объявлено, что его присутствие здесь более нежелательно.
— Ваше Величество! — Линь Янь подался вперёд. — Третий принц опасен. Если его просто выдворить, он начнёт мстить. У него связи, люди, деньги. Он не отступится.
Император посмотрел на него долгим, тяжёлым взглядом.
— Что ты предлагаешь, генерал Линь?
— Пусть он останется здесь, под вашим надзором, до окончания переговоров. А когда мир будет заключён, я лично доставлю его в Даяо и передам брату. Король сам решит судьбу дяди-предателя.
Император задумался. В тишине было слышно дыхание каждого и биение наших сердец.
— Хорошо, — произнёс он наконец. — Быть по сему. А вы... - он обвёл взглядом наши чёрные фигуры, и вдруг усмехнулся. — Вы, конечно, безумцы. Вторгаться в покои императора ночью... Это неслыханная дерзость.
— Простите, Ваше Величество, — склонила я голову. — Но выбора не было.
— Выбора не было, — повторил он задумчиво. — Знаешь, Сяомин, в этом вся ты. Всегда идёшь напролом, не считаясь с опасностью. Именно поэтому ты исцелила наложницу Сюй. Именно поэтому ты стоишь сейчас передо мной. И именно поэтому... - он перевёл взгляд на Линь Яня, — ты станешь достойной парой для этого генерала.
— Ваше Величество... - начала я, но он поднял руку, останавливая меня.
— Ступайте. И чтобы больше никаких ночных вылазок. В следующий раз я действительно прикажу казнить.
— Благодарим, Ваше Величество! — мы поклонились до земли и начали пятиться к выходу.
— И ещё, Сяомин, — окликнул он меня уже в дверях. — Твой генерал... он хороший человек. Береги его.
Я обернулась, встречаясь с его глазами — усталыми, мудрыми, чуть насмешливыми.
— Буду, Ваше Величество. Клянусь.
Мы выскользнули из покоев так же бесшумно, как и вошли. В коридорах было пусто — главный евнух, надо думать, залёг на дно после пережитого ужаса.
Только когда мы оказались в безопасности моих покоев, я позволила себе выдохнуть.
— Получилось, — прошептала Тао-Тао, и в её глазах блестели слёзы. — Получилось!
— Получилось, — эхом отозвался Тан-эр, и вдруг рассмеялся — нервно, облегчённо. — Мы сделали это. Мы проникли в покои императора и остались живы!
— Тише ты, — шикнула я, но и сама не могла сдержать улыбки.
Линь Янь подошёл ко мне, обнял, прижал к себе. Его сердце колотилось так же бешено, как моё.
— Ты была великолепна, — прошептал он мне в волосы. — Моя бесстрашная Сяомин.
— Мы были великолепны, — поправила я, зарываясь лицом в его грудь. — Все.
— Все, — согласился он.
У императрицы была мощная поддержка, поэтому император боялся свергать её за наложницу Сюй, но теперь у него появился весомый повод. Он мог бы убить её за сговор с врагом, но пребывание в холодном дворце куда хуже смерти. Заболев и не имея возможности обратиться к лекарю, она быстро умрёт... но перед этим будет долго мучиться, как мучилась наложница Сюй. По коже пробежались мурашки — наказание императора казалось слишком изощрённым и жестоким, но советовать ему что-то я не имела и малейшего права.
Глава 32
Утро ворвалось в мои покои золотыми лучами солнца, против воли пробивавшимися сквозь плотные шторы. Я лежала с открытыми глазами, глядя в потолок, и чувствовала, как каждая клеточка тела ноет от усталости. Мы не спали почти всю ночь — сначала вылазка, потом обсуждение, потом ещё долго не могли успокоиться, пережёвывая случившееся.
Линь Янь ушёл только под утро, когда небо уже начало светлеть. Его люди ждали в условленном месте, нужно было вернуться в отведённые послам покои, чтобы никто не заметил отсутствия. На прощание он поцеловал меня — долго, нежно, с такой благодарностью в глазах, что у меня сердце зашлось.
— Скоро увидимся, — шепнул он. — Теперь уже скоро.
И ушёл, растворившись в предрассветном тумане.
А теперь меня ждал новый день. И, судя по вчерашним словам императора, день этот обещал быть непростым.
— Ваше Высочество, пора вставать! — звонкий голос ворвался в комнату вместе с бойкой служанкой, приставленной ко мне императором. Девушка порхала по покоям, распахивая шторы, поправляя вазы с цветами, и явно наслаждалась своей важной миссией. — Сегодня великий день! Его Величество пригласил вас на утреннее собрание! Надо выглядеть безупречно!
— Я сама позабочусь о своей госпоже! — раздался другой голос, и в комнату влетела Тао-Тао, сверкая глазами. — Можешь быть свободна.
Служанка императора замерла, подбоченилась и окинула Тао-Тао презрительным взглядом.
— Простите, но я приставлена к принцессе личным распоряжением Его Величества. Моя обязанность — следить, чтобы всё было идеально.
— Я с самого детства вместе с госпожой! — фыркнула Тао-Тао. — Я лучше знаю, как её одевать, как причёсывать, какие украшения подобрать. Без тебя справимся!
— Девушки, — простонала я, зарываясь лицом в подушку. — Пожалуйста. Не сейчас. У меня голова раскалывается.
Они замерли, переглянулись и, кажется, синхронно надули губы.
— Ваше Высочество, позвольте мне...
— Госпожа, я только...
— Тихо! — рявкнула я, поднимаясь на кровати и сверкая глазами. От неожиданности обе притихли. — Вы обе будете мне помогать. И без ссор. Понятно?
— Да, госпожа, — буркнула Тао-Тао.
— Как скажете, Ваше Высочество, — склонила голову придворная служанка, но в её глазах всё ещё горел огонь соперничества.
Дальнейшее действо напоминало поле битвы. Каждая из девушек пыталась перетянуть одеяло на себя, и я чувствовала себя заложницей в эпицентре войны за мою внешность.
— Это платье слишком простое для такого случая! — восклицала придворная, выхватывая из рук Тао-Тао нежно-голубой шёлк.
— Оно идеально подходит госпоже! Подчёркивает цвет глаз и нежность кожи! — парировала Тао-Тао, вырывая платье обратно.
— А эти серьги? Они же деревянные! Принцесса не может носить дерево!
— Это подарок её матери! Самой госпожи Вэй! Или ты смеешь критиковать матушку принцессы?
— Я не критикую, я...
— Девушки! — простонала я, массируя виски. — Просто оденьте меня во что-нибудь приличное. И дайте мне выжить до собрания.
В конце концов они, кажется, заключили перемирие. Тао-Тао настояла на голубом платье, которое так любила моя матушка, а придворная служанка добавила к нему изящные золотые украшения и сложную причёску с множеством шпилек, от которой у меня затекла шея.
— Изумительно! — всплеснула руками служанка, любуясь результатом. — Его Величество будет доволен!
— Госпожа прекрасна в любом наряде, — буркнула Тао-Тао, но в её глазах читалось удовлетворение — кажется, даже ей понравилось, как я выгляжу.
Я взглянула на себя в зеркало и невольно замерла. На меня смотрела не та Сяомин, что скиталась по горам в обличье лекаря Бао, и не та, что стояла на коленях перед дворцом, вымаливая прощения. Это была принцесса. Настоящая принцесса, с гордой осанкой, сияющими глазами и лёгкой улыбкой на губах.
— Пора, — выдохнула я.
Зал для утренних собраний поражал величием. Высокие колонны, расписанные золотыми драконами, уходили ввысь, теряясь в полумраке.
