Взгляд упал на валяющуюся под ногами ложку со следами засохшей каши. Кажется, это подойдет для моей задумки.
Я дернула рукав пониже и, обернув им ладонь, наклонилась и подняла ложку. Набрав в грудь побольше воздуха, вновь направилась к провалу и замерла в опасной близости от него. Опустилась на колени, будто пред алтарем.
Снизу налетел ветер, взметнув волосы и осыпав непослушными прядями на плечи. Дохнуло сыростью.
Заметать следы я умела, помогла наука матушки Этеры и знания, почерпнутые из старинных книг.
Слегка наклонившись вперед, медленно опустила руку в чернеющую бездну и ощупала скалу, впитывая в себя каждую черточку, каждую впадинку, весь ее холод. А потом начертила черенком несколько рун, сопроводив монотонным тихим напевом. С каждым словом я чувствовала, как Дар струится под кожей, лижет пальцы, как сплетается с камнями в единое нечто.
Когда стихли последние звуки, я бросила ложку вниз и долго прислушивалась, но ответом была тишина. Все это время Ольд не обращал на меня внимания – баюкал малышку с полным умиротворением на усталом лице. Так не хотелось разрушать идиллию, но тревога взыграла с новой силой – вдруг сюда нагрянут? Прямо сейчас, в этот миг? Камни дружат не только со мной, могут и нашептать матушке Этере или кому-то еще о побеге, и тогда плакал мой план.
Я негромко кашлянула.
– Мастер Ольд, пора.
Он закивал.
– Я готов.
Сегодня мне снова предстоит испытать свой источник на прочность – создавать врата одни за другими чревато истощением. Но что поделать? Потом восстановлюсь.
– Да поможет нам Матерь Гор, – прошептала себе под нос, уже особо и не надеясь на милость богини. А потом глубоко вдохнула и, стараясь не смотреть в сторону пропасти, воззвала к Дару и коснулась скалы.
Ольд прекрасно знал, что надо делать, и вскоре мужская рука легла на плечо. Между нашими телами было зажато тельце Майлы, но я все равно ощутила неловкость.
Прикосновение было слишком чужим. Нежеланным. Захотелось поежиться и как можно скорей избавиться от его близости и запаха. Только усилием воли я заставила себя завершить ритуал. Нас выбросило как раз там, где я последний раз видела Реннейра – в тени резных кленов, среди зарослей ночных цветов. Даже луна, казалось, светила так же, а деревья мерно перешептывались листвой. От воспоминаний сдавило горло, и я ощутила дикий, почти неодолимый порыв убежать вместе с Ольдом.
Я проглотила нервный смешок. Какой вздор! Если не хочу все испортить, надо набраться терпения и ждать. Ждать…
– Теперь вы свободны, – я повернулась к Ольду и встретилась с ним взглядом.
– Спасибо тебе, Рамона, дочь Рорана, – он кивнул, укутывая дочку полой плаща – я отдала ему свой. Ночи стали холодными, и мне очень хотелось сделать для них еще что-нибудь. – А что будет с тобой?
Я пожала плечами.
– Это не важно. Не думайте об этом. Лучше дайте мне кое-что из вещей вашей дочери, – с этими словами я аккуратно вытащила куклу из пальчиков малышки – она была теплой, как живая. Таращилась косыми глазами прямо на меня и улыбалась кривым ртом.
Жутко.
Ольд нахмурился и недовольно поджал губы.
– Твой отец всегда шел по головам. Если он узнает, что это сделала именно ты, житья не даст.
– Спасибо, что беспокоитесь, но, поверьте, я сумею постоять за себя, – голос прозвучал бодро и уверенно. Я пыталась храбриться, но выходило жалко.
Ольд это почувствовал.
– Ты на него совершенно не похожа. Не похожа на них всех, – бывший старейшина говорил вполголоса, но каждое его слово дышало силой, заставляло вспоминать тот страшный ритуал, каждая его деталь будет со мной до конца жизни. – Но они еще ответят. Ответят за все, что сделали.
Последнее он произнес едва слышно, но мне хватило.
– Умоляю вас, простите их. Вы обещали не мстить, – я приложила к груди ладони и заглянула ему в глаза. – Забудьте все, живите со своей женщиной и ребенком. Вас ведь больше ничто не связывает с Антримом.
– Они вырвали кусок моей души, – с неожиданной злостью припечатал Ольд. – И простить я могу только тебя, жрица.
Воцарилась гнетущая тишина. Я хотела что-то сказать, но язык примерз к нёбу. Пусть все будет хорошо, и Ольд не станет дурить.
Пожалуйста…
А он поправил сползающего ребенка, плотней укутал плащом.
– В ней есть Дар, – начала я, когда голос вернулся. – Но ведь она полукровка, а полукровки…
Мужчина усмехнулся.
– Не верь всему, что тебе говорят. Особенно этим лицемерам, для которых вы все – стадо овец.
– А вы, значит, не стадо? – мне вдруг стало дико обидно. Я, значит, помогаю ему, рискуя всем, а он обзывается!
– Я пытался отбиться от него, за что и поплатился. Но хватит разговоров. Нам пора. Да продлит Матерь Гор твои дни, – произнес уже миролюбивей и почтительно кивнул.
Ольд прав. Времени прошло много, а мне нужно успеть сделать еще кое-что.
– Прощайте, мастер. И удачи вам.
– Возможно, мы еще увидимся, – сжимая в объятьях крепко спящую дочь, мужчина отвернулся и уверенно зашагал по тропе.
Я стояла, не в силах пошевелиться, и смотрела Ольду в спину. В голове звучали его слова – слишком много в них было обещания чего-то мрачного. Неясного. Я не могла подобрать этому названия, но внутреннее чувство твердило – если встреча все-таки состоится, доброй она точно не будет.
Глава 6. Поиски виновного
Рамона
Меня разбудил грохот в дверь – ее сотрясала, кажется, целая толпа великанов, и многострадальная едва не слетала с петель.
– Рамона, открой!
Голос отца вклинился в сознание. Голова тут же заныла от усталости и недосыпа – лечь я смогла только перед рассветом, да еще и прорву Дара накануне истратила. Боюсь, что в зеркале сегодня будет отражаться бледный изможденный призрак, не дай Матерь кому-то поинтересоваться, чем эта жрица всю ночь занималась.
– Рамона!! – Дверь содрогнулась под мощным ударом отцовского кулака, и все мое существо вдруг сжалось от страха.
Он обо всем догадался!
Промедление было смерти подобно, родитель ненавидел ждать. Быстро стряхнув с себя остатки сна, я выскочила из кровати, на ходу запахивая накидку. От предвкушения скорой расправы зуб на зуб не попадал, а колени подгибались.
Отец не прекращал ломиться. Я буквально пролетела над полом, едва задевая его босыми ступнями и, отперев замок, предусмотрительно отскочила в сторону.
И вовремя, иначе тяжелая дверь заехала бы мне по лбу.
– Нужна твоя помощь! – пророкотал он, оглядывая меня с ног до головы и морщась. – Ах, ты еще спишь, бездельница! Неужто работы никакой нет?!
– Сегодня Верховная освободила меня от
