взбежал на десятый этаж, вырываясь в квартиру.
Доспех стоял в углу спальни, зияя пустым нутром. Небольшая команда, волевое усилие, и вон он срывается с места, раскрываясь цветком. Одежда слетела в мгновение ока, будто её не сняли, а сдуло сильным порывом ветра. Чёрный поддоспешник, сложенный в прикроватной тумбочке, как раз на такой случай, приятно обдал тело прохладой.
Давно я не залазил внутрь этого демона.
Как же я недооценил отряд одарённых, когда в голове билась только одна мысль, спасти своих людей.
Сейчас, вспоминаю и чувствую себя дураком, что поддался панике.
Стоя у ворот, я беспомощно наблюдал, как магические удары британок сносят подбирающихся монстров. То даже не дети, легионеры, мелкая шушера. Гориллоподобные, но намного глупее. Они пёрли напролом, погибая под шквальным магическим огнём. Поток быстро иссяк, кланы подавили прорыв городской стены.
Работки в тот день не нашлось, я поставил костюм на место, с чувством гордости. Ведь мне не пришлось его применить. Значит система работает, это меня воодушевило больше чем успешное отражение атаки.
* * *
Возле академии царила оживлённая атмосфера. Студенты кучковаться на парковке, рассказывали друг другу последние новости, делились планами.
Кто-то приезжал на родительском авто, кто-то пешком, дети самых обычных семей пользовались редким городским транспортом. Но самым шиком считалось иметь собственный автомобиль. Это сразу поднимало рейтинг любого парня на недосягаемую высоту.
Паркинг был уставлен преимущественно машинами не семейного класса. Большинство покупало старенькие американские купэ, красуясь широкими дискам и необычной расцветкой.
Личное авто уже давно переросло в культ, а Московская Военная Академия собрала под своей крышей множество его адептов.
Здание было перестроено из настоящего некогда вуза, величественный ампир, строгие линии и неизменный шпиль посередине.
Из-за ближайшего поворота вынырнул ослепительно красный карвет, заворачивая на академический паркинг. В груди некоторых машинных экспертов сбилось дыхание. Такой экземпляр наверняка, стоил космических денег, был дорог в обслуживании и не мог принадлежать простому студенту.
Автомобиль кружил по коридору из выстроившихся машин, ища место для стоянки. Каждый круг привлекал всё больше и больше внимания, приглушая беседы и приковывая взгляды.
Наконец, водитель завершил петляния, нагло вставая на парковку для преподавателей. Место было подписано, на асфальте стояла лаконичная металлическая табличка «Егорова Анна Александровна».
Дверь открылась, из салона выбрался молодой юноша в солнцезащитных очках и классическом костюме тёмно-синего цвета.
В руке парня блеснули ключи, сигнализация отозвалась довольным писком, машина вежливо мигнула габаритами.
Заметив надпись, парень приспустил очки, оглядываясь по сторонам. А затем пнул табличку, которая улетела на газон. Юноша довольно поправил очки, пряча глаза, а затем вошёл в здание.
Студенты проводили взглядом стройную фигуру молодого человека, завистливо косясь на спорткар. Девушки уже прикидывали, в какой группе будет учится новенький, а кто-то прикидывал, удобно ли будет в салоне авто… Но их планам не суждено было сбыться, ведь никто не подозревал, что только что в академию прибыл новый учитель.
Поиски учительской растянулись на добрые полчаса, но я успел вовремя. Дверь открылась, впуская меня внутрь. С десяток любопытных взглядов восприняли в штыки моё появление.
Кабинет был устлан мягчайшим ковром, мебель эргономичная и удобная, справа небольшая кухонка.
Кажется, я не вовремя, полненький мужчина в костюме тройке толкал речь перед собравшимися учителями. Когда я вошёл, он прервался.
— Студентам запрещено входить в учительскую, — вякнула высокая дама в строгом чёрном платье с белым воротничком, она напоминала мне монахиню. — Не умеет читать?
— Зайду позже. — я пожал плечами, собираясь свалить.
Я не успел на какие-то секунды, мои попытки слинять прервал рык толстячка. А он так умеет? Его что, не покормили?
— Стоять! — он поправил очки, изучающе меня просканировав. — А вы случайно не Фонвизин Фёдор Константинович?
— Не случайно, он самый. — поёрничал я.
— Проходите господин преподаватель.
Толстячок вежливо повёл рукой, предлагая присесть.
— Изгнанник?
— Великий дом? Но как такое возможно?
— А, это не тот, который устроил дуэль на Весеннем Балу?!
— Да, это он…
Волна переговоров всколыхнула собравшихся учителей. Они шёпотом передавали друг другу новости, просвещая несведущих. С каждой секундой, мои похождения с их лёгкой подачи становились всё страшнее и страшнее.
В кабинет влетела растрёпанная девушка, лет двадцати пяти. Она захлопнула дверь, поправляя причёску. Я залюбовался формами, представляя её на обложке какого нибудь журнала, желательно в нижнем белье. Представить даму где-то в кабинете академии магии, было нереально.
Летнее воздержание и «бесконечные» встречи со Светой, меня здорово вымотали.
— Простите меня, Дмитрий Андреевич! Какой-то ученик занял моё место на парковке для преподавателей, поставил туда свой вульгарный красный спорткар. Редкая машина, я напишу докладную его родителям, когда найду.
— Проходите Анна Александровна. Заодно знакомьтесь вот с новым учителем в нашем колективе, Фёдор Константинович…
— А сколько ему… — начала стройняшка.
— … Фонвизин! — закончил Дмитрий Андреевич.
— …пар в неделю поставили? — быстро сориентировалась девушка.
— Немного, — усмехнулся Дмитрий Андреевич. — Одна пара, плюс факультатив, без ограничений, но там как пойдёт, если дети не захотят его посещать, мы бессильны.
Дмитрий Андреевич развёл руками, сочувственно на меня посмотрев.
Я просканировал его эмоции. Первый слой — раздражение, второй — злорадство, третий — тревога.
Значит решил таким образом поставить на место с первых дней. Но боится, всё-таки приказ сверху, но и кого попало ставить на роль преподавателя нельзя. Свои не поймут. Вот и нашёлся компромисс.
— Желаете провести свой первый урок? — ехидно спросил Дмитрий Андреевич. — Аудитория двести тридцать семь. Общая теория магии.
Глава 6
Аудиторию двести тридцать семь нашёл быстро.
Путаясь среди снующих по коридорам студентов, дошёл до искомой двери, открывая её.
Большую часть пространства занимают места для слушания, ориентированные в одну сторону, волнообразно поднимаясь наверх. В центре кафедра учителя, на небольшой возвышенности. За ней большая доска, разделённая на три части. Слева от кафедры пять манекенов, стоящих в ряд.
Парты полны студентов, тут явно что-то не так.
Моего появления никто не замечает. Я спокойно прохожу до кафедры, устраиваясь на столе, прямо перед учениками. Ноги болтаются на весу, но мне удобно, а на приличия я плевал, я пришёл не преподавать правила хорошего тона.
Сидящие за первыми партам сохраняют видимость дисциплины, взгляд блуждает, с последних рядов на меня и снова на них. По возрасту студенты различаются. Меня начинают терзать смутные сомнения, касательно правильности идеи обучения.
Внимание привлекли сидящие за первой партой Андрей и Даша. Вот кого не ожидал тут увидеть, так это их. Наши взгляды встретились. Если Даша настроена дружелюбно, то Андрея прямо таки истекает раздражением, как большой колючий ёж.
— А что тут происходит? — осторожно интересуюсь у Даши.
