– Пора, – сказал Олег.
Таргитай бездумно двинулся следом. Голова гудела, сердце колотилось часто, потрясенное мощью Прадуба. Ни одно дерево не может вырасти таким в мире людей и зверей! Это дерево – дерево богов, напомнил себе торопливо. Оно само бог деревьев, от него все деревья на свете, только постепенно утратили мощь Первых.
– А когда в подземный мир?
– Расчехли глаза. Мы уже в подземном.
– Врешь? – не поверил Таргитай. – Я думал… А где наше Дерево?
– Мы все еще в его Дупле.
– А я думал…
– Думал? Не смеши. Умеешь только грезить.
– Да, – согласился Таргитай. – Зато как!
Земля под ногами хрустела, словно шли по горелому. Вздымались сизые облачка пепла.
Таргитай на ходу вскинул голову, тут же опустил так поспешно, что ударился подбородком. По спине пробежала огромная ледяная ящерица. Такого жуткого неба еще не зрел. Болезненно-зеленое, с лиловыми разводами, словно кожа утопленника! Вдали смутно выступают угольно-черные тени, грозные, пугающие.
– Куда выйдем? – спросил Таргитай убитым голосом. – Я как-то представлял себе все иначе…
– Мечтал свалиться Ящеру на голову? А тот чтобы сам издох с перепугу?
Белесые бревна в десяток обхватов опускались прямо из темно-зеленого неба и проваливались в темную землю. Между ними проход был не шире, чем размах рук, а дальше виднелись такие же корни Прадуба.
Они оставались по бокам и позади, истончались, пока не остались толщиной всего в простую березу. Впереди наметился просвет. Олег ускорил шаг, худое лицо посветлело.
– Там выход!.. И мы в подземном мире.
– А где мы сейчас?
Олег побежал, под ногами отвратительно хрустело, словно рассыпались кости. Стало совсем сумрачно, сзади сослепу натыкался Таргитай. Впереди на миг блеснул свет, тут же закрыла тень, Олег уже упал на четвереньки и заспешил по длинному ходу. Червь или жук-короед выгрыз, но был мелковат, судя по узкому ходу, и, наверное, больной: грыз так неровно, сворачивал, словно его скрючивало, из-за чего Олег головой пересчитал все выступы.
Олег уже стоял перед стеной сизого тумана. Тот казался кипящим. Там бешено возникали сгущения, исчезали, уносились, сшибались, образуя такие плотные комья, что Таргитай ясно слышал жадное чмоканье.
Олег сказал тихо:
– Вечный Туман. За ним – царство мертвых. Кто переступит эту черту, никогда не вернется в мир живых.
Таргитай ответил:
– За этой стеной – Ящер.
Олег помолчал, сказал со вздохом:
– Впрочем, люди всю жизнь идут к этой стене. Хотят или не хотят, знают о ней или нет. Только дороги у всех разные… К тому же Белый Свет все одно погаснет через три дня.
– За этим Туманом – Ящер, – повторил Таргитай громче.
Олег ухватил его за плечо. Пальцы были как когти хищной птицы, словно Олег остался в прежней личине.
– Погибнем, едва выйдем из Тумана. Нет, еще когда только войдем. Подожди, я попробую подобрать заклятия.
– Здесь они еще действуют?
– Только здесь, да и то в треть силы. По ту сторону – только заклятия мертвых.
– Тогда и мой Меч…
– Да. Простая железка.
Олег начал вытаскивать из мешка травы, обереги. Таргитай вгляделся в бешеную пляску теней в Тумане.
– А что там?
Сквозь разрежения в Тумане мелькнуло белое. Возникли темные хищные тени. Они гнались за светлым пятном, Таргитай разглядел женскую фигурку. У незнакомки словно блистали за спиной перламутровые крылья. Черные тени настигли женщину, свалили. Она отчаянно отбивалась, Таргитай видел ее раскрытый рот. Видимо, отчаянно кричала, но звуки через стену Тумана не проходили. Затем хищные тени заслонили ее целиком.
Он с воплем выдернул Меч и ринулся в Туман. Олег увидел только исчезающую спину. Силуэт Таргитая колыхался, словно таял, испаряясь. Олег заорал страшным голосом, прыгнул головой вперед, со страхом и яростью вломился в стену, разделяющую два мира.
Он выпал из Тумана, сразу ощутил холод и мертвость. Мертвая земля глухо отзывалась на удары его сапог. Таргитай уже добежал до места схватки, когда черные тени и женщина расплылись, превратились в вихри и растаяли.
Олег замедлил шаг, внутри все оборвалось. С заклятиями он не успел. Его Посох в руках – простая дубина. И вообще их, похоже, уже ждут.
Таргитай вертел головой. В чистых глазах было тупое удивление.
– А где они?
– Дур-р-рак, – произнес Олег с отвращением и отчаянием. – Боги, жизнь и так невыносима, а тут еще свои вредят… За что?
– Олег, они спрятались?
– Тьфу!
Таргитай убито смотрел на безжизненный мир. Они стояли под пронизывающим ветром на ледяной равнине. Везде снег, сугробы, вздыбленные льдины. Дорога назад отрезана стеной Тумана… Теперь там часто блестели искры на металле, весь Туман уже состоял из тысяч и тысяч булатных мечей.
– Ну, – сказал Таргитай убито, – я ж не всегда умный. Я как божья коровка – местами. А кто нас заманил?
Ветер был злой, швырял в лица ледяную крупу. Волосы обледенели, дыхание замерзало на губах. Разгоряченный Таргитай наконец ощутил стужу, передернул плечами. У Олега брови смерзлись, торчали как наконечники стрел. Изо рта вырывались частые клубы пара, замерзали, в воздухе звенели крохотные, как пылинки, льдинки.
Внезапно сверху прогремел нечеловеческий голос:
– Скоро узнаешь, смертный!
– Кто ты? – вскрикнул Таргитай.
– Узнаешь…
Донеслись неспешные удары по воздуху гигантских крыльев. С высоты упали обрекающие слова:
– …в чьих ты когтях уже…
Небо светлело, становилось светло-зеленым. Таргитай вскрикнул, дрожащий палец тыкал влево. Олег круто развернулся, колени сами подогнулись.
Из-за непривычно близкого края земли медленно поднималось… черное солнце! Край выползал, как спина всплывающей из глубин океана исполинской черепахи. От него веяло ужасом, сердце Таргитая болезненно сжалось. Наконец, страшное солнце мертвых повисло, не касаясь земли. От него шли черные, как уголь, лучи, зеленое небо взялось лиловыми трупными пятнами.
– Черное… – прошептал Олег. Губы тряслись, от них шел стук, как от ледышек.
– Надо идти, – выдавил Таргитай потрясенно. Остекленевшие глаза смотрели на черное солнце со страхом и отвращением. – Солнце Ящера!
– Солнце мира мертвых…
– Под этим солнцем, – проговорил Таргитай изменившимся голосом, – не могут рождаться песни…
Олега подбросило, волна злости опрокинула стену страха.
– Кто о чем, а вшивый о бане!
– Сам ты…
Злость помогла сдвинуть ноги с места. Ветер стал еще яростнее, замораживал лицо. Над головами звучно захлопали крылья. Олег упал вниз лицом. Пахнуло нечистым воздухом, резкий крик полоснул по ушам. Тень взвилась и пропала в лиловом небе.
