Хаш вздрогнул во сне. Наверное, увидел что-то плохое.
* * *
"Переговорный камень", висевший на цепочке завибрировал. Магистр Ронин быстро ткнул гладкую поверхность свинцовой иглой.
— Девятая группа расположилась на ночлег в заброшенной гробнице. Ничего подозрительного не обнаружено, — хриплый голос оперативника заполнил небольшое пространство кабинета. К нему примешивались звуки ночного леса и дыхание напарника бакалавра, отряжённого для наблюдения за адептами. Чувствительность у "говорящих камней" была исключительной.
— Понял вас. Ничего не предпринимайте без моего приказа. Обо всё подозрительном — сообщать немедленно. Повторяю — никаких активных действий, только наблюдение.
— Принято.
Кеншин откинулся на спинку кресла, скрестив руки на груди. "Значит, группа, которую едва не прикончила Кэйран Аки попёрлась в глушь с непонятными намерениями". Конечно, о заявленной цели магистр знал — "тайное" испытание изобретения Талахаси Амидо. Но это слишком явно, чтобы быть правдой. "Скорее всего у них там с кем-то встреча. Вопрос только с кем". На самом деле Ронин был почти уверен, что группу заманивают в ловушку. И почти знал, кто за этим стоит.
"Выводы аналитиков и Хига оказались верными. Всё затевалось ради этой троицы. Осталось понять — что в них такого особенного, что чернокнижники были готовы раскрыться, но не отпустить адептов от себя".
Мужчина снова тронул камень иглой. Магический прибор хрюкнул, что-то щёлкнуло и послышался голос Канрана.
— Чего тебе? Ночь на дворе.
— Свяжись с Хёмэн. После полуночи мы отправимся в одно интересное место.
— Куда это?
— К гробнице Мисаки. Девятая группа в полном составе пребывает именно там. Нужно будет понаблюдать.
— Только понаблюдать? — деловито осведомился Мидасу.
— Гарантии дать не могу. Поэтому готовьтесь ко всему.
— Я обожаю тебя, Кеншин, за умение конкретно поставить задачу.
— Наша совместная работа всегда доставляла мне искреннее удовлетворение, — Кеншин не удержался от колкости. — Собирайтесь и в полночь ждите меня у Восточных врат. Пойдём пешком, скрытно.
Канран ответил разочарованным вздохом и отключился.
"За детьми придут. Придут обязательно". В этом Кеншин уверен. Ронин встал с кресла и направился к выходу из кабинета. Необходимо зайти в оружейную особого отдела. Что-то подсказывало — задача будет не простой. Её усложнял один факт — магистрат требовал поимки Гихана живым. Во что бы то ни стало. Любой ценой.
Магистр тяжело вздохнул. Долг чародея есть долг чародея. А члены особого отдела вообще не должны задавать вопросов. Они должны исполнять приказы.
— Надеюсь, всё обойдётся без жертв и мы сможем себя обнаружить вовремя, — пробормотал мужчина себе под нос, выходя в коридор. — Очень надеюсь.
* * *
Когда тьма в проломе входной двери начала сереть, последний брикет сухого топлива почти догорел. Хаш с облегчением вздохнул и затеплил "светлячка". Осталось недолго. Сейчас он разбудит товарищей и адепты встретят Рикко. Ну, или отправятся её искать — всё зависело от того, что взбредёт в голову этой девчонке.
Брикет, напоследок стрельнув искрами, погас. Серость снаружи обрадованно хлынула внутрь, недовольно остановившись у зыбкой границы светового круга "светлячка".
— Эй, — Кэйран начал тормошить Амидо и Йору. — Вставайте, скоро рассвет.
Блондин распахнул глаза сразу, словно совсем не спал. Совершенно ясный, чистый, осмысленный взгляд. Талахаси что-то недовольно бурчал, пытался отбиваться, но, общими усилиями его удалось растолкать.
— Идиотская затея, — пробормотал он, оглядев холл и вспомнив, где находится. — Ну и? Куда запропастилась Рикко?
— А я знаю? — огрызнулся Хаш, зябко ёжась от утренней свежести. — Сейчас Йору подумает, и мы решим, где её искать…
— Не надо ничего решать. И искать, в общем-то, тоже не надо, — спокойный голос блондина, стоящего у внутренней арки заставил адептов посмотреть в его сторону.
В проёме, разгоняя клубящуюся серость сумрака коридора, в полуметре над землёй висел ярко-зелёный огонёк. Он никак не напоминал обычный "светлячок", скорее свечное пламя, отправившееся в самостоятельное путешествие. Огонёк требовательно покачивался на месте, приглашая за собой.
— Хитрая, — с непонятным выражением произнёс Хаш. — Кажется, это за нами.
— Ты проницателен, — хмыкнул Йору. — Идёмте.
— Сейчас, сейчас, — засуетился Амидо. — Только бомбу нацеплю, — уловив на себе настороженные взгляды товарищей, он упрямо замотал головой. — И не просите, я её здесь не оставлю.
Через некоторое время девятая группа собралась и двинулась за неожиданным проводником.
Огонёк уверенно вёл их по заброшенной гробнице. Хотя планировка не отличалась неожиданностью — миновав скрытый сумерками коридор (слабый утренний свет попадал сюда через широкие квадратные отверстия в потолке) юноши оказались в просторном круглом зале. В центре высился саркофаг и небольшая статуя женщины, видимо Мисаки Микото. Огонёк требовательно завис у монумента.
— Чего ему от нас нужно? — почему-то шёпотом спросил Хаш.
— Не знаю, — таким же шёпотом ответил Амидо.
Йору молча приблизился к статуе и начал внимательно её осматривать. Адепт предупреждающе вскинул руку, призывая товарищей держаться на расстоянии. Через пятнадцать минут блондин поднялся с колен, отряхнул штанины комбинезона и ткнул в три случайные, как показалось Хашу, точки на статуе.
В недрах горы что-то скрипнуло, послышался звук, словно два мельничных жернова совершили полный оборот. Статуя медленно начала отходить в сторону, открывая узкую винтовую лестницу, ведущую на нижние ярусы гробницы.
— Нам — туда, — прокомментировал Йору движение огонька, устремившегося вниз.
— Идём, что ли, — Хаш подошёл к блондину, заглядывая в проём.
— Постой, мне это всё не…
— Эй вы! Спускайтесь уже! — послышался снизу звонкий голос Рикко. — Я думала, вы не додумаетесь, как статую сдвинуть!
— Пошли! — Хаш решительно толкнул Йору на лестницу. Блондин не успел ничего возразить.
Спускались недолго. Лестница быстро закончилась, привела их в неплохо освещённый подземный зал. Благодаря этому удалось рассмотреть картину, открывшуюся их взору.
Невысокий потолок. Всё каменное, как и в гробнице наверху. Посередине — плоская мраморная столешница, на невысокой толстой ножке, словно какой-то громадный бледный гриб. У самой дальней стены — терминал мощного вычислителя — никто из троицы не видел таких серьёзных. Серебряная подставка, солидный, голубоватого цвета, проецирующий изображение кристалл. Толстые кабеля, уходящие в камень прямо за вычислителем. Но не это было самой поразительной деталью. На столешнице, в еле слышном гудении поля Ши, иначе называемого "стазисным", не доставая до поверхности кончиками пальцев ног, обутых в сандалии, висела Рикко. Её волосы клубились, словно девушка плыла под водой. Глаза оставались закрытыми, лицо побледнело, на нём застыло сосредоточенное выражение.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
