не ступил. Интересно, что это могло значить? Что брата наконец удовлетворяет ее план или что даже призраки способны бояться Дэррада?
– Думаю, твоим предкам уже плевать. Умерев здесь, ты с ними вообще не встретишься.
– Полагаешь, у меня совсем нет шансов вернуться?
– А ты считаешь себя особенной?
Хаара призадумалась. На душе и так скверно, а от этого мага ни грамма пользы. Вероятнее всего, он прав. Девушке хотелось сдаться, согласиться и вернуться к людям, только как долго она сможет скрываться от Светоносцев? Жить в бегах, ожидая казни? Нужна ли ей вообще такая жизнь? Ставка слишком велика. Теперь ее спасет только трон, а заполучить его возможно лишь одним способом. Конечно, Хаара больше верила в неминуемую смерть. Она снова вспомнила о Карлайле. Вот уж кто точно не позволил бы совершать глупостей. Если бы Хаара не сбежала, то не пережила всего этого ужаса и не оказалась бы сейчас здесь. «Наверное, я тронулась умом». Она скользнула пальцами по эфесу меча. Может ли Эсхаль защитить в таком месте как Дэррад?
– Я прожду тебя три дня. Потом считай, что долг уплачен.
– Хорошо. Я постараюсь вернуться.
Маг усмехнулся, а Хаару кольнула досада. Почему он не может быть тактичнее в такой ситуации? Момент испытания близился. На горизонте показалась высокая темная стена, и только подойдя ближе, можно было рассмотреть очертания выгнутых стволов, переплетенных в неразборчивый узор. Их черные ветки как будто бы упирались в блеклое серое небо, пожирающее любое приближающееся к нему облако. Хаара приостановилась и на мгновение задержала дыхание. Воздух показался ей приторным и вязким. Сладковатый шлейф гниения тянулся со всех сторон. Рин заржала и попятилась, и девушка с трудом удержала ее.
– Дальше я не пойду, подожду на возвышенности, – предупредил Леоссар, и Хаара обнаружила, что маг смотрит на нее с тревогой. Она передала ему поводья и сжала кулаки, пытаясь не выдать дрожь, охватившую тело.
– Что ж… пожелай мне удачи, аэлуд Леоссар.
– Удачи, принцесса. Может, она подарит тебе безболезненную смерть.
Хаара задержала на нем взгляд, то ли пытаясь найти сочувствие, то ли поддержку. Маг сдвинул брови, посмотрев в сторону Дэррада, затем на девушку, утонувшую в свободной одежде и кажущуюся в ней больше нелепым оруженосцем, чем воином.
«Сомневается, что я туда пойду?» – подумала Хаара, преисполнившись страха и нерешимости, затем выдохнула, сглотнула подступивший ком и неспешно побрела в сторону возвышающегося впереди леса. С утра им удалось изловить и закоптить тощего кролика, чьи красные глаза навыкат не внушали доверия. Леоссар наколдовал пару лепешек, так что скудные запасы Хаара планировала расходовать экономно.
Она и представить не могла, что когда-либо окажется в подобном месте. Чувство, которое Хаара испытала в мертвой деревне, вернулось. Девушке чудилось, что она идет по кладбищу, которому нет конца, а впереди лишь одни врата, и они ведут прямиком в Шаахово логово.
Она минула поле, поросшее жухлой травой, ненадолго остановилась у черты леса и подняла голову. Тяжелые раскидистые кроны нависали, будто приготовились напасть и удушить. Тишина. Ни птиц, ни насекомых. Только протяжный вой ветра, напоминающий дыхание гиганта, оживлял мертвенную атмосферу.
Хаара обнажила меч, мысленно поблагодарив Леоссара за вылеченные руки. Клинок будто дрогнул в руках, и девушка уставилась на тускло светящееся лезвие. Что-то или кто-то нервирует Эсхаль?
Перебарывая мандраж, Хаара пригнулась и шагнула на злополучную территорию. Деревья росли столь близко, что двигаться приходилось медленно, все время крутясь и нагибаясь. При неосторожном движении какой-нибудь сук нещадно мог ударить в глаз. Проехать в таком месте на лошади невозможно, да и кому бы пришло на ум? Хаара с трудом передвигалась пешком и опасалась, что в случае нападения, окажется в невыгодной позиции для боя. Однако через некоторое время деревья расступились. Деревья будто бы отдалились друг от друга, позволив девушке распрямиться и ступать чуть свободнее, впрочем, быстрее двигаться Хаара не решилась. Она прислушивалась, но не различала ничего, кроме собственного дыхания и потрескивающих под ногами веток. Постепенно ее обступала хищная полупрозрачная дымка, и у Хаары мелькнула мысль, не ядовит ли этот туман. Она остановилась, пытаясь распознать, несет ли он какую-то угрозу, но, не дождавшись реакции тела, двинулась дальше.
Девушка плохо представляла, с чего начать поиски. Как она узнает, что встретила шархадарт, если даже не воображает, как они выглядят? Походят на людей или чудовищ? Может, в них есть что-то от зверей или они как духи? Хаара попыталась припомнить изображения из книг, но все казались нелепыми, неправдоподобными и довольно расплывчатыми.
«С чего бы этим существам помогать мне, даже если я найду их? И понимают ли они людскую речь? Способны ли мыслить? Знают ли о нашем существовании?» Задаваясь этими вопросами, Хаара все дальше уходила в лес. Девушку преследовало чувство, будто что-то невидимое наблюдает за ней, однако постороннего присутствия заметить не удалось, и Хаара решила, что это игра разбушевавшегося воображения. «Может, лес не столь опасен, как о нем говорят? Люди любят сочинять байки и приукрашать их. Здесь не очень плодородная почва, странные растения, однако это всего лишь лес… жуткий, окутанный туманом лес».
Хаара старалась успокоить себя, унять панику и сосредоточиться на поисках. Крепко сжимая в руке меч, она надеялась, что успеет воспользоваться им, если возникнет острая необходимость, и попутно пыталась разработать план. Отсутствие жизни пугало даже больше, чем ее наличие, и чем глубже забредала девушка в чащу, тем сильнее казалось, что она уже не в мире людей. Эсхаль стал пульсировать ярче, и девушка вдруг подумала, что красный металл может стать нежелательной приманкой.
Внезапно у Хаары перехватило дыхание. Она остановилась, чувствуя, как ледяной пот выступил на спине и, округлив глаза, уставилась на огромное черное дерево впереди. Обхватить его ствол могли разве что человек семь зараз. Почти от самого основания корявые ветки паутиной вились в разные стороны, а вывороченные корни нахально выступали из земли, словно желали освободиться. На шершавых ветвях не было листьев, даже самых сухих, зато из разветвленного ствола торчало чье-то бледное, уже посиневшее от времени тело. Девушка сразу же вспомнила трупы на кольях у пустующей деревни и почувствовала приступ тошноты. Ей не хотелось подходить ближе и выяснять, что стало причиной такой странной и жуткой смерти. Быть может, этого человека схватило дерево? Или здесь побывало что-то более чудовищное?
Хааре на ум пришла молитва, и она быстро прочла ее про себя. «Защити меня от ужаса, святой Геул… пусть все это мне лишь кажется». Девушка заметила, что нелепо свисавшее бледное туловище имеет мужское сложение. Его облегала роскошная шелковая блуза,
