Зулусское войско было разделено на две части, видимо, для того, чтобы оно могло действовать на обоих флангах армии тембу, во главе которой стоял Нгоза. Одна часть двинулась по равнине и прошла через область ц'уну. Воины ц'уну, охранявшие броды, под напором зулусов отступали до тех пор, пока не оказались далеко за рекой Тугелой. Там их не мог настигнуть враг. Чака впервые избрал роль зрителя и расположился на одной из вершин гряды холмов Г'удени. Вероятно, он сделал это для того, чтобы иметь возможность как можно лучше наблюдать за продвижением обеих частей своего войска.
Разделение зулусской армии несомненно проследовало одну цель: не дать Нгозе спастись бегством, если его войска будут разгромлены. Со стратегической точки зрения план имел свои достоинства, но был сопряжен с немалым риском.
Та часть зулусской армии, что двигалась по низменности, случайно наткнулась на беззащитных женщин и детей тембу, которые вместе со стадами племени были тщательно спрятаны в зарослях, тянувшихся вдоль реки Баффало. Большинство их было убито или захвачено в плен.
Вторая часть армии перевалила через гору Эсипези и перешла реку Баффало у холма Хлазакази, где встретилась с объединенными силами тембу и их союзников. Зулусам удалось форсировать реку Баффало, но в сражении, которое разыгралось у столицы тембу, им был нанесен сильный урон. Нападающим пришлось отступить и переправиться через Баффало в обратном направлении. Только замечательная дисциплина зулусов и хладнокровие Мдлаки, командовавшего войсками, предотвратили полный их разгром.
Между тем Чака со своего наблюдательного пункта (на вершине одного из холмов гряды Г’удени) пристально всматривался в глубокую, широкую и сильно пересеченную долину Баффало, лежавшую у его ног. Местами она была покрыта густыми зарослями колючих кустарников, кое-где виднелись одинокие деревья мимозы. Он устремил свои взор направо, в сторону столицы тембу, которая лежала где-то за холмами, окаймлявшими долину с запада, а затем налево, где действовала часть его войск, отделенная от другой расстоянием в добрых двадцать миль.
В то время как Чака, окруженный немногочисленным штабом, всматривался в даль, на вершине в сопровождении сильного отряда появился Джобе — вождь племени ситоле и союзник Нгозы (его владения прилегали к гряде Г'удени). Ни Джобе, ни Чака не отличались одеянием от зажиточного старейшины, а высокий рост Чаки не был заметен, так как король сидел на корточках.
Обменявшись приветствиями, каждый из них, по обычаю нгуни, сообщил, куда и с какой целью направляется. Однако хронисты не зафиксировали, что именно было сказано. Оба вождя провели большую часть дня на вершине холма, обсуждая текущие события и обмениваясь откровенными замечаниями по поводу недавно появившегося зулусского выскочки Чаки. При этом они говорили, какие надежды связывают с конфликтом, и напряженно всматривались в западную часть горизонта.
Беседу их прервал запыхавшийся и взволнованный гонец, который доложил Чаке:
— О король, наше войско отброшено и продолжает отступать.
Чака поднялся, как башня гнева, «разъяренный словно лев, попавший в сеть», и громовым голосом приказал «убить глупого болтуна» — злополучного гонца, который одновременно раскрыл его обман и поведал о позорном поражении. Несчастный стоял как вкопанный и, объятый ужасом, смотрел на Чаку. К гонцу подошел палач и тяжелой палицей раскроил ему череп. После этого Чака величественно проследовал к броду через реку Баффало, сопровождаемый своей свитой. Он даже не соизволил взглянуть на Джобе, а тем более попрощаться с ним.
«И глаза Джобе раскрылись, и он услышал его; и весь остаток дней своих он не переставал славить своих духов-хранителей, спасших его от того, чтобы ,,ступить ногой в это". Но, дав Чакс уйти, когда он мог расправиться с ним, Джобе навлек на себя проклятия друзей-тембу. Однако Чака всегда был к нему милостив».
Даже издалека Чака разглядел, что у брода, где Мдлака приостановил победоносное продвижение войск Нгозы, развернулась ожесточенная битва. Чака был разъярен до предела, особенно потому, что осторожный Мдлака не советовал ему делить армию на две части. Если та половина, которая двигалась по равнине, не будет иметь успеха, игру придется считать проигранной, а результаты этого дня — унизительными.
Тут прибыли гонцы из этой части войска — ею командовал Нзобо (Дамбуза) и его помощник Ндлела. Они доложили, что весь скот тембу захвачен и угнан, а большая часть женщин и детей уничтожена или взята в плен. Чака смягчился. Ведь эти результаты компенсировали потери, понесенные частями Мдлаки, и к тому же Мдлака, по-видимому, сумел удержаться у брода.
Поздно вечером Нгоза прекратил боевые действия и отошел к своей столице. Зулусы тоже отошли, чтобы соединиться с другой половиной войска и тем самым сохранить захваченный скот. Обе части встретились близ холма Эталени (Плоская вершина) в современном округе Нкандла. На следующий день Чака отдал приказ: выявить и судить всех трусов и уклонявшихся от боя. Каждый воин, который не мог предъявить ассегай павшего врага, попадал под подозрение и должен был доказать, что сражался храбро.
В конце концов около пятидесяти несчастных были сочтены виновными и казнены на виду у всей армии[104].
После этого перед строем провели захваченных женщин и детей тембу. Чака знал, что теперь, когда женщины и скот в его руках, за ними вскоре последуют многие мужчины тембу, а если они не явятся, он сам найдет женщинам новых мужей, и таким образом это племя быстро сольется с новой нацией, которую он создавал. Он особенно дорожил тембу, которые, подобно зулусам, принадлежали к настоящим нгуни нтунгва[105].
Скота зулусы захватили много, но несравненно меньше, чем за год до того в войне с ндвандве.
Победа, добытая дорогой ценой, не обманула Нгозу. Понимая, что вторичное столкновение с войсками Чаки закончится для него менее благополучно, он решил покинуть родные места. Передвижения тембу, мбата и кузе сопровождались обычными в таких случаях зверствами.
Чака не стал преследовать быстро уходившего Нгозу с его тембу. Он решил построить новую столицу, более достойную короля Великой Зулусии. Для этого Чака выбрал место на южных склонах долины нижней Умлатузи. Здесь, на обширном пространстве, усеянном мимозами (древовидными акациями), и была сооружена новая столица, которая, как и первая, получила название Булавайо.
«Новую столицу вполне можно уподобить гигантской тарелке, покоящейся на широком пологом склоне (направо от современной дороги Эшове — Эмпангени), примерно в семнадцати милях от прежней дороги. Там, где был вход в столицу, растет дерево умкиваан (дикая смоковница). Застроенная территория представляла собой пологий круглый участок шириной в милю. Вокруг столицы тянулась ограда. Полторы тысячи жилищ (хижин) окружали открытый центральный загон для скота, тоже огороженный. В верхнем выгороженном сегменте круга находилась священная резиденция короля и толпы прислуживавших ему девушек. Хижины по обе стороны от нее были заняты двумя тысячами холостых воинов. Главный вход в крааль представлял собой широкий проем в нижнем конце внешней ограды. Через него входили и выходили мужчины и скот. В священной части, предназначенной для короля, имелось два малых входа, каждый из которых охранялся часовым. Одним из них мог пользоваться только король, другой предназначался для его девушек. Король имел также собственный вход во внутренней ограде, окружавшей скотный двор. Этот проем находился непосредственно против хижины Большого совета. Широкий главный вход всегда охранялся караульной ротой, в составе которой находилось несколько офицеров. Комендантом всего крааля был Мбона, строго следивший за выполнением правил этикета и поддержанием порядка».
