Читаем без скачивания Третий секрет - Стив Берри

Пока сознание покинуло его, Валендреа успел подумать, что, наверное, Бог действительно будет милостив.

Эпилог

Ватикан

3 декабря, воскресенье

13.00

Мишнер и Катерина вместе с толпой вошли на площадь Святого Петра. Мужчины и женщины вокруг них плакали и не скрывали своих слез. Многие перебирали четки. Раздавался торжественный звон соборных колоколов.

О случившемся объявили два часа назад. Это было немногословное заявление в традиционном официальном стиле Ватикана, где говорилось, что ночью почил Святой Отец. Сразу вызвали кардинала-камерленго Мауриса Нгови, в его присутствии личный врач Папы подтвердил, что смерть Альберто Валендреа наступила от массивного кровоизлияния.

Состоялась положенная церемония с серебряным молоточком, после которой объявили, что Святой престол вакантен. В Рим снова вызвали кардиналов.

Мишнер не стал посвящать Катерину в подробности случившегося. Так было лучше. В каком-то смысле он был убийцей, хоть и не чувствовал себя им. Но его переполняло чувство совершенного возмездия. Особенно за отца Тибора. Одно злодеяние было исправлено другим с помощью какого-то странно искаженного представления о справедливости, которое могло возникнуть только при невероятных обстоятельствах последних нескольких недель.

Через пятнадцать дней соберется новый конклав, изберут нового Папу. Двести шестьдесят девятого после Петра — и первого из тех, о ком не говорил святой Малахия. Беспощадный Судья совершил Свой суд. Грешники понесли наказание. Теперь за выполнением воли Всевышнего будет следить Маурис Нгови. В том, что следующим Папой станет именно он, мало кто сомневался. Вчера, когда они выходили из дворца, Нгови предложил Мишнеру остаться в Риме и помогать ему. Но Мишнер отказался. Они с Катериной уезжают в Румынию. Он хочет остаться с ней, и Нгови понял его, пожелал ему счастья, сказав, что двери Ватикана всегда будут для него открыты.

Люди все шли и шли, заполняя пространство площади между колоннадами Бернини. Мишнер сам точно не знал, зачем он пришел сюда, но какая-то сила заставила его это сделать, и он почувствовал умиротворение, которого не испытывал уже давно.

— Они ведь ничего не знают про Валендреа, — прошептала Катерина.

— Для них это был их Папа. Итальянец. И мы никогда не сможем разубедить их. Память о нем останется незапятнанной.

— Ты так и не расскажешь мне, что произошло вчера?

Мишнер помнил, что вчера вечером она следила за ним.

Она понимала, что с Валендреа случилось что-то серьезное, но Мишнер ни о чем не распространялся, и она не настаивала.

Не успел он ответить, как пожилой женщине, стоявшей около одного из фонтанов, стало плохо, и она упала на землю. Несколько человек поспешили на помощь к ней, а она не переставала причитать, что Господь взял к себе такого хорошего Папу. Мишнер видел, как двое мужчин уводят плачущую женщину в тень.

Тут и там на площади тележурналисты брали у людей интервью. Уже скоро мировая пресса снова начнет строить догадки о том, как же проходит заседание священной коллегии в Сикстинской капелле.

— Наверное, снова появится Том Кили, — сказал Мишнер.

— Я подумала о том же. Он ведь знает ответы на все вопросы. — Она улыбнулась понятной только ему улыбкой.

Подойдя к базилике, они вместе с остальными соболезнующими остановились у заграждений. Церковь была закрыта. Мишнер знал, что ее готовят к очередным похоронам. Балкон задрапировали черной тканью. Мишнер посмотрел направо. Двери папской спальни закрыты. Несколько часов назад за ними обнаружили тело Альберто Валендреа. В газетах сообщали, что он умер от сердечного приступа во время молитвы и его тело нашли на полу перед изображением Христа. Мишнер улыбнулся, подумав о последнем лицемерном поступке Валендреа.

Кто-то взял его за руку.

Он обернулся.

Рядом с ним стоял бородатый человек с крючковатым носом и всклокоченными рыжими волосами.

— Скажите, падре, что же теперь делать? Зачем Бог забрал Святого Отца? Что это значит?

Мишнер понял, что внимание человека привлекла его черная сутана, и не сразу нашелся что ответить.

— А почему все должно что-то значить? Почему вы не хотите принять волю Бога как есть?

— Петр мог стать великим Папой. Наконец на престол вернулся итальянец. Мы так надеялись на него!

— В церкви многие могут стать великими папами. И не обязательно итальянцы. — Бородач удивленно смотрел на него. — Гораздо важнее, насколько они преданы Богу.

Мишнер знал, что из тысяч присутствующих правду знали только он и Катерина. Бог жив. Он здесь. Он все слышит.

Он перевел взгляд со стоящего рядом человека на величественный фасад базилики. При всем ее великолепии это всего лишь известь и камень. Рано или поздно время уничтожит ее. Но то, что она символизирует, вечно.

«И Я говорю тебе: ты Петр-камень, и на сем камне Я воздвигну церковь Мою, и врата Ада не одолеют ее. И дам тебе ключи от Царства Небесного; и что свяжешь на земле, то будет связано на небесах; и что разрешишь на земле, то будет разрешено и на небесах».

Услышав, что человек что-то говорит, Мишнер обернулся.

— Отец, все кончено. Папа умер. Все закончилось, не начавшись.

Мишнер не мог согласиться с этим и не хотел, чтобы этот незнакомец испытывал такую обреченность.

— Нет, не все закончилось. — Он ободряюще улыбнулся незнакомцу. — Все только начинается.

Послесловие Автора

При подготовке к написанию этого романа я побывал в Италии и Германии. Но его подлинные истоки следует искать в моем католическом воспитании и искреннем благоговении перед Фатимским чудом. На протяжении двух последних тысячелетий явления Девы Марии происходили с удивительной регулярностью. За последние столетия самыми значительными стали явления в Ля-Саллет, Лурде, Фатиме и Меджугорье, хотя было и бесчисленное множество других, менее известных явлений Девы. В обоих своих первых романах я пытался, рассказывая читателям об этих событиях, одновременно и просветить их, и сделать свой рассказ увлекательным. И этот роман еще в большей степени, чем два первых, основан на реальных событиях.

События в Фатиме, о которых рассказывается в прологе, описаны по свидетельствам многих очевидцев — в первую очередь самой Люсии, которая обнародовала свой рассказ об этом видении в начале двадцатого века. Переданные ею послания принадлежат Самой Деве. Три откровения, приведенные в главе VII, взяты мной из подлинного текста. Лишь в главе LXIX трактовка текста откровений является вымышленной.

Рассказ о судьбе Франциско и Гиацинты, а также загадочная история третьего откровения, которое хранилось запечатанным в архивах Ватикана до мая 2000 года и прочесть которое могли только папы (Глава VII), подлинны. Также исторически достоверно и то, что церковь запретила сестре Люсии открыто рассказывать о Фатимском чуде. Хотя действие романа происходит после смерти сестры Люсии, в действительности она до сих пор жива и обитает в одном из монастырей.

Явления Девы в Ля-Саллет, начавшиеся в 1846 году (главы XIX и XXXXIII), изложены в соответствии с реальными событиями — как и судьбы двух очевидцев, их дерзкие слова и язвительные замечания Папы Пия IX. Это явление Девы — одно из самых загадочных, и оно не раз вызывало споры и сомнения. Первоначальный текст этих откровений действительно отсутствует в ватиканских архивах, из-за чего события, происшедшие во французской альпийской деревушке, вызывают еще больше кривотолков.

Похожие события происходили и в Меджугорье, хотя это явление Девы стоит особняком среди остальных. Там имело место неоднократное сошествие Девы, даже несколько видений в течение нескольких месяцев. В Меджугорье Дева являлась на протяжении более чем двух десятилетий. Церковь пока еще формально не подтвердила подлинность этих явлений, однако боснийская деревушка уже стала местом массового паломничества. Как сказано в главе XXXXI, в Меджугорье было поведано десять откровений. Трудно не увидеть в этом некий цельный замысел, и если связать воедино десятое откровение Меджугорья и третье откровение Фатимы, как это сделано в главе LXIX, то мы получаем неоспоримое доказательство существования Бога. Однако, как замечает Мишнер в главе LXXIII, даже при наличии такого доказательства в конечном счете вопрос о существовании Бога решается только верой.

Приведенные в главе VIX предсказания, приписываемые святому Малахии, подлинны. Совпадения прозвищ с биографиями пап, о которых говорится в предсказании, просто поразительны. Так же подлинны и его заключительные пророчества о приходе сто двенадцатого Папы по имени Петр II, и слова о том, что «в городе на семи холмах беспощадный Судья начнет судить всех людей». Иоанн Павел II был сто десятым Папой в списке Малахии. Осталось еще два — и мы увидим, исполнилось ли предсказание Малахии. Баварский город Бамберг, как и Рим, действительно некогда называли городом на семи холмах. Я узнал об этом, будучи в Бамберге, и тогда понял, что этот очаровательный городок нужно включить в роман.