возможность вернуть новое советское руководство на "правильный путь", неожиданно сообщила КПСС, что на сорок седьмую годовщину Октябрьской революции она хотела бы направить в Москву партийно-правительственную делегацию под руководством премьер-министра Чжоу Эньлая. КПК также предложила, чтобы по этому случаю ЦК КПСС пригласил партийные и правительственные делегации всех социалистических стран. Новое советское руководство, посоветовавшись с партиями европейских социалистических стран, включая ВСП, заявило, что поддерживает китайское предложение, надеясь, что эта неожиданная возможность будет способствовать улучшению отношений советского блока с Китаем.⁷⁹ Таким образом, первая уточняющая встреча Кадара с новым советским руководством состоялась во время этого визита в Москву, 9 и 10 ноября.
Кадар понимал, что дискуссии с новыми советскими лидерами будут иметь решающее значение для будущего советско-венгерских отношений, и чувствовал, что впервые сможет вести переговоры с относительно сильной позиции. Хотя у него были близкие личные отношения с Хрущевым, это не означало, что он когда-либо имел возможность говорить с ним как с равным партнером из-за его выдающегося международного авторитета как лидера сверхдержавы, а также мирового коммунистического движения. С другой стороны, Брежнев и Косыгин, как сам первый открыто признался во время переговоров, "по сравнению с Хрущевым еще молодые люди, у них нет такого авторитета"⁸⁰.
Кадар же, хотя ему было всего пятьдесят два года, стал единственным лидером в советском блоке, которому удалось успешно провести политическую и экономическую консолидацию после "контрреволюции" в своей стране. К 1964 году, всего через восемь лет после восстановления политической стабильности, большинство политических заключенных были освобождены, сельское хозяйство было не только полностью коллективизировано, но и эффективно, уровень жизни населения неуклонно повышался, а международная репутация страны после долгих лет бойкота со стороны Запада поднялась до уровня других стран советского блока. Все это привело к тому, что за сравнительно короткий срок Венгрия превратилась из "слабого звена" в историю успеха, что, соответственно, сделало Кадара, помимо Гомулки, самым успешным лидером советского блока к середине 1960-х годов.
Поэтому Кадар, чувствуя свою относительно сильную и относительно слабую позицию партнеров, не ограничивался жалобами на то, что Хрущева убрали, а хотел создать tabula rasa и построить советско-венгерские отношения и, косвенно, советско-восточноевропейские отношения на новом фундаменте. В соответствии с этим, при сохранении ведущей и доминирующей роли Советского Союза, государствам - членам советского блока должна быть предоставлена ограниченная партнерская позиция, а их интересы и положение должны восприниматься Москвой гораздо серьезнее, чем это было ранее. В будущем результаты и уроки строительства социализма должны стать предметом взаимного обмена между странами лагеря, а не ограничиваться следованием советскому опыту, как это было в прошлом.
Чтобы придать своей позиции более серьезный вид, венгерская делегация во главе с Кадаром подготовила письменный меморандум, содержащий четырнадцать пунктов по темам, которые они хотели обсудить, и который был представлен в ЦК КПСС 9 ноября 1964 года.⁸¹ Эти пункты были фактически сформулированы как краткие тезисы, представляющие позицию ХСВП по ряду важных вопросов.
Однако, хотя венгры рассчитывали на встречу с Брежневым на следующий день, они неожиданно получили приглашение начать переговоры за тридцать минут до их начала. Таким образом, на встрече Кадар сделал акцент на том, что позиция венгерской делегации основывалась на резолюции ЦК КПЧ от 23 октября, в которой обсуждалась реакция на резолюцию ЦК КПСС от 14 октября в Венгрии. Трудно сказать, была ли нумерология, включающая два важных элемента, относящихся к венгерской революции 1956 года, простым совпадением, или это была прямая или неосознанная ссылка Кадара: 23 октября - годовщина начала революции, а самому восстанию предшествовал большой студенческий митинг в Будапеште, составивший их политические требования в шестнадцати пунктах (в одной из распространенных версий - в четырнадцати). В любом случае, на предыдущих встречах с руководством КПСС венгерская делегация никогда не представляла свои пункты до переговоров в письменном виде. Поскольку венгерский меморандум был передан всего несколькими часами ранее, в этот раз переговоры по существу были невозможны, и на следующий день была назначена другая встреча.
На второй встрече 10 ноября Брежнев сообщил венгерской делегации, что накануне вечером он обсуждал меморандум с Микояном, Косыгиным, Подгорным, Сусловым, Андроповым и Пономаревым, и все они считают, что письмо Кадара написано в духе дружбы, братства и уважения.⁸²
Брежнев согласился с тем, что дружба между Советским Союзом и Венгрией должна укрепляться в будущем как по содержанию, так и по форме. В мире так много проблем, что эффектные встречи партийных и правительственных делегаций раз в три года не могут считаться единственным и наиболее подходящим способом контактов, продолжал он, и руководители двух государств должны чаще встречаться в неформальной обстановке. Стараясь продемонстрировать значительную открытость и готовность к сотрудничеству, он заявил, что руководители КПСС осознают, что в одиночку им не под силу решить все вопросы, поэтому они нуждаются в помощи и инициативе братских партий.⁸³
Брежнев согласился со вторым пунктом меморандума, с разъяснениями по основному направлению деятельности партий. Они неизменно стоят в русле решений ХХ съезда КПСС. На двухдневном заседании Президиума были подчеркнуты заслуги Н.С. Хрущева по развитию Двадцатого, Двадцать первого и Двадцать второго съездов. Затем Брежнев объяснил, что ошибка Хрущева заключалась в том, что он слишком много говорил о резолюциях ХХ съезда, но недостаточно сделал для их воплощения в жизнь. Например, Хрущев утверждал, что Сталин виноват в нехватке картофеля, но Сталина уже двенадцать лет как нет в живых. Меньше говорить и больше делать, чтобы воплотить в жизнь резолюции ХХ съезда - вот главная задача партии сейчас.
Советский лидер заявил, что в двусторонних отношениях между двумя странами преобладало самое лучшее товарищеское сотрудничество, а Брежнев выразил уверенность в том, что эта дружба будет укрепляться и в будущем. Отношения, поведение и чувства советских лидеров по отношению к Венгрии не изменились и не изменятся. В ответ на замечания венгров о том, как Хрущев был смещен со своего поста и о его ошибках, Брежнев заявил, что он понимает ситуацию в ВСП, но просит, чтобы венгры также поняли ситуацию в КПСС. Если бы он был на месте Новотны или Кадара, он бы тоже сначала удивился.⁸⁴ Хрущев пользовался большим авторитетом в мире, и последовательность событий увеличила его популярность. Однако симпатии, проявленные в мире к Хрущеву, были вызваны не только его личными качествами; это было признание силы Советского Союза, советской партии и величия народа, а также доказательство правильности выработанной коллективно политики.
Далее Брежнев заявил, что Хрущев, несомненно, был популярен среди венгерского народа, поскольку поддерживал политику венгерского правительства. Однако помощь в подавлении "контрреволюции" была не только личной заслугой Хрущева, он также выполнял постановление Президиума. Внешний мир воспринимал его по-другому,
