за много лет жена вдруг подняла голову – надо сказать, очень красивую голову, потому-то он на ней и женился, – и снова увиделась со своим бывшим возлюбленным! Всем было бы лучше, если бы этот тип тихо и незаметно исчез. Несомненно, Додлин так суетится вокруг него из жалости – она всегда была крайне чувствительна. Нужно со всем этим покончить, и поскорее. После восшествия ему будет некогда наводить порядок.
Итак, судья провёл небольшое расследование.
В библиотеке Академии нашлось не так уж много данных об учителе Лине. Бывший возлюбленный Додлин владел модной магической лавкой, где продавал никому не интересные чаи. Он входил в Гильдию лавочников и возглавлял оппозицию, которая более-менее открыто противостояла Академии. Подумав об этом, судья злобно усмехнулся. Никто из академиков не воспринимал этих клоунов всерьёз, а те, видя попустительство властей, возомнили о себе невесть что. Гильдия – это всего лишь сборище посредственностей, жаждущих укусить Академию, не более того! Завистники, мечтающие стать академиками и занять их место! Стоит швырнуть им пригоршню привилегий – и их блестящие принципы тут же испаряются!
Внезапно судья заметил папку, которую не видел прежде: пачка кое-как соединённых листов, так плохо скреплённых, что первые несколько страниц свернулись как свиток. Документ пятилетней или чуть больше давности. Это было прошение о присуждении степени Магистра, написанное почтенной Мелиссой – она же предлагала свою кандидатуру в качестве наставника. Вскоре после указанной в документе даты почтенную Мелиссу начал преследовать Всадник, и она исчезла из магического мира, и дело было забыто. Радамант поморщился. Он избавился бы от многих неприятностей, если бы в то время Всадник был более управляемым. Причудливую манеру поведения можно списать на его характер, но вольности, которые Аллегория допускала в отношении Академии, всегда били по системе.
Судья снова начал просматривать документ. Почтенная Мелисса в красках живописала шедевр, созданный учителем Лином: дурацкую шапку-выручалку. Радамант презрительно фыркнул. И почему он не удивлён? Эти двое никогда серьёзно не занимались магией.
Тут он вздрогнул. Уже второй раз за день ему говорили о шапке, к тому же о той, которая принадлежала этой мелкой шайке негодяев, так отравляющих ему жизнь… Когда несколько минут назад он встретил в Садах Чарли Вернье, то машинально взглянул на шапку-выручалку и вспомнил слова Лилия Атрависа. На первый взгляд вполне обычная шапка, и всё же…
Радамант ещё раз, внимательнее прочитал прошение почтенной Мелиссы.
И понял. Он всё понял.
Как он мог?! Он проявил такую небрежность! Однако в глубине души судья понимал: ему повезло, это знаменитое везение, неизменно сопутствующее талантливым людям. В конце концов, он всегда говорил: удача умножает сама себя.
Теперь Радамант знал, где находятся Всадник и почтенная Мелисса: в шапке-выручалке! Он подозревал, что Всадник не умер, что почтенная Мелисса не сбежала, вопреки утверждениям двух мелких гадёнышей. Теперь у него даже появилась надежда вернуть Всадника, а старуха пусть остаётся там, где она сейчас.
Разумеется, отнять шапку-выручалку у живого человека невозможно, если только владелец сам не предложит вам её забрать. Чарли Вернье вряд ли будет столь сговорчив. Мальчишка слишком упрям. А вот если владелец вдруг умрёт, вопрос решится сам собой. И вообще, это можно рассматривать как восстановление справедливости: этот мальчик и так получил несколько лет отсрочки. Он буквально украл у жизни отпущенное ему время.
Вот о чём думал Радамант Денделион, прежде чем заметил какое-то движение под книжным шкафом, а потом вошёл Анасфем.
Судьба явно давала ему решение проблемы.
Всё складывалось на удивление удачно, ничто не помешает его восшествию. Удача определённо всегда на стороне талантливых людей.
21. Собираются тучи
В столовой Лилий Атравис сделал официальное заявление и тут же столкнулся со взрывом всеобщей радости. Мрачные лица были лишь у Чарли, Мангустины и Джун, поскольку они знали истинное положение вещей.
При виде их угрюмых лиц Панус заподозрил неладное.
– Что именно мы выиграем, если согласимся участвовать? – спросил он.
– Ну что за мелочность! Эти скачки – прежде всего трамплин для вашего будущего. Во всяком случае, для Чарли Вернье, коль скоро о его участии лично ходатайствовал сам Анасфем Непобедимый. Впрочем, я ожидал подобных вопросов. – Лилий Атравис вытащил из кармана листок бумаги, и его длинная коса, украшенная зелёной, жёлтой и красной лентами, качнулась. На каждом плече у него угнездилось по шептуну, а третий, сидя на коленях у хозяина, наблюдал, как тот разворачивает листок.
Чарли подумал, что, учитывая, что его жизнь может оборваться в ближайшие несколько дней, разговоры о его будущем похожи на насмешку. Впрочем, это не мешало директору лучиться бодрой улыбкой. Он начал читать:
– На кону тысяча звонников, что само по себе немалая сумма. Кроме того, все городские лавки расщедрились на целую кучу призов. «Три медузы» предоставляют четыре карманных зеркальца, «Голый король» оденет победителей с ног до головы, «Жратва людоеда» приготовит восемь бесплатных обедов, «Милые зелья» пожертвуют флакон геронтиака, выпив который, можно на пару часов стать тридцатилетним. «Домовой-лакомка» предложит четырём гостям пользоваться шоколадным фонтаном в течение целого дня, «Голубая фасоль» подарит три семечка гигантской фасоли, «Насмешливая Благотворительность» оторвала от сердца десять пар носков-неразлучников, «Малыш» выставит угощение – шипунья и апокартофель фри на двадцать человек. Академия раздаст билеты на двенадцать конференций, Музей войны Злоупотребления магией выделяет три годовых абонемента. Лавка «Пузырьбуль» презентует двенадцать бутылочек жидкого мыла повышенной пенности и даёт столько кускового мыла, сколько весят победители, а «Термы Сюзанны» обеспечат шестидневное обслуживание. Лавка «Тайный вылет» на Однорукой улице предлагает десять бесплатных тренировочных полётов на мётлах, торговцы с полей Восходящего зла дарят победителям семь корзин орехов-сюрпризов, а Большие Арены выделят четыре места на почётной трибуне на время проведения скачек четырёх шабашей в следующем году! Даже патрульные выдадут три джокера, позволяющих сохранять звёзды на кулоне, если вас вдруг надумают арестовать; также три звезды могут быть возвращены тем, кто уже успел их потерять. А ещё… кхм… Селестен Бурпен предлагает победителям прокатиться на его единорогах. – Директор умолк, и в столовой установилось потрясённое молчание.
Тишину нарушили яростные часы: они начали ожесточено отбивать полдень, но, ощутив на себе множество возмущённых взглядов, в итоге притихли.
Директор в упор смотрел на Мангустину и Чарли:
– Вам остаётся лишь дать своё согласие на участие. Ещё вам понадобится упряжка, но мои милые малыши доложили мне, что с этим у вас проблем не возникнет. – Говоря так, он поглаживал шептуна, которого держал на руках. Две другие рептилии, сидящие у него на плечах, оживлённо зашипели.
– Разумеется, мы
