энергетических ресурсов по всей Центральной и Восточной Европе. Посол США в ЕС Гордон Сондленд настойчиво добивался, чтобы его включили в состав делегации США, но поскольку у него не было законных оснований присутствовать, я неоднократно вычеркивал его из списков делегации. Тем не менее, в конце концов, его все же включили — как мы узнали по настоянию Малвани. Нам было непонятно, почему Рада выбрала столь раннюю инаугурацию. Наши наблюдатели на местах полагали, что партия Порошенко решила, что готова рискнуть досрочными парламентскими выборами, в расчете на то, что Зеленский вряд ли сможет оправдать растущие вокруг него ожидания. Это оказалось просчетом советников Порошенко и огромным стимулом для Зеленского.
Фактически, инаугурация Зеленского 20 мая принесла еще один сюрприз: он разоблачил блеф Порошенко и назначил досрочные парламентские выборы. Точная дата не была установлена, но ожидалось, что голосование состоится где-то в июле. Также становилось все более очевидным — не только для меня, но и для других, включая Фиону Хилл, старшего директора СНБ по Европе и России — что Трамп полностью принял линию Джулиани о том, что нарратив о “сговоре с Россией”, придуманный внутренними политическими противниками США, был запущен через Украину. Другими словами, Трамп купился на идею о том, что Украина на самом деле несет ответственность за осуществление попыток Москвы взломать выборы в США. Это явно означало, что в ближайшее время мы не сделаем ничего хорошего для Украины, независимо от того, насколько это может помочь нам предотвратить дальнейшее продвижение России.
22 мая, после выступления на церемонии вручения дипломов Академии береговой охраны в Нью-Лондоне, штат Коннектикут, я вылетел в Японию для окончательной подготовки к государственному визиту Трампа, первому при новом императоре Нарухито. Два дня спустя, из Токио, я разговаривал с Купперманом, который присутствовал на брифинге Трампа ранее в тот же день (когда мы разговаривали, в Вашингтоне все еще было 23 мая). Окончательно в нашу делегацию на инаугурации Зеленского вошли Перри, Сондленд, Волкер и сенатор Рон Джонсон.
— Я, б…ь, не хочу иметь никакого отношения к Украине, — орал на брифинге Трамп, — Они, б…ь, напали на меня. Я не могу понять почему. Спросите Джо ди Дженова, он все об этом знает. Они пытались нае…ть меня. Они коррумпированы. Я, б…ь, не собираюсь иметь с ними дел.
Все это, по его словам, было одним сплошным планом семейства Клинтон и примкнувшего к ним Хантера Байдена нанести ущерб Трампу в 2016 и 2020 годах. Волкер попытался вмешаться, чтобы перевести разговор на саму Украину, но Трамп ответил, что ему насрать. Перри сказал, что мы не можем допустить, чтобы Украина стала «фейлд-стейтом»[27] где пало эффективное правительство. Трамп просто отослал его поговорить с Руди и Джо.
— Дайте мне девяносто дней, — снова попытался Перри, но Трамп оборвал его:
— Украина пыталась свергнуть меня. Мне, б…ь, нет ни малейшей выгоды, чтобы помогать им.
Впрочем, смягчившись он сказал, что Зеленский может посетить его в Белом доме, но пусть ему сперва точно разъяснят, что б…ь о нем и его стране думает Трамп.
— И я хочу от него этот е…й сервер DNS, — сказал Трамп, возвращаясь к драке. Потом добавил: — Хорошо, у вас есть эти девяносто дней. Но мне б…ь он не интересен.
После этого Перри и Купперман согласились, что Зеленского не следует приглашать до окончания июльских выборов в Раду, чтобы посмотреть, есть ли у него хоть какие-то шансы эффективно управлять страной. (Несколько ближайших лидеров, таких как венгерский лидер Виктор Орбан, считали перспективы Зеленского мрачными, что не противоречило сдержанным взглядам Путина). Ходили также слухи, что Перри покидает администрацию в ближайшем будущем, так что цифра “девяносто дней” соответствовала тому, что ему нужно время, чтобы чего-то добиться в Украине. Сенатор Джонсон сказал мне несколько недель спустя, что он был очень шокирован реакцией президента. Ну, для меня это был просто еще один день в офисе.
Тем не менее, в последующие недели Сондленд, которому, по-видимому, было недостаточно работы с Европейским союзом в его штаб-квартире в Брюсселе, продолжал настаивать на скорейшем визите Зеленского в Вашингтон. Помпео было плевать на Зеленского, но было ясно, что он не хочет связываться с Сондлендом, несмотря на то, что он не терпел, когда послы обращаются к президенту через его голову. Это было в порядке вещей в руководстве Помпео Госдепартаментом: избегать конфликтов. Трамп решил вопрос с визитом непосредственно перед отъездом в Англию в июне — не раньше осени. По мне, правильное решение. Ключевые европейцы также проявили осторожность в отношении перспектив Зеленского. И министр иностранных дел Германии Хайко Маас, и министр иностранных дел Франции Жан-Ив Ле Дриан посетили Зеленского в Киеве в конце мая, но не пришли к определенным выводам. Позже Макрон и Меркель, казалось, потеплели к Зеленскому. Однако, судя по недавнему разговору с Путиным, русские к нему серьезно не относились, и уж точно не перед выборами в Раду.
Следующая дискуссия с Трампом по Украине, насколько я помню, состоялась только 25 июня. Я был в Израиле для встречи с Нетаньяху и для трехсторонней встречи с Патрушевым и Бен-Шаббатом, но я присутствовал на заседании СНБ по видеоконференцсвязи из нашего бывшего иерусалимского консульства. Встреча, состоявшаяся в Вашингтоне в зале заседаний с участием обычной команды, должна была обсудить другие вопросы, но в какой-то момент Трамп высказался по поводу “Северного потока-2”, пожаловавшись на “наших великих европейских союзников» и низкие расходы Германии на оборону:
— Ангела [Меркель] сказала, что она достигнет [двух процента ВВП] к 2030 году, помни об этом, Джон. Я прислушиваюсь к своим советникам, несмотря на то, что думают люди. — он хохотнул, я тоже, а затем он снова заорал: — Все обманывают нас в торговле. Это будет лучший июнь за последние годы. Из-за тарифов вливается много денег.
Затем он перешел к Украине и программе помощи в размере 250 миллионов долларов на закупку оружия.
— Вы одобряете это, Джон?
Я сказал, что это было указание Конгресса, которым занималось Министерство обороны.
— Насколько это глупо? — спросил Трамп. — Германия не тратит деньги на соседние страны. Ангела говорит: «Мы не тратим деньги, потому что это соседняя страна». Джон, вы согласны с помощью Украине?
Я не ответил прямо. Меня беспокоило, что вдруг заставило Трампа обратить внимание на эту конкретную военную помощь. Вместо этого я предложил, чтобы Эспер поднял вопросы о распределении бремени между НАТО и Украиной на встрече министров обороны НАТО, запланированной на ближайшие дни. Пожалуй, это был первый раз, когда я услышал, что помощь в области
