Габриель придвинул стул, сел на него и положил ноги на журнальный столик, а руки на живот. Все эмоции на его лице исчезли.
- Ну, хорошо, - сказал Габриель. - И что будем делать теперь? - Оба смотрели на меня.
- Что? Почему это должна решать я?
- Ну, это ведь твой дед. Мы можем остаться и бороться.
- Или мы можем поехать домой и продолжить там свою жизнь, - добавил Ашер.
Домой. Я не думала, что мы сможем когда-либо вернуться в Блеквелл Фоллс, или что я увижу свою семью. Защитники знали, где живут Блеквеллы, а также то, что я помогла Ашеру сбежать. Но они все умерли в доме Иветт. Я видела, как загорелся дом.
Всё изменилось.
- За всем этим скрывался твой дед, - сказал Габриель. - Значит, тебе больше ничто не мешает вернуться домой.
- Что, если защитники рассказали ему, где я действительно живу?
- Не рассказали, - сказал Ашер. - Я слышал, как они иногда говорили о Франке. Поверь мне. Они ничего ему не сказали.
Тень упала на его лицо, как будто в воспоминании на него снова обрушился ужас. Я пожала его руку и таким образом вернула в настоящее.
Я представила себе Люси, Лауру и моего отца. Захотят ли они вообще меня принять, после всего того, что случилось? Какой выдвинуть довод, чтобы они простили мне то, как я их бросила? Может лучше не возвращаться, чтобы сделать для них всё проще.
Но мне так сильно хотелось быть снова с ними. Это было эгоистично, но я поставлю себя на первое место. Мне нужна моя семья, и если это как-то возможно, то я не откажусь от неё.
И Ашер ... Всё ещё цепляясь за его руку, я посмотрела на него. Ему это тоже было нужно.
- Я хочу вернуться домой.
Глава 28
Я не доложила о том, что приеду. Да и что я могла сказать? Блин пап, мне жаль, что я разбила тебе сердце и больше ничего не хотела о тебе знать. Эй, Люси, ты лучшая сестра, которую можно пожелать, и я надеюсь, ты простишь меня, что я не потрудилась проститься с тобой и просто бросила на произвол судьбы. Нет, звонком это нельзя было исправить. Некоторые извинения нужно произносить лично.
Мы выбрали первый рейс до Мэна, что означало, что мы в течение нескольких часов освободили мотель и домчались до аэропорта. Так как мы забронировали билеты в последний момент, к моему облегчению мы не получили места рядом друг с другом, а распределённые по всему самолёту.
Хотя мне и хотелось сидеть рядом с Ашером, но я не знала, как долго ещё смогу скрывать от него правду. Я заключила союз с обоими братьями. И тот и другой могли читать мои мысли.
Только Ашер не знал этого, и мне было не ясно, как рассказать ему. Как же это сделать? Ждать дольше было нельзя. То, как Габриель наблюдал за нами, показывало, что ему причиняло боль, видеть меня и Ашера вместе. Определённо Ашер тоже скоро это заметит. По пути в аэропорт я подняла мою ментальную стену вверх, потому что ещё не была готова к тому, в чём скоро придётся признаться.
Если то, что утверждал Габриель правда, тогда это я вызвала неразбериху и не представляла себе, как всё вернуть на место. Я даже не понимала, как вступила в союз с обоими братьями, как же тогда всё остановить.
Габриель организовал автомобиль, который ждал нас в Портленде. Не прошло и полчаса, с тех пор как мы приземлились, а мы уже прошли мимо очереди на такси и поехали. Машину вёл Габриель, а я села на заднее сиденье, так что Ашеру пришлось, волей не волей, садиться рядом со своим братом.
Когда мы приближались к Блеквелл Фоллс, огромные бестии в животе замахали крыльями. Моя семья ненавидит меня. Об этом позаботился последний звонок к отцу. Я представляла себе один сценарий за другим, как они отреагируют, увидев меня. В каждом из них они отказывались от меня. Я не могла рассказать им правду о моём деде и о том, что пережила. А любая бесполезная ложь вместо правды, сделает всё ещё намного хуже. Я находилась в безвыходном положении.
Наконец мы добрались до города. Мне нравился Блеквелл Фоллс. Возвращение сюда немного приглушило боль, которую вызвал мой отъезд отсюда. Я думала, что больше никогда не увижу эти леса и морские утесы. Я опустила окно и глубоко вдохнула. Никогда еще морской воздух на языке не был так вкусен. Он пах домом. В Блеквелл Фоллс меня любили. Здесь я познакомилась с Ашером. У меня была семья, и место где мне было комфортно, а я просто взяла и отвернулась от всего этого. Да, чтобы уберечь их от несчастий, но признают ли они это?
Наш план был таков. Они высаживают меня дома, а сами едут домой к Лотти. Мой багаж они привезут на следующий день. Не думаю, что после моего возвращения, моя семья будет настаивать на присутствии Блеквеллов. Ашер выглядел слишком усталым после перелета.
Вскоре мы повернули к дому моего отца. Я разглядывала коттедж. Здесь я жила. Мне хотелось подбежать к входной двери, распахнуть ее и крикнуть всем, что я снова здесь. Но захотят ли они принять меня?
- Реми? - спросил Ашер.
Наши взгляды встретились в зеркале заднего вида.
- Они будут злиться и чувствовать себя оскорбленными, но никогда не сомневайся в том, что они хотят тебя видеть!
Габриель был менее дружелюбен.
- Давай высаживайся. Страх перед какими-то вещами, как правило, страшнее, чем сами вещи!
***
Я постучала в дверь, но мне никто не открыл. Если бы я была более внимательной, то заметила бы, что на въезде нет припаркованных машин. Была середина дня, это означало, что мой отец с высокой долей вероятности был на работе.
Лаура и Люси могли быть где угодно. Я стояла около минуты на входной террасе, чувствовала себя глупо и сожалела о том, что уже отправила Ашера и Габриеля. И что теперь?
Пожав плечами, я открыла своим ключом.
- Эй, кто-нибудь дома?
Мой голос отозвался эхом, не вызвав никакой реакции. Я была одна. Я ходила из комнаты в комнату как незваный гость в доме, который вроде и был моим и вроде, как и нет. С тех пор как папа привез меня сюда, я изменилась.
Я уже не была той девушкой, которая боролась с Дином, чтобы спасти Люси. Может я была здесь чужой.
Я поднялась по лестнице и оказалась прямо перед моей комнатой. Я боялась открыть дверь. Вдруг они упаковали все мои вещи и превратили комнату в бюро или в комнату для гостей? В нерешительности я подошла и нажала на ручку.
Ничего не изменилось. Бумажки, журналы, косметика, одежда... все так и лежало, как в тот день, когда они увезли меня в аэропорт.
Никто из моей семьи ничего не трогал в комнате в ожидании моего возвращения. Я подошла к кровати. Она по-прежнему пахла лавандой. Это был запах ополаскивателя, который Лаура добавляла при стирке. Я не сдержалась, сняла обувь и нырнула меж простыней.
