Положив голову на подушку, я почувствовала, как потяжелели веки. Солнечные лучи, проникающие в комнату, окунали все в теплый и знакомый свет, гипнотизирующий меня. Я была дома.
***
Я проснулась в полной темноте, лежа калачиком. Я снова находилась в том помещении, где видела умирающего Ашера и где сама ждала собственной смерти. Что-то коснулось меня, и я застыла от ужаса, услышав тихое дыхание. Кто-то лежал рядом со мной в постели. Чья-то рука коснулась моих волос.
- Шшшт, Реми.
У меня в голове тут же пронеслись мысли о побеге или борьбе. Я чуть не врезала Люси по подбородку. Затем опустилась на кровать и попыталась дышать более-менее ровно, несмотря на выброс адреналина в теле.
Люси снова дотронулась до моих волос, в этот раз осторожнее.
- Я не хотела тебя напугать. Тебе просто приснился кошмар.
- Который час?
Мои глаза постепенно привыкли к темноте, но я по-прежнему не видела ее лица. Она что-то уронила на кровать между нами. Экран ее телефона загорелся, и я наконец смогла ее увидеть.
- 3:24,- сказала она.
Я повернулась к ней, она нажала на кнопку, включив фонарик на телефоне. Затем мы с головой ушли под одеяло, образовав кокон, в котором существовали только мы вдвоем.
- Привет, сестра, - сказала она. - Я скучала по тебе!
Этого хватило, чтобы открыть шлюзы, и начать плакать. Мы смотрели друг на друга.
- Не думала, что еще раз увижу тебя, - призналась я. - Мне так жаль, Люси. Должно быть, ты ненавидишь меня.
- Могу я тебя кое о чем спросить?
Я кивнула и вытерла нос, из которого текло, рукавом, как это делают дети.
- Ты уехала, чтобы с нами ничего не случилось?
Снова я кивнула. Я открыла рот, чтобы рассказать ей, но от мысли обо всём, что случилось, я потеряла дар речи.
- Было ужасно? - обеспокоенно спросила она.
- Хуже не бывает.
Мой голос дрогнул. Люси использовала рукав своей пижамы, чтобы вытереть мне слёзы. От меня не ускользнуло, что мы поменялись ролями, и теперь она была той, кто утешал меня. Значит, я была не единственная, кто изменился за последние месяцы.
- Тогда мы поговорим об этом, когда ты будешь готова. А между тем ... я могу рассказать тебе, что ты здесь пропустила ...?
Я нетерпеливо кивнула, и она начала рассказывать шёпотом. О том, как она и наши родители справлялись с тем, что я бросила их, она отмалчивалась. И если упрекала меня из-за этого, то хорошо скрывала.
Вместо этого моя сестра рассказала мне о наших друзьях, нашем городе, новом хобби Лауры (она брала уроки игры на флейте) и старом хобби папы (он возился в гараже с автомобилями, чтобы не слушать её занятий игры на флейте).
Батарейка мобильного телефона села, солнце встало и, в конце концов мы услышали, что наши родители проснулись и спустились вниз.
- Они знают, что я здесь?
Люси покачала головой.
- Не. Габриель позвонил, иначе я тоже не знала бы. Ты и Габриель, вы теперь друзья?
Его голос звучал обеспокоенно.
- Запутанная история ...
Её глаза вспыхнули.
- Пока я это оставлю, потому что нам нужно рассказать маме и папе, что ты здесь. Но не думай, что я не переспрошу. Я точно знаю, когда могу услышать хорошую историю!
Я усмехнулась, потому что это прозвучало именно так, какой я знала мою сестру, и которая всегда пыталась выудить из меня сплетни.
- Поняла.
Мы по очереди сходили в ванную, а потом я последовала за ней по лестнице вниз на кухню, стараясь не нервничать. Люси не дала мне никакой подсказки, что меня ожидало.
Моего отца я не увидела, но Лаура в халате и тапочках стояла перед кофейной машиной и, казалось, хотела снова, лишь с помощью силы воли, поторопить её к более быстрому изготовлению кофе. У меня на глаза выступили слёзы. Она приняла меня, как собственную дочь. Считала ли она меня между тем неблагодарной?
- Мам, - сказала я.
- Доброе утро. Кофе готово. - Она налила себе кофе и даже не подняла взгляд. - Уже так рано встала? - спросила она, в то время как поворачивалась с чашкой кофе.
При виде меня она замерла, и горячая жидкость опасно выплеснулась из чашки, когда она завизжала.
Люси схватила чашку, прежде чем та всё разлила, а потом уже Лаура прижимала меня к себе. Она обняла меня так крепко, что я чуть не задохнулась, но мне было всё равно. Её приём превзошёл всё, о чём я только мечтала. Она отстранилась, чтобы посмотреть на меня, плакала и в одно и тоже время улыбалась. С чувством того, что желанна, я улыбнулась в ответ.
Потом её улыбка исчезла, и лицо помрачнело.
- Реми Омалей, где, чёрт возьми, ты была? Ты вообще представляешь, через что мы из-за тебя прошли? - Она подняла мою руку и стала её разглядывать. - Не вижу, чтобы твои пальцы были сломаны. А значит, нет никакого оправдания, почему ты ни разу не позвонила, чтобы сказать нам, что жива.
Ещё никогда я не видела мою мачеху такой сердитой. Она читала мне нотацию, так что воздух трещал. Она угрожала, что наложит на меня домашний арест, а также, что все мои привилегии накрылись медным тазом, включая машину.
Тот факт, что я три месяца обходилась без всех этих вещей, не имел никакого значения. Она не позволила сказать мне ни слова, и это не беспокоило меня не в малейшей степени. Потому что, не смотря на её обвинения и гнев, она казалось, исходит из того, что я вернулась домой и останусь здесь.
И ощущение от этого было лучше, чем рай. Она как раз немного успокоилась, и тут в дверях появился мой отец.
Когда он уставился на меня впалыми глазами, мир перестал вращаться. В отличие от Лауры он не подошёл ко мне, чтобы обнять или чтобы как Люси сказать, что скучал. Я не знала, что делать. Он казался непримиримым и неприступным.
- Пончики! - Выпалила Лаура. Все повернулись в её сторону, а она сказала:
- Я хочу пончики на завтрак. Бен, почему бы тебе не поехать с Реми и не купить их?
Моя мачеха - сама сообразительность!
Никто не двинулся с места, а она засверкала на нас глазами и закричала:
- Чёрт возьми, привезите мне наконец пончиков! Давайте уже! - И мы это сделали.
***
К магазину, где продавали пончики, мы могли бы пройти и пешком, но мой отец предпочёл поехать на машине. Я задавалась вопросом, выбрал ли он машину, чтобы побыстрее покончить с этим делом. В считанные минуты мы были в пекарне, заказали пончики и два кофе и уже находились на обратном пути, не сказав друг другу даже слова. План Лауры, сблизить нас, совершенно провалился.
Но потом он завернул на нашу подъездную дорогу и нажал на гудок. Входная дверь распахнулась и показалась Люси. Бен помахал ей, подзывая к нам, и отдал ей коробку с пончиками.
- Мы покатаемся тут немного, - объяснил он ей. - Предупреди свою маму, да?
