираюсь пойти на вечер встречи. Если она действительно помогает Хэнку выследить ожерелье архангела, и если она думает, что оно у меня, она воспользуется этим, чтобы получить доступ к моей спальне. Я не в восторге от того, что она будет копаться в моих вещах, но я сделаю это. — Я намеренно сделала паузу. — Но сначала я хочу знать точно, зачем я это делаю.
— Хэнку нужно, чтобы архангел заговорил. Нам тоже. Нам нужно, чтобы архангелы на небе узнали, что Хэнк пользуется дьявольской силой. Я падший ангел, и меня они не послушают. Но если Хэнк коснется моего ожерелья, на нем останется след. Если он использует дьявольскую силу, ожерелье запишет и это. Мое слово для архангелов ничего не значит, но такое свидетельство будет иметь вес. Все, что мы должны сделать — это передать ожерелье им в руки.
Я все еще чувствовала грызущие меня сомнения.
— Что, если это не сработает? Что если Хэнк получит необходимую ему информацию, а мы не получим ничего?
С легким кивком он согласился.
— Есть другие предложения?
Я пораскинула мозгами, но так ни к чему и не пришла. Патч был прав. У нас уже не осталось ни времени, ни других вариантов. Не лучшее положение дел, но что-то подсказывало мне, что Патчу лучше всего удавались именно рискованные варианты за все время его существования. Если уж я втянута в столь грандиозную игру, лучшего напарника мне не найти.
Глава 27
Спустя неделю в пятничный вечер мама с Хэнком, прижавшись друг к другу, сидели на диване в гостиной с одной миской попкорна на двоих. Я вернулась в свою комнату, ведь пообещала Патчу, что смогу сохранять хладнокровие рядом с Хэнком.
Хэнк был невыносимо любезным последние несколько дней: отвозил мою маму домой из больницы, каждый вечер заезжал как раз к ужину с едой на вынос и даже почистил наши водосточные трубы на крыше сегодня утром. Я была не настолько глупа, чтобы потерять бдительность, но я сходила с ума, пытаясь разобраться в его мотивах. Он что-то замышлял, но я терялась, пытаясь понять, что именно.
Снизу донесся смех моей матери, и это было последней каплей. Я набрала сообщение для Ви.
ЙОУ, через секунду ответила она.
У МЕНЯ ЕСТЬ БИЛЕТЫ НА СЕРПЕНТИНУ. ПОЙДЕМ?
СЕРПЕН-ЧТО???
НОВАЯ ГРУППА ДРУГА СЕМЬИ, объяснила я. СЕГОДНЯ ВЕЧЕРОМ ПЕРВЫЙ КОНЦЕРТ.
ЗАЕДУ ЗА ТОБОЙ ЧЕРЕЗ 20 МИНУТ.
Ровно через двадцать минут Ви с визгом завернула к нашему дому. Я с грохотом спустилась вниз, надеясь, что доберусь до двери раньше, чем мне придется вынести пытку, слушая, как мама и Хэнк целуются, а Хэнк, как я уже знала, целовался очень мокро.
— Нора? — окликнула мама меня в коридоре. — Куда ты собираешься?
— Иду гулять с Ви. Вернусь к одиннадцати! — Прежде, чем она могла запретить, я выбежала на улицу и запрыгнула в машину Ви, фиолетовый Додж Неон 1995-го. — Вперед, вперед, вперед! — приказала я ей.
Ви, у которой была отличная возможность стать водителем при побегах, если не сложится с колледжем, взяла мое спасение в свои руки, выезжая с подъездной дорожки с таким шумом, что спугнула стаю птиц на ближайшем дереве.
— Чей это Авалон был на подъездной дорожке? — спросила Ви, мчась по городу и не обращая внимания на дорожные знаки. Она своим театральным криком избежала уже трех штрафов за превышение скорости с момента получения прав, и была глубоко убеждена, что когда дело доходит до закона, она непобедима.
— Хэнк взял напрокат.
— Я слышала от Мишель Ван Тассел, которая слышала от Лекси Хокинс, которая узнала это от нашей хорошей подруги Марси, что Хэнк даст большое вознаграждение за любые подсказки, которые помогут арестовать тех, кто пытался сбить вас на дороге.
Удачи.
Но я как положено усмехнулась, не желая намекать Ви, что что-то не так. Знаю, в идеале я должна была рассказать ей все, начиная с того, как Хэнк стер мою память. Но… как? Как я могла объяснить вещи, которые сама с трудом понимала? Как мне было заставить ее поверить, что в мире полно всякого из кошмарных снов, если я не могла ничем доказать свои слова?
— Сколько Хэнк предлагает? — спросила я. — Может, мне удастся выжать из своей памяти что-нибудь важное.
— Зачем утруждаться? Просто возьми его банковскую карточку. Сомневаюсь, что он заметит утечку пары сотен. И если тебя поймают, он не сможет арестовать тебя. Это ведь уничтожит все шансы на его отношения с твоей мамой.
Если бы все было так просто, подумала я, твердая улыбка застыла на моем лице. Если бы только Хэнка можно было бы принять за чистую монету.
У Сумы Дьявола была крошечная парковка, и Ви кружила по ней минут пять, но место так и не освободилось. Она искала с каждым разом все дальше и дальше. В конце концов, она припарковалась вдоль обочины, оставив половину Неона на дороге.
