болезненной тишины. Девушка сомневалась, что невидимые создания услышат ее, и в то же время боялась, что звук долетит до кого-то еще. – Пожалуйста… – продолжила она, – позвольте мне просить у вас милости, если слышите… Если вы существуете и можете мыслить, если старые легенды не врут, то прошу… отзовитесь и позвольте говорить с вами. Я пришла сюда с миром… с миром и просьбой. Во имя Геула… во имя всех прародителей…
Сумерки сгустились быстро. Стало прохладнее, и Хаара плотнее закуталась в плащ. Так хотелось, чтобы кто-то сейчас оказался рядом, любое человеческое создание, лишь бы не чувствовать себя потерянной и забытой, похороненной заживо в бесконечной темноте и безмолвии. «Интересно, чем сейчас занят Леоссар? Ждет меня или уже уехал, забрав Рин? Второе куда благоразумнее. Я вряд ли вернусь… не через три дня точно».
Девушка содрогалась при мысли о сне. Она прислушивалась, потому что утратила способность различать что-либо в потемках. Казалось, будто все чувства перестали работать. Только слух еще улавливал тихое журчание, и ноги упирались в остывающую черную землю. Дыхание постепенно выровнялось. Хаара отвлекалась на мысли, воображая, будто разговаривает с Карлайлом или магом, чтобы чувствовать себя хоть немного уютней. Она задавала вопросы, сама же на них отвечала и сама же вступала в спор. В таком положении Хаара провела всю ночь, боясь лишний раз пошевелиться и спровоцировать шум. Однако к движению ее побудил не рассвет, а что-то холодное и влажное, скользнувшее вдоль запястья. Девушка отдернула руку и опустила взгляд.
Утро было не за горами, и уже виднелись очертания пространства: берег, черные стволы, река. Хаара попыталась рассмотреть, что побеспокоило ее, и пришла в ужас, увидев длиннющего толстого червя рядом с собой. Он извивался, как будто желал вернуться в глубинную тьму, из которой выполз. Девушка сморщилась, и лишь мгновением позже заметила, что вьющийся на земле червь – далеко не единственное живое создание поблизости. Его собратья были повсюду: у Хаары на сапогах, плаще, лезвии меча. Она невольно вскрикнула, вскакивая на ноги и стряхивая с себя эту мерзость. Испытывая чувство крайнего отвращения, девушка запрыгала на месте, попутно давя извивающихся гадов и отступая, но, сколько бы шагов она ни делала, червей становилось только больше. Они покрывали все пространство и продолжали выползать из недр земли, обвивать ее ноги, забираться под брюки. Хаара не успевала стряхивать их. Скользкие, холодные, липкие. Она завопила и вдруг вздрогнула.
Проснулась…
Девушка молниеносно осмотрелась. Никаких червей. Трава, камни, сваленное дерево. Солнце уже взошло, хотя туман по-прежнему скрывал его. «Неужели уснула? Сколько же я проспала? Это все было нереально… но я была не защищена. Проклятье, я не должна засыпать, иначе следующий кошмар станет явью».
Хаара сделала глоток из фляги и сжевала небольшой кусочек крольчатины. Нужно двигаться дальше, только вот в какую сторону? Девушка попыталась пораскинуть мозгами и выработать стратегию, однако на ум ничего не приходило. Во все стороны простирался однотипный лес. Дурное чувство не покидало, пусть в этот час Дэррад и казался несколько милосерднее.
Внезапно Хаара услышала тихий смех и насторожилась. Она внимательно посмотрела вокруг, пытаясь определить источник звука, но никого не увидела. Смех раздался вновь. Беззлобный, тонкий, женский. Хаара решила, что он доносится издалека, и неспешно двинулась вниз по течению, держа меч наготове. Она не знала, почему решила пойти на звук, а не прочь от него, ведь какому безобидному существу пришло бы на ум смеяться посреди Дэррада? Да и кто бы осмелился забрести в эту глушь, кроме самих обитателей леса? «Но что, если это шархадарт? – думала девушка, в душе сознавая, как мала вероятность подобной развязки. – Я лишь украдкой взгляну и уйду сразу же, окажись там что-то враждебное. Только бы это нечто само не заметило меня».
Чем дальше отходила Хаара, тем быстрее становилось течение реки, но все так же отдаленно звучали голоса. «Может, это иллюзия? Не подведет ли меня в этот раз любопытство?» Внезапно привычное журчание сменил раскатистый шум, что начал нарастать по мере приближения, и Хаара сообразила, что где-то впереди водопад. Она снова прислушалась, но звонкий смех не умолкал. «Почему же его так отчетливо слышно? Разве может звук разноситься столь далеко?»
Несмотря на подозрения и тревоги, Хаара продолжила идти, пока не оказалась у крутого обрыва, откуда с грохотом падала вода. Она стремилась к маленькому озеру зеленоватого цвета, что было окружено узким песчаным берегом, переходящим в заросли изумрудных кустарников и низеньких рубиновых деревьев. Смех доносился отсюда, однако его источник по-прежнему был скрыт от глаз.
Девушка осмотрелась. Спуститься ниже возможно по небольшим выступающим камням, что небезопасно. Летевшие в обе стороны брызги заливали их, делая скользкими и ненадежными, а держаться, кроме как за эти же камни, было не за что. Хаара замерла в нерешительности. Рисковать ради неизвестности – удел безумцев.
«Спущусь совсем немного… только чтобы взглянуть», – решила она и, вынужденно убрав меч в ножны, стала хвататься за выступы, боясь поскользнуться и разбить голову или того хуже по неосторожности приземлиться в чье-то манящее логово. Вечное стремление балансировать вселило в девушку лишь большую неуверенность.
Проделав почти половину пути, Хаара наконец позволила себе остановиться и выглянуть из-за небольшого валуна. Озеро полностью открылось взору, и девушка увидела неподалеку от водопада выступающий из воды камень, на котором разместились три человекоподобных существа. Хаара сразу же вспомнила, что читала о подобных в легендах. Змеелюди, они же наги. Воочию девушка видела их впервые. Все три особи оказались женского пола. Их верхние части ничем не отличались от человеческих: тонкие шеи, плечи, грациозно вытягивающиеся мокрые спины, обнаженные подтянутые груди, молодые лица, длинные угольно-черные волосы, прилипающие к лопаткам и изгибам. Однако вместо ног у всех троих были огромные змеиные хвосты синего, зеленого и фиолетового оттенков. Большая часть их находилась под водой, но со своей высоты Хаара могла разглядеть их длину: никак не меньше десяти метров. Таким хвостом было просто душить жертву любого размера. Змееподобные нимфы переговаривались и без умолку хохотали. Этот смех был таким тонким и разящим, что уносился далеко вперед, опережая и шум водопада, и иные звуки.
Наги были разумны, и этот факт вогнал Хаару в еще больший ступор. «Попытаться пойти с ними на контакт? Вдруг они знают, где я смогу найти шархадарт? А вдруг решат прикончить меня?» Быть убитой одновременно красивым и ужасающим существом Хаара не хотела, в то же время она заблудилась и не представляла, где искать тех, кого никто никогда не видел. Придя к мысли, что потеряет больше, если просто уйдет,
