— Без проблем, — успокоил его я. — Ты чего? Надо — значит сделаю. А пулемёты ты уволок, мне же работы меньше.
Подойдя к «Ласточке», мы переглянулись и, даже не став перекуривать, отправились заниматься каждый своим делом. Далин принялся чем-то тихонько греметь у себя в машинном отсеке, Арчи схватил лестницу и полез ползать по внешней обшивке фюзеляжа, так же тихонько и очень осторожно применяя магию на защитных рунах. А мы с Антохой так же тихо, на носочках, прокрались в грузовой отсек и вызвали туда же Кирюшку.
Все подспудно боялись разбудить Лариску и вели себя очень осторожно, я даже улыбнулся.
— Начнём? — шёпотом спросил у меня Антоха, и я согласно кивнул. Дело у них завертелось не менее лихо, чем в прошлый раз, и я успокоенно уселся в открытом проёме грузового отсека, свесив ноги наружу и наконец-то закурив. Кирюха серой молнией носился от мешков к сидящему с тетрадкой в руках на табуретке Антохе, что-то ему показывал, и так же молнией раскидывал добычу по многочисленным ящикам. Пока в ход пошла только захваченная провизия и прочее хозяйственное добро, так что я не лез, им виднее.
Чай, кофе, сахар, карамельки, орехи и вяленое мясо, специи и соль, одеяла и спальные мешки, походные кружки-ложки-котелки, Кирюха радовался им как ребёнок. Деньги, письма, карты и личные вещи откидывали в отдельный ящик, чтобы не мешали, потом посмотрю.
Потом в ход пошло захваченное оружие, трюмный подтаскивал его мне, я разряжал, если было надо, прицеплял к нему бумажку с инвентарным номером, и отдавал обратно. Мельком лишь удивился тому, до чего же Антоха у Далина складскому делу насобачился, смотри ты, номера хранения смело выписывает, а для меня эти циферки до сих пор тёмный лес.
— А вот этот револьвер, к примеру, можно мне взять в личное пользование? — отвлёк меня от ничегонеделания Антоха. — Под зарплату? На сколько он потянет?
Я без интереса посмотрел на действительно очень хороший и дорогой гномский револьвер, снабжало управление благочиния своих работников по высшему разряду.
— Бери, — безразлично отмахнулся от парня я, зачарованно смотря на замершее волшебное озеро, в котором начали отражаться яркие звёзды. Никогда такого не видел, честное слово. — Рублей в двести-триста, у Далина уточнишь.
— Триста рублей? — задумался Антоха. — Три моих зарплаты в аэропорту. Ладно, потом. Не по Сеньке шапка.
— В смысле потом? — удивился я. — Бери, если надо. С получки вычтем, ещё и останется, не переживай.
— А сколько примерно мне светит? — вертел Антоха в руках ладный револьвер, не в силах отложить его в сторону. — Ну, за месяц?
— Трёшка где-то, — прикинул я в уме самый минимум. — У Далина уточни, говорю же тебе!
— Триста рублей? — обрадовался Антоха. — Как раз на револьвер, беру!
— Три тысячи, — немного досадливо сказал я, снова прикидывая в уме цифру, не многовато ли ляпнул. Но по опыту прошлых лет можно было с уверенностью сказать, что не много, а и даже как бы не маловато. Уж очень дофига мы успели хапнуть за эти два рейса.
— Ого! — округлились глаза у Антохи, а ко мне тут же подскочил Кирюшка.
— А мне можно? — с надеждой пропищал он. — Баночку вот эту, коробочку вон ту, ремешок вон тот и походный наборчик? Там ножнички маленькие, нитки с иголками, зеркальце и много еще чего. Можно?
— Бери, конечно, — я даже не стал смотреть не его трофеи. — Тебе можно. И давайте уже закругляться, друзья, спать охота, сил нет.
Подельники зашуршали в усиленном темпе, там оставалось действительно немного, а я с удивлением уставился на дорожку, ведущую от дома Лары к выходу из скальных стен. По ней деревянно ковыляли четверо диверсантов, сверкая в сумерках голыми задницами. Двое, с лопатами в руках, тащили на себе своего мёртвого товарища, а ещё двое с совками и вёдрами направились куда-то в сторону кустов, где они и сидели в засаде.
Двое на уборку, двое на похороны, дошло до меня. Лара в некоторых случаях была довольно брезглива, что немного странно для небрезгливой целительницы, ну да понятно, ведь это её дом.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
Присмотревшись, я увидел на крыльце дома и её саму, зорко наблюдавшую за пленниками.
— Поубивала бы, — заметила она меня и поделилась эмоциями. — Грязные свиньи, прикопать за собой лень! За это мне их хозяева ответят отдельно.
Я с сочувствием развёл руками, попытавшись послать ей волну понимания и согласия, и вроде бы получилось. В ответ Лара, улыбнувшись, пожелала мне спокойной ночи попросила не ждать, придёт она поздно, а может быть, и вообще не придёт.
Глава 27, в которой герои попадают в круговорот событий
Стартовали мы ни свет ни заря, едва только солнышко выглянуло из-за горизонта. Я было заикнулся про ветер и что надо бы попытаться выехать на открытое место, но уставшая и не выспавшаяся Лара с большим напряжением простым жестом утихомирила все воздушные потоки между скал, и Кирюшка с немым укором на меня посмотрел.
Заметившая это эльфийка улыбнулась, а потом сгребла его в охапку, плюшевого такого, и на руках потащила в сторону своей каюты, отсыпаться.
— Со мной посидишь, — попросила она его. — Ладно? Ты же умеешь сны хорошие нагонять?
— Хорошо! — полузадушенно и смущённо пискнул тот. — Только сперва на кухню заедем! Пироженку возьмём и сок малиновый! Вкусный! Вдруг ты пить захочешь?
И они заехали сначала на кухню, потом в машинное отделение, посмотреть на Лариску, а уже потом, с успокоившимся Кирюхой на руках, который цепко держал в лапках высокий стакан и блюдечко, отправились в каюту Лары.
— Взлёт! — скомандовал я, выждав несколько минут и удостоверившись, что эльфийка спит без задних ног. — Потихонечку!
Арчи медленно, без рывков и рекордов по времени, разложил силовой каркас, стараясь не очень сильно магичить, и мы медленно поднялись в небо. Очень медленно, я бы сказал, как никогда раньше. Мне не хотелось будить Лару резкими изменениями давления, да и Арчи спасибо скажет.
На километре высоты мы попали под небольшой встречно-боковой ветер, но Лариска не спала и давала градус нормально так, в полноценном рабочем режиме. Она сидела у окошка, во все глаза разглядывая проплывающие внизу горы, а потом переключилась на своих новых друзей.
Зорька с Трезоркой отправились с нами, а чего, не дома же им сидеть? Но вот если лошадка чинно скакала красивым и плавным галопом по левому борту «Ласточки», переглядываясь и неслышно переговариваясь с Лариской, то облачный пёс баловался вовсю.
Он то перепрыгивал дирижабль справа и слева, то пытался напугать Зорьку с Лариской своими страшными зубами, неожиданно выпрыгивая на них снизу и сверху, то мчался вперёд и разгонял облака на нашем пути, а потом не выдержал и от избытка чувств гулко гавкнул на всё небо.
Арчи резко повернулся к нему и осадил пса так, что я немедленно вспомнил, что мой друг умелый и сильно могучий маг, а не тот раздолбай, каким он пытается выглядеть. Трезор от греха подальше тут же спрятался за облако, виновато из-за него выглядывая.
— Разбудит ещё, морда собачья, — с неудовольствием сказал он мне. — Только уснула же. Ты посмотри, кстати, на её каюту, ничего не видишь?
Арчи просто так говорить не будет, и я тут же попробовал дотянуться до каюты Лары, прислушиваясь ко всему необычному. Эльфийка спала так, как может спать только молодая девчонка ранним весенним утром, радостно, легко и безмятежно. Даже удивительно, хотел было я сказать Арчи, но он ещё раз ткнул пальцем в сторону каюты, и я повернулся снова. Прислушался сильнее, и с удивлением заметил какую-то странную и не виданную мной до этого магию.
Что-то бесконечно уютное и доброе пело волшебную песенку у головы Лары, отгоняя злые сны и воспоминания.
— Кирюха, что ли? — недоверчиво спросил я Арчи. — Ничего себе! Он и так может?
— Сам ошалел, — деловито сообщил мне тот, улыбаясь. — А мы хихикали, когда он Лариске песенки пел! А оно вот чего!
Я лишь покрутил головой, молча с ним согласившись.
