местное светило совершенно беспощадно к бледной коже колонистов с Нне. Так и до рака недалеко. Умирать же никто не хочет.
На пятый день пятидневки началась самая настоящая паника. Пропавшим девушкам стали чуть ли не ежечасно посылать сообщения, но они так и не отвечали. Даже отметок, что входящие прочитаны, не было. В полдень к проблеме подключился офис, отослав запрос в «Группу визуальной безопасности», и ответ, пришедший поздно вечером, не утешил: сигналы нейросетей пропали в месте, находящемся примерно в двух километрах к юго-западу от Землекаменска.
— Как такое может быть? — прозвучал вопрос, когда Джутаан Вадакиз вышел к возбуждённой толпе, собравшейся у офиса и объяснил ситуацию. — Это же зелёная зона! Где же хвалёная безопасность?
Я лишь усмехнулся, услышав такое. Оказывается, люди до сих пор не понимают даже самые важные вещи! Впрочем, это не их вина.
— Возможно, они пошли купаться и утонули. Не исключены и варианты, — развёл руками руководитель второй группы. — После смерти нейросеть продолжает свою работу в течение десяти минут, но нестабильно. Если кто не помнит, то я в очередной раз скажу, что купаться опасно, так как течение не только холодное, но и сильное. Если человек вначале загорает, а потом идёт в холодную воду, то спазм мышц очень вероятен. В такой ситуации начинается паника и отсылка сообщения о помощи — самое последнее, что может прийти в голову.
— Так надо как-то решать эту проблему! — подала голос Нефима Мостана. — Если люди пропадают, то нельзя сидеть, сложа руки.
— На данный момент единственное, что можно сделать, — сформировать команду добровольцев, которые пройдутся вдоль берега в поисках каких-нибудь зацепок или тел, — ответил Вадакиз. — Кто доброволец?
И поселенцы как по команде опустили взоры. Одно дело возмущаться и совсем другое — вызваться на дело.
Ну, найдутся смельчаки?
Глава 27
— Пусть Фанух Аршанус пойдёт! — после минутной паузы предложила Мостана. — Ему всё равно делать нечего, да и шляется он по побережью каждые выходные.
Я хмыкнул. Не исключено, что добавь эта рыжая женщина нечто вроде: «к тому же его и не жалко», то раздались бы одобрительные возгласы.
Взоры всех собравшихся устремились на меня. Напряжённое молчание. Надо что-то отвечать.
— И куда мне отправиться? — спросил я. — В какую сторону могли уплыть тела?
— Почему ты их уже похоронил? Может, они ещё живы, — Мостана была сейчас в ударе и собирала на себе восторженные взгляды. — Неудивительно, что девушки имеют к тебе претензии.
— Это вы так намекнули, что в исчезновении тех двух виноват я?
— Нет! Я этого не утверждала! Но разговоры были… Да и кому-то же идти надо.
— Раз вы намекнули, что я с кем-то там конфликтовал, то мне нет смысла заниматься поисками. Ведь, если никого не найду, то пойдут разговоры, что просто не захотел найти. А если найду, то опять пойдут разговоры, что знал, где искать. В любом случае я могу оказаться виноватым.
Опять всеобщее молчание, но я понимал, что логика для толпы — лженаука, а так как все боятся далеко отдаляться от города, то меня всё равно пошлют.
— Если девушки в самом деле захлебнулись, их тела или выбросило на берег, или погрузились на дно. Кто знает, через сколько времени всплывают трупы? Ведь, если искать раньше, то их точно будет не найти?
Опять всеобщее молчание.
— Надо искать до тех пор, пока они не будут найдены, — снова подала голос Мостана.
Я лишь показательно развёл руками:
— Ни на один из моих вопросов никто так и не ответил.
— Мы посовещаемся и определимся, — сказал Вадакиз. — Пока же всех прошу разойтись, а вы, Аршанус, останьтесь.
Мы вдвоём прошли в офис, где сидели Муэнья и её заместитель. Интересно, почему они не вышли к народу? Не хотели, чтобы их обвинили в случае неудачи? Типа девушки из группы другого руководителя, вот пусть он и разбирается? Возможно.
— Горожане решили послать Фануха Аршануса… — заявил мужчина, чем несказанно удивил меня.
— Нет! — поднял я руки в защитном жесте. — Никто ничего не решал. Мою кандидатуру предложила Нефима Мостана, а поселенцы просто промолчали.
— Они не были против, значит, согласны, — продолжал набрасывать Вадакиз. — Но даже будь иначе, кроме вас послать не кого.
— Поиски могут затянуться на неопределённый срок. Потребуется пройти десятки километров в обе стороны, — начал торговаться я. — Нужны ресурсы, и где их взять?
— Фанух иными словами хочет донести, что не обязан никуда идти, а то, что он иногда ходит по побережью в своё свободное время по лишь ему известным причинам, не является поводом посылать его туда же в обязательном порядке, — наконец подала голос Муэнья.
— Так это же для блага города, ради человеколюбия! — Вадакиз стоял на своём.
— Раз для блага города и ради человеколюбия, — продолжил свою мысль я, — то пусть город снабдит меня всем необходимым. Недавно на меня напала рысь, так я еле отбился.
— Рысь? — удивился мужчина.
— Рысь или какая другая большая кошка. Это не важно. Могу сказать номер в каталоге и показать шкуру. Не боитесь, что к двум пропавшим девушкам добавится мой труп. Только вот они сами попёрлись, а меня вы заставляете.
Присутствующие начали переглядываться.
— Фанух, — наконец официально произнесла Муэнья, — прогуляйтесь, нам надо поговорить.
Надо, так надо. Я отправился в столовую, раз ещё неизвестно, о чём и как скоро они договорятся, да и конец моего рабочего дня близок, как и обед.
Где-то через час меня нашла Муэнья. Подсела рядом и, помолчав немного, сказала:
— Ты сильно озадачил Вадакиза. Хотя я вроде бы и главная в Землекаменске, но ответственность за выбранных для переселения людей с него никто не снимал. И ему позарез надо с честью выйти из данной ситуации. Да и всем остальным тоже.
— За мой счёт?
— Никто не хочет твоей гибели, но даже если сюда придут охотники-исследователи для последующих поисков, то не факт, что они приступят к поискам со всем тщанием. Я написала уже нескольким группам, проживающим поблизости, но они все далеко в данный момент и смогут прибыть дня через четыре или пять.
— То есть, просто не спешат.
— Не спешат, хотя на них и лежит обязанность
