облачился в белое, словно являлся местным начальством. Хотя выглядел и вел себя он так, что никому не пришло бы в голову в этом усомниться — уж повелевать альтьер Бурхардингер привык. Он оглядел меня с ног до головы и удовлетворенно кивнул, затем взгляд его зацепился за мое лицо:
— Что опять не так? Мы проведем разведку, и только.
— Хорошо, я готова.
— Говори, что надумала, все равно ведь скажешь.
Это верно.
— Интуиция, а точнее опыт, подсказывает, что Хал не мог бросить свою столицу на произвол судьбы. И пусть мы уверены, что он ждет в Аллигоме, и пусть там сосредоточена его сила, но… Тенет, дворец — важные символы его власти. Как бы видимость легкой добычи не сыграла с нами злую шутку. Теперь мне кажется, что и в город мы пробрались слишком легко, а ведь наше возвращение сюда можно было прочитать. Как и обращение к Вильгельму… или Янису, что почти одно и то же. Поэтому информация о сивиллах во дворце может быть наживкой.
— Я разочаруюсь, если это не так, — кивнул Дарлан, не углядев в моих словах фундаментальных открытий.
— Но мы все равно идем во дворец.
— Мы идем на разведку, а потом да — все равно отправимся во дворец. Твоя задача неизменна — сивиллы и контроль над ними. Во дворце их не будет, но это не беда — в Тенете-то они есть, живут, пакостят. Слышал, и тебя убить пытались. Опять же, общество организовали, которое, на нашу удачу, твой Янис недавно накрыл. Ты была права когда-то — парень не дурак. И прямо сейчас в полиции пустых камер нет, все забиты до отказа, под расследованием около пятидесяти человек с мертвой кровью в венах. Ее может не хватить, я помню, и на этот случай в лабораториях Армфантена достаточно дополнительной мертвой крови для установления связи с тобой. Не хотел швырять в тебя этой моральной дилеммой раньше времени, ты же так лелеешь свой светлый образ, но раз спросила…
— Мы сделаем это завтра, — перебила я. — Все будет, как скажешь. Обещаю не душить тебя своим светлым образом и вообще помалкивать. Но только завтра, Дарлан. До завтра мир не провалится под землю, он устоял, пока мы скитались, а значит, еще день в запасе найдется.
Дарлан сложил руки на груди и покачал головой:
— Надумала опасную пакость, я понял. И разубеждать тебя бесполезно?
— Ты хорошо меня знаешь, Дар.
— Так уверена, что он тебя пощадит? Будет очень глупо с его стороны.
— Ты прекрасно знаешь, что у Актера одна слабость, на ней ты столько раз уже играл… он не убьет меня, не сможет. И раз ты сам толкаешь меня на путь Новой Крови, раз Мертвая Земля выдала мне эту сомнительную награду, то… с меня довольно наблюдать, как вы друг другу глотки грызете и постоянно втягиваете в это меня. Надоело. Надоело настолько, что я готова перегрызть эти самые глотки вам. И да, я готова рискнуть, если есть шанс обойтись без угрозы всему Тенету.
— Даже не знаю, что тут ответить… фас, Иделаида! И удачи в переговорах, хотя я сильно сомневаюсь, что они будут успешными. Сходил бы в Храм вопросить помощи Судей, да закрыт сейчас Храм, так что справляйся сама, без помощи снизу, но с моим пожеланием доброго пути.
— Что мне Храм, раз ты в меня так веришь? — съязвила я.
— Прости, я не умелец разыгрывать драму и морально поддерживать.
— Ты как раз умелец, Дарлан. Просто никогда не делаешь это искренне.
С этим он легко согласился:
— Да, такой вариант мне нравится.
— Я отправлюсь к нему одна. Ты останешься здесь и за мной не последуешь, потому что… ты прекрасно знаешь причину. Это не провокация и не попытка выманить врага, а стремление все решить мирным путем. Без массовых разрушений и переливаний мертвой крови несогласным на это людям, пусть они и под расследованием, пусть они и желают смерти лично мне. Обойдемся без подчинения живых чужой воле. Мне это не кажется нормальным, мне претило происходящее, когда я вызволяла тебя, а сивиллы выступали марионетками. Жители Посмертья Судом приговорены ко всему, что с ними происходит, а живые пока еще только ждут, что будет дальше.
— Ждут и дождутся… провала вниз и скорого Суда, — пробормотал Дарлан и покачал головой: — Я бы все сделал сам, тебе бы не пришлось марать руки… кроме контроля, конечно. Но я тебя понял, Иделаида. Если тебе нужна эта попытка — валяй, только не несись бездумно в логово врага. Возьми, например, своего Яниса, пусть он оставит тебя в условленном месте, о котором будете знать только вы двое, а сам привезет Актера. Если тот захочет тебе поверить и приехать… но ты права, думаю, он захочет и сделает. А там… кто знает, вдруг из этого и получится что-то толковое.
Я усмехнулась:
— Ты в это веришь или оказываешь моральную поддержку?
— С ума сошла? Я не умею. Но мне всегда нравилась идея использовать поменьше грубой силы. Так интереснее. Особенно, когда точно знаешь, что грубая сила на твоей стороне.
— Я не на твоей стороне.
— Обговорим этот вопрос когда-нибудь завтра.
— Надеюсь, в будущем наши беседы сведутся к минимуму, — на этом я хотела уйти, но Дарлан окликнул меня:
— Ида… возможно, на этой встрече тебе придется принять непростое решение, — его тон был серьезным, а взгляд — цепким.
— Знаю.
— Справишься?
— Справлюсь.
К Янису я отправилась одна и застала его дома. Его, а еще Лин, детей… Ида и Дин окружили меня, болтая без умолку о чем-то своем, а взрослые смотрели настороженно. Даже со страхом, что неудивительно — в нашу последнюю встречу с Янисом я грозилась убить короля, которому он присягал на верность, которого уважает. А теперь заявилась в полицейской форме, но в статусе опасной беглянки и предательницы.
— Мне нужна одна встреча с Алласаном, всего одна встреча, — быстро сказала я. — Пока все не стало непоправимым. Он… в Аллигоме сейчас. Мы должны поговорить.
— Вы хотите его убить? — в лоб спросил Янис. Стали очевидны изменения, что произошли с ним за эти годы, раньше он бы не смог ударить вопросом так прямо. Не с таким жестким взглядом.
— Нет! Конечно, нет.
— Но убьете.
— Нет.
— Поклянетесь ли вы Идой, моей дочерью, названной в вашу честь, альтьера? — от таких слов дети рядом со мной притихли и застыли, а Лин… побелела до кончиков ушей и будто обратилась в камень.
— Янис, я не могу дать такую клятву, потому что Ида…
— Потому что, несмотря ни на
