решительно обошла Фил и направилась в операционную.
Возле закрытого белой простыней кресла с широкими подлокотниками и фиксирующими ремнями стояла высокая, стройная девушка. Зеленый халат, такая же шапочка, специальные очки и маска, скрывающая нижнюю половину лица, не помешали узнать ее. Эти льдисто-голубые глаза, своей стужей обезболивающие лучше заклинаний, порой снились мне в кошмарах. Естественно, ЭТА целительница никогда не лечила меня, а вот ее родственник…
— Леди Хельена Горейская, — произнесла я, каюсь, обвиняющим тоном.
— Леди Кайра Кери, — скопировала мой тон целительница и хмыкнула: — Будем вспоминать моего деда или позволишь заняться твоей рукой?
Хороша я буду, если перенесу свое отношение с Эрха Горейского на его ни в чем не повинную внучку. Ведь и я не такая, как мой родственник.
— Нет, много чести его вспоминать.
— Отлично, тогда прошу! — Целительница указала мне на кресло и уже эмиссару строго приказала: — А вы стойте на месте, оно у стены. Двинетесь — обеззаражу полностью, и вам это не понравится.
Блая угроза заинтриговала — он вопросительно изогнул бровь, но послушался.
— А вот и мы! — пропела влетевшая в операционную Фил. — Правда, получилось здорово?
В руках у нее был стальной поднос со зловеще сверкающим хайрлатом. Казалось некромантские камни вросли в тонкую пластину из серебристого металла. А, может, это и было серебро? Я не читала инструкцию прадеда, полностью доверяя Фил.
— Я закреплю руку ремнями? — уточнила Хельена.
Мне понравилось, что она спросила.
— Разумеется. Верю, что больно не будет, но…
— Рефлексы не отключить, — закончила фразу своего деда Хельена.
Зафиксировав мою руку, она некоторое время потратила на диагностику. Вывод ее удивил:
— А здесь нет металла.
— Хель, ты уверена? — спросила Филиппа хмуро. — Я создавала пластину строго по схеме, и там не было печати отвлечения. То есть металл намеренно не прятали заклинанием, ты должна его видеть.
Хельена ещё с минуту молча пальпировала мое предплечье.
— Нет, металла здесь нет, но… — она выдержала паузу, — есть нечто иное.
— Режь! — потребовала я. — Хватит гадать, ты же целитель, а не предсказательница.
— Ты же некромантка, должна быть терпеливее, — уколола в ответ Горейская.
И, обезболив заклинанием, она взялась за ланцет.
Я не боюсь крови. Кровь животных или моя собственная — часть многих некромантских ритуалов. Но сегодня я не следила, как тончайшее лезвие рассекает мою плоть. Я наблюдала за эмиссаром.
Его глаза потемнели, на шею медленно выползла извилистая татуировка из тьмы. Сейчас она напоминала стебель, усеянный острыми шипами.
Блай волновался? Переживал из-за меня? И так интересно на его эмоции реагировали метки?
Я покосилась на Хельену, которая работала, не ощущая давящей силы.
— Вот, я же говорила, что не металл! — Она продемонстрировала схваченный пинцетом камень.
— Это кристалл памяти, — прошептала Филиппа. — Я могу принести шкатулку для его просмотра.
Я благодарно кивнула.
Пока Горейская заращивала тонкий разрез магией, я успела о многом передумать.
Прадед соврал: в моем теле не было усиливающего некромантский дар хайрлата, зато нашелся кристалл с некой записью, которую я должна увидеть после своего двадцатичетырехлетия. Что там? Покаяние? Советы? Новое завещание?
— Готово, — деловито сообщила целительница. — Дальше ты сама все знаешь: руку желательно не напрягать хотя бы часов десять.
Чистая кожа без хирургического вмешательства, даже потеков крови нет. Идеальная работа!
— Спасибо, — от души поблагодарила единственную представительницу рода Горейских, которая не вызывала неприязни.
— Обращайся, если что, не откажу, — отозвалась Хельена отстраненно.
Мысленно она была далеко.
Вскоре я и сама выпала из реальности, когда, переодевшись, вставила в шкатулку Фил кристалл памяти. Смотреть решила вместе с Блаем — одной почему-то страшно. Да и скрывать что-либо от супруга я не собиралась.
Запись оказалась специфической: прадед подтвердил, что никогда не усиливал мой дар хайрлатом. Я стала живым сейфом для его записей о проведенном ритуале.
Что сказать? Оригинально спрятал…
Когда замелькали схемы, таблицы, я остановила воспроизведение.
— И что теперь делать? — спросила сама у себя.
Ответил Блай:
— Связаться с королем Латории и кронпринцем Давелии. Этот эксперимент опасен и негуманен.
— Делай, что посчитаешь нужным.
Мне было все равно, хоть с богиней своей пусть связывается…
Совершив два звонка по магофону и коротко поговорив, Блай опустился на диван рядом со мной.
— Кайра…
Я напряглась, ожидая, что он примется утешать. Но нет, кромешник крепко обнял.
Закрыв глаза, я прижалась лицом к плечу мужчины. Горькая терпкость полыни, тягучая свежесть хвойной смолы после дождя… Вдохнув уже ставший родным запах, ощутила, как внутренняя боль отступает.
Иногда одно объятие целебнее тысячи слов.
ГЛАВА 21. Темные побратимы
— Кайра, ты уже все? — Фил влетела в комнату. — Ой, простите… Все забываю, что вы молодожены.
Я отстранилась от Блая и спросила убегающую девушку:
— Фил, что ты хотела?
Развернувшись, подруга стеснительно произнесла:
— Хотела подарок на свадьбу подарить.
— Так не было ее пока…
— Одна церемония была, как же без подарков? Да и извиниться хочу, что недавно подвела тебя.
— Ты сейчас о чем? — удивилась я.
— О посылке, которая пришла не вся, — вздохнула Филиппа. — Сапоги и фляга с некроэнергетиком ко мне так и не вернулись, я окончательно их потеряла.
Блай нехорошо прищурился:
— Некроэнергетиком? Ты пьешь вредные усилители физических способностей, Кайра?
Спросил так, словно это что-то неприличное!
— Он безобидный, если не злоупотреблять, так что иногда можно.
По упрямому выражению мужского лица я поняла, что уже нельзя.
Молчаливый запрет мужа не вызвал чувство протеста. Наоборот, на душе потеплело от понимания, что его волнует мое здоровье. Но… если остро понадобится, я выпью некроэнергетик, Блаю придется смириться.
— Так я покажу подарок, Кайра? Он подойдет идеально, я использовала твои параметры!
Набравшись смелости, артефактор схватила меня за руку и потащила в свою мастерскую.
— Лорд Эйликс, это подарок Кайре и косвенно — вам тоже. Вы ведь хотите, чтобы супруга была защищена даже на светском рауте? Или куда вы там с ней пойдете?
Язык волнующейся Филиппы нес околесицу и не унимался, пока мы не вошли в ярко освещенную комнату.
— Мой подарок! — Девушка с гордостью указала на манекен, на котором висело бальное платье.
Шикарное белое платье — элегантные линии кроя, цветочное кружево поверх плотной материи. Знакомое и оттого пугающее.
— Со мной поделились особым материалом — нитью паука-серебрянки, — трещала Фил без остановки. — И я подумала, раз дали, то почему бы не поэкспериментировать? Только я пойду дальше — добавлю в пояс камни с щитами и от физических ударов. А то негоже, когда платье выдерживает энергошар, но позволяет стукнуть по голове свою владелицу…
Рассказ почти не воспринимался. Перед глазами проплывали картины моего видения. Сад школы кромешников.
