государственные дотации!
– Наверное, так говорят твои родители, – фыркнула Джун. – Забавно, после того как они пытались украсть нашу тыквину.
– В торговле всегда есть проигравшие и победители!
Тут им в спины прилетел целый сугроб. Шутниками оказались Торус и Берт, его техмаг, мягкотелый парень.
– Эй, розги, не хотите умыться снежком? А то вы грязью заросли! Наверное, не каждый день воду видите!
Берт глупо заржал. Если из этих двоих Торус был заводилой, это о многом говорило.
Внезапно вперёд выскочила Джун и столкнула Торуса с брода. Тот упал прямо в воду, на глубину. Хотя у них была колоссальная разница в весе, невысокая худенькая Джун застала Торуса врасплох, и он неожиданно для себя оказался по пояс в воде.
– ФУ-У-УА-А-А! – завопил он, но больше ничего сказать не успел: Джун воспользовалась моментом и столкнула в воду Марузу.
– Как ты смеешь?! – заверещала та.
Однако Джун не стала задерживаться, чтобы полюбоваться результатом. Она уже перешла реку с царственным равнодушием человека, без гнева и пристрастия сделавшего то, что нужно было сделать. Как будто закрыла окно, из которого тянуло холодом.
– Пожалуйста, дети, поторопитесь! – вмешался Анасфем, не давая стычке перерасти в драку. – Я ещё хотел вам рассказать о плаксивых ивах. Смотрите, они растут вдоль этого прямого участка трассы, усеянного рытвинами. Сложность заключается в том, чтобы двигаться по центру дороги и при этом разбивать ящики, висящие по обеим сторонам трассы. Вперёд! Вперёд!
Тибальд вытащил свою техмагиню из воды и галантно высушил заклинанием. Ещё бы: к его кулону по-прежнему была прикреплена жемча, позволяющая ему использовать намного больше магии, чем положено недомагу.
– Оставь, Маруза, – нарочито громко бросил он. – Всё равно у розог нет ни единого шанса. Ведь нас тренирует сам Анасфем. – И он презрительно улыбнулся ученикам Святых Розог.
– Нас тоже тренирует Анасфем! – возмутился Торус.
– Тибальду так повезло: он может воспользоваться услугами Анасфема! – вздохнула девочка с золотистой кожей и длинными, ниже талии, волосами. – Он и так-то лучший из нас!
– Софрония, может, хватит восхвалять конкурентов? Они того и гляди поскользнутся на собственном самодовольстве и упадут. Кроме того, тебе не мешало бы вспомнить, что ты МОЯ техмагиня. – Это заговорила девочка, держащаяся с достоинством богини – весу в ней было, наверное, килограммов сто, не меньше, а кожа такая белоснежная, что глазам становилось больно. Несколько минут назад она представилась Чарли, назвавшись Хризантемой, и небрежно заметила: «Пусть победит сильнейший».
Софрония вняла строгому внушению напарницы: томно захлопала ресницами и съёжилась, а «богиня» воспользовалась этим, чтобы поставить все точки над i:
– И вообще, нас тренирует Мелюзина Дюбонпье, а её никто и никогда не называл мошенницей.
– А что насчёт вас? – насмешливо поинтересовался Тибальд, поворачиваясь к Чарли. – Полагаю, вас готовит этот олух Селестен Бурпен? Похоже, он ваш официальный спонсор!
Чарли кивнул, умолчав о том, что Селестен всего лишь предоставил им свою теплицу, чтобы вырастить там тыквину.
– Да, верно, – резко ответил он. – И Селестен готовит ужасно вкусную печёную картошку-выбей-глаз.
Похоже, его слова произвели неизгладимое впечатление на «богиню» Хризантему, но Торусу, очевидно, никак не давал покоя один вопрос.
– А где девчонка, которая всем показывает свою Книгу мага с вырванными страницами? – спросил он. – Вроде бы именно она должна участвовать, а не эта пигалица! – Он презрительно ткнул пальцем в сторону Джун, но та даже не удостоила его взглядом.
– Мангустина не показывает свою Книгу мага кому попало! – возмутился Чарли. – И она вернула все страницы! – И тут же пожалел о своих словах: он отреагировал так, будто пытался защитить честь Мангустины.
– Я здесь потому, что я лучшая, – заявила Джун. – Я новая техмагиня.
– Чего?! Да это полный бред! – возмутился Торус. – Я специально приезжал в Святые Розги шпионить за вами и знаю все ваши слабости. Подружка Чарли суперкрутая! А ты… ты просто… просто…
Джун улыбнулась ему очень недоброй зубастой улыбкой:
– …просто я гораздо лучше разбираюсь в грязных трюках! – И она словно разъярённый мопс прыгнула к Торусу, заливаясь очень натуральным лаем.
От неожиданности Торус попятился, совершенно забыв, что у него за спиной растут плаксивые ивы. Деревья тут же поймали его длинными ветвями и принялись проливать над ним горькие слёзы.
– Нет, ну серьёзно, Торус! – сердито воскликнул Тибальд. – Обязательно попадаться в такие примитивные ловушки?! Идёмте дальше, ребята, пусть сам выпутывается!
И он поспешно зашагал вслед за Анасфемом; остальные последовали за ним, оставив Торуса барахтаться в сплетении ветвей.
– Чуть потише, малыши! Сейчас мы будем проходить по территории воронов, – шёпотом предупредил Анасфем. – Эти маленькие твари обожают пожирать тыквины, но мы же не хотим, чтобы они вцепились нам в волосы в поисках добычи, правда?
– Да мы уже наизусть всё это выучили! – раздражённо брякнула Маруза.
– Если не возражаешь, Маруза, я хотел бы, чтобы все участники скачки имели равные возможности. Справедливость прежде всего!
– Да, справедливость важна, особенно если вас она не касается, да? – прошипела Хризантема.
Анасфем раздосадованно взглянул на неё и стремительно двинулся дальше. Похоже, эта экскурсия уже начала его утомлять.
– Итак, впереди корневища-клещи… – Видимо, он не заметил Торуса – тот догнал группу, тяжело дыша. Анасфему не терпелось закончить. – Ага, мы подошли к дракону! – воскликнул он вдруг, вытаскивая из кармана чёрный атласный мешочек. – Сложите в этот мешочек все ваши золотые украшения, заколки и пряжки. Спрячьте свои кулоны под одеждой, а главное – прикройте цепочки шарфами. Сейчас Фламенкуш спокоен, но его час назад покормили. При виде золота он может прийти в неистовство, а мне бы не хотелось превышать свою квоту на использование магии, вытаскивая вас из его когтей.
Недомаги быстро и без пререканий повиновались, и Чарли удивило такое единодушное послушание со стороны избалованных отпрысков тэдемской элиты.
– Драконы действительно так одержимы золотом? – спросил он.
Он уже знал ответ, но хотел проверить, не ошибается ли. От этого во многом зависел успех их плана.
– И ты не представляешь насколько! – ответил Анасфем. – Даже такой заслуженный старичок, как наш Фламенкуш!
Чарли нахмурился:
– И всё же на вашей тыквине есть немного золота. Я хочу сказать – она не сплошь синяя…
Анасфем ему подмигнул:
– Признаю, это для большего эпатажа! Но если ты смотрел внимательно, то должен был заметить, что золотая роспись находится только с той стороны тыквины, которая обращена к внутренней стороне беговой дорожки, а не на той, которая обращена к дракону!
Они подошли к пещере, где спал прикованный цепью дракон. Во время скачки, приуроченной к осеннему шабашу, Анасфем попал под заклинание, покрывшее всю его тыквину позолотой, и дракон сорвался с цепи, пытаясь догнать блистательную упряжку. Издалека дракон показался Чарли огромным и мощным существом, однако вблизи зрелище оказалось
