заботиться о своей жизни, я имел возможность вытащить из памяти все атакующие заклинания, обрушивая их на преследовавшего нас вальга. Земля кипела, взрывалась, превращалась в «ничто», но всё это оказалось бесполезно. Мой бывший учитель даже не делал попытки защищаться и лишь смеялся, когда очередное заклинание разбивалось о его броню. Всё же кошки-мышки. Гасат-Сур игрался с нами, наслаждаясь своим положением и силой. Наконец-то он смог показать своё истинное могущество.
— Довольно! — несмотря на то, что мы неслись с огромной скоростью, слова вальга умудрялись доноситься до нас, словно произносились прямо в уши. — Ваша смешная попытка убежать и атаковать меня забавляет, но не более. Словно детская возня в песочнице. Умиляешься, пока тебе не надоест. Мне надоело. Настало время вам…
Что нам следует сделать, Гасат-Сур так и не успел пояснить. Потому что в этот момент мир содрогнулся и это почувствовали даже находящиеся в воздухе существа.
— Повелитель свободен! — радостно произнёс Гасат-Сур и на горизонте начала образовываться страшная чёрная туча. Точно такая же, какую я видел в своих первых перерождениях. Туча, скрывающая одного из великих богов Вселенной. Башорг явился в наш мир.
— Лег, минута! — прокричала Лиара. Вот её слова подвергались воздействию ветра и девушке приходилось действительно орать, чтобы докричаться до меня. — Нам нужна минута! Мы почти рядом!
— Беатрис, помогай! Всё на защиту! Вальг сейчас ударит чем-то неприятным!
Мои слова оказались пророческими — стоило появиться туче, как интерес к нам у Гасат-Сура значительно угас. Показывая, что всё предыдущее его поведение было не больше, чем игрой, он ускорился и в мгновение ока оказался буквально в нескольких метрах от меня. В руках вальга мелькнул клинок из чистого небесного материала. Негатор! Гасат-Сур не стал рисковать и использовал против магов единственное оружие, против которого у тех не было никакой защиты. Клинок пошёл в мою сторону и, больше на голых инстинктах, чем на чистой логике, я прикрылся шкатулкой. Той самой, в которой хранились кристаллы Богуша. Шкатулкой из негатора.
Небесный металл встретился с небесным металлом и во все стороны полетели искры. Гасат-Сур уменьшил скорость и с удивлением уставился кинжал, что ни разу его ещё не подводил. Клинок был целым, но невредимым его назвать было нельзя — небесный металл согнулся, словно бумага, ударившаяся во что-то твёрдое. Я перевёл взгляд на шкатулку — край, в который пришёлся удар, превратился в нечто выскобленное и дырявое. Клинок Гасат-Сура прошил шкатулку без препятствий, но не сумел пробить то, что находилось внутри. С замиранием сердца я открыл шкатулку и уставился на последний неактивный кристалл — оскаленную голову дракона. Вот что не смог пробить смотритель! Вот что задержало негатор!
У меня не было времени задаваться вопросами, почему всё произошло именно так, а никак иначе. Гасат-Сур вернул своему кинжалу изначальную форму и вновь ускорился. Понимая, что лишаюсь невероятной ценности, я вытащил кристалл Богуша и швырнул шкатулку в надвигающегося вальга. Магическая броня противника не смогла заблокировать полёт небесного металла, и шкатулка смачно въехала Гасат-Суру прямо в лицо. Не ожидавший такой подставы от собственной защиты, вальг на несколько мгновений утратил прыть, позволив нам оторваться. Правда, нас достаточно быстро догнали. Судя по внешности вальга, произошедшее его разозлило — морда была перекошена от наполнявшей смотрителя ненависти. Казалось, даже глаза исторгают молнии. Гасат-Сур в очередной раз подлетел на расстояние удара, даже успел замахнуться, чтобы оборвать моё существование, но именно в этот момент он увидел фигурку, что я держал в руках.
Простой силовой камень, полностью лишённый маны. Но именно этот камень заставил Гасат-Сура резко остановить движение руки. Он поднял на меня взгляд и даже нечеловеческая скорость, с которой мы неслись, не помешала мне оценить преображение — ненависть сменялась ошеломлением, переходящим в откровенный страх.
Гасат-Сур прекрасно понимал, что означает «мёртвая» фигурка. Смотритель мира затравлено обернулся в сторону тёмной тучи, заволокшей уже половину небосвода. Выглядела она чудовищно, вытаскивая наружу все потаённые страхи. Дальше произошло и вовсе невероятное — Гасат-Сур настолько резко остановился и распластался в воздухе, словно налетел на невидимую преграду. Правда, при этом и наша скорость упала практически до нуля. Мы резко пошли вниз и только сейчас я получил возможность оглянуться — до места силы оставалось всего полкилометра. Мы выжили!
— Лег, я всё, — Лиара рухнула на землю. — Даже пошевелиться не могу. Эта гонка… Этот Башорг… Из меня словно все соки выпивают. Даже не знаю, как смогла до сюда добраться.
— Я тоже минус, — Беатрис улеглась рядом с Лиарой. — Нужно время… Сейчас капельку отдохну и продолжим… Вот буквально капельку.
Состояние жён было вполне объяснимо — они вели себя точно также, как и большинство вальгов во время пришествия Башорга в мой прошлый мир. Правда, такое влияние испытывали простые вальги, все маги не ощущали пагубного влияния вторгшегося бога. Почему девушек так скрутило? Я же, вроде как, чувствую себя отлично и готов сражаться дальше. Взгляд упал на голову дракона, что я всё ещё держал в руках. Фигурка уже начала дрожать от близости к своему месту силы и готовилась к приёму энергии. Следовало закинуть кристалл в негатор, благо у меня с собой была ещё одна шкатулка, но делать этого я не стал. Потому что меня что-то смущало. Что-то, что не позволяло прятать голову.
— То, что вы не уничтожили последний транслятор, ничего не изменит! — прокричал Гасат-Сур. Вновь, несмотря на расстояние, его голос достиг меня без искажений. Смотритель продолжал глумиться, не имея возможности подобраться ближе. — Для того, чтобы пленить Повелителя, этого недостаточно! Особенно после того, как он поглотил всю силу, что готовили ему мои слуги две тысячи лет! Думаешь, энергия мира шла на то, чтобы держать Повелителя в узде? Только настоящие глупцы могут мыслить такими категориями! Две тысячи лет тотемы собирали драгоценную энергию, чтобы напитать истинного бога! Этот мир вскоре окончательно исчезнет! То, что не пожрёт мой Повелитель, уничтожит время! Сто лет — максимум, доступный его обитателям! Выходи, Лег Ондо! Прими свою смерть сейчас, пока я ещё не стал Наместником. И тогда твоя душа отправиться в цикл перерождений! Если ты промедлишь и Башорг явится сюда лично, он поглотит тебя и твоих жён, обрекая вас на вечные муки!
Если я промедлю… Когда Башорг явится сюда лично. Энергия мира уходила не на поддержку щита, а на формирование «еды» для бога Хаоса. Моим девушкам настолько плохо, что они сейчас
