— Единственная, которая ей оставалась, — просто сказала Октавия. — И какое-то время ей даже удавалось оправдывать себя, потому что она в самом деле считала, что я дурно влияю на Джереми.
— Потому что ты хвалила его картины?
— Да.
— Хмм. — Ник доел остатки печенья. — Похоже, совесть ее не мучила, так? По всей видимости, она поддержала план, где Апсолл магическим образом появляется у тебя в мастерской.
— Если честно, поначалу она сопротивлялась. Но я сказала, что мы делаем это ради Джереми и ради чести семьи Ситон, и тогда она согласилась. А еще я сказала ей, что уверена, что именно этого хотела тетя Клаудия.
Ник вскинул брови и потянулся за своим кофе. — Думаешь, это правда?
— Если честно, я не уверена, что Клаудия вообще помнила Фила Ситона, не говоря уже о том, что она сотворила с его семьей. Но даже если это было и так, в одном я уверена — она была должна Ситонам. А теперь долг в какой-то мере оплачен.
— Благодаря тебе.
Она поставила пустую чашку на кофейный столик. — Это — самое малое, что я могла сделать, учитывая, что у меня не было возможности помирить Хартов и Мэдисонов.
— Я думал, что ты пришла к выводу, что на самом деле Клаудия послала тебя сюда, чтобы ты выкинула что-нибудь безумное.
— Да, что ж, если это правда, могу сказать, что миссия выполнена.
— Не совсем. — Губы его изогнулись в чувственной улыбке. Он потянулся к ней и привлек ее к себе. — Но знаешь, как говорят, навык мастера ставит.
Она прижала руки к его груди, на мгновение удержав его. — Прежде чем мы перейдем к безумствам, я хочу тебе кое-что сказать.
— Что же?
— Может быть, это тетя Клаудия послала меня сюда, в Эклипс-Бэй, но именно ты заставил меня остаться, даже когда стало ясно, что вражда закончилась.
— Вот как?
— Я люблю тебя.
Он медленно улыбнулся. Глаза его так сияли, что у нее перехватило дыхание.
— Я надеялся, что ты это скажешь, — прошептал Ник ей в губы. — А теперь мы можем уже приступить к безумствам?
— Конечно, — с наигранной серьезностью ответила она. — Уверена, тетя Клаудия хотела именно этого.
— Сделай мне одолжение. — Он мягко опустил ее на диван. — Хотя бы ненадолго забудь о своей тетке, ладно?
— Договорились.
Она обвила его руками за шею и поцеловала со всей любовью и страстью, которые открыла в себе здесь, в Эклипс-Бэй.
Где бы ты ни была, тетя Клаудия, подумала она, спасибо.
Глава 24
Осенним солнечным днем Митчелл стоял вместе с Салливаном в конце длинной веранды, окружавшей «Дримскейп». Оба держали в руках по бокалу шампанского. Их трости бок о бок свисали с перил. С их места было хорошо видно новобрачных, которые послушно приветствовали, казалось бы, бесконечную вереницу гостей.
Весь город — от мэра и его вероятного преемника и его жены до Грязного Юджина и Стручка Дуэйна — явился на свадьбу Ника и Октавии.
— Я всегда знал, что Октавия — часть этого места, — сказал Митчелл.
— Не буду с тобой спорить. — Салливан улыбнулся, глядя на Ника, стоящего рядом с Октавией, одной рукой собственническим жестом обнимавшего ее за талию, протягивая другую, чтобы пожать руку очередному гостю. — Они с Ником и Карсоном уже семья.
Митчелл взглянул на Рейфа и теперь уже заметно беременную Ханну. Парочка украшала столы с закусками.
— А скоро будет и еще одна, — с гордостью заявил он. — У меня родится собственный правнук, и уже очень скоро.
— Может даже и не один, — сухо заметил Салливан. Он махнул рукой в сторону Гейба и Лилиан, которые стояли рядом с Джереми и Гейл. — Думаю, что узнаю этот румянец на лице Лилиан.
— Да? — Митчелл проследил за его взглядом и ухмыльнулся. — Ты так думаешь?
— Именно.
Митчелл глотнул еще шампанского и скривился. — По-моему, Рейф говорил, что припрятал немного пива в солярии. Не хочешь пойти и посмотреть, не сможем ли мы его отыскать?
— Хорошая идея. Эта дрянь на вкус как содовая, что особенно обидно, учитывая, сколько она стоит.
Они взяли свои трости и свернули за угол веранды к боковому входу. Мимо них пролетел яркий красный мяч. Из открытой двери выскочил крошечный комок серой шерсти. Маленький шнауцер схватил мячик и на полной скорости побежал дальше на лужайку.
Из двери выбежали Карсон и Анна и помчались вслед за псом.
— Вернись, Тайкун, — закричал Карсон. — Ты должен поймать мячик и принести его мне, когда я его бросаю. Ты не должен убегать.
— Зеб всегда приносит все, что я бросаю, — сказала Анна с радостным превосходством. — Он — очень умный пес.
— Тайкун — тоже умный, — сообщил ей Карсон, сбегая по ступенькам. — Он просто еще только учится выполнять команды, вот и все. Его учит Уинстон.
Уинстон степенно вышел из дверей вслед за Тайкуном, Карсоном и Анной, величественный и бдительный.
Салливан смотрел, как собаки и дети бегут через лужайку за изменником Тайкуном. — Готов поклясться, что пес Ханны в прошлой жизни был дворецким или нянькой, он так следит за этими детьми.
— Это точно.
Они вошли вестибюль «Дримскейпа» и направились в солярий. Пиво было там, как и обещал Рейф, в ящике со льдом.
Митчелл протянул одну бутылку Салливану и открыл одну для себя.
Оба сделали по большому глотку.
— Уж точно лучше шампанского, — заявил Митчелл.
— Согласен.
Они подошли к окну и взглянули на радостную картину.
— Знаешь, — заметил Митчелл, — Это не всегда было легко, но мы все-таки хорошо справились, ты и я.
— Мы справились просто здорово, — согласился Салливан. — Мы продержались до рассвета.
