— Значит… это правда? — волнение сдавило мне горло. — Ты остаешься?
— А что? Ты планируешь оставить меня у себя? — он ухмыльнулся, повторяя то, что я сказала ему накануне.
Его появление сегодня не было случайностью. Это был день, который все изменил. День, который свел нас вместе.
Сквозь боль и душевные терзания смерть Колтона привела нас друг к другу, изменила и бросила вызов. Но вместо того, чтобы сломаться под тяжестью, мы взлетели. На этом пути было много ухабов и ссадин, но мы стали только сильнее. Теперь я знала, что нет ничего, что мы не смогли бы преодолеть вместе.
— Да, — сказала я, отвечая на его вопрос. Я надела шлем, забралась позади парня и обвила руками его талию. — Навсегда, если смогу.
Эпилог
Джеймерсон. Десять месяцев спустя
— С Днем рождения тебя… — запела я, стараясь не задуть свечку на кексе, купленном в одной из лучших кондитерских поблизости. Я вошла в слабо освещенную однокомнатную квартиру, куда мы недавно переехали. Сквозь шторы пробивался мягкий свет раннего летнего солнца. Квартира была маленькой, но нам хватало, а иметь спальню отдельно от гостиной казалось мне роскошью.
Хантер застонал и повернулся на бок, зарывшись головой в подушку. Он допоздна праздновал свой двадцать первый День рождения с коллегами из мастерской. Сегодня у нас обоих был выходной, зная, что эта дата навсегда останется тяжелой для Хантера. Колтон всегда был рядом, и вместо того, чтобы противиться его присутствию, мы приняли его и нашли утешение в воспоминаниях о нем, понимая, что он всегда будет частью нашей жизни.
Нашей совместной жизни.
— Давай, именинник.
Он перевернулся на спину, выглядывая из-под подушки, прежде чем снова спрятаться под нее.
— Разве ты не хочешь загадать желание? — поддразнила я, залезая на кровать. Мои ноги оказались по обе стороны его бедер, обнаженное тело парня приятно ощущалось под простыней. Мои пальцы сжимали тарелку, а бедра двинулись ровно настолько, чтобы вызвать у него низкий рык.
Он отбросил подушку в сторону, в его голубых глазах сверкнуло желание; любая сонливость испарилась.
— У меня есть все, что я хочу, — руки парня легли мне на бедра, поглаживая нижнее белье и его тонкую футболку, в которой я спала.
— Ты уверен? — я изогнула бровь.
— Моя сексуальная, полуодетая девушка сидит на мне, держа в руках восхитительный кекс? — он закусил губу. — Да, я уверен.
— Все равно загадай желание, иначе я снова начну петь, — воск от пламени стекал по свечке.
— Черт. Тогда мне лучше что-нибудь придумать, — он усмехнулся, приподнявшись, чтобы сесть, крепче прижав меня к себе.
— Дурачок, — ни у кого в моей семье не было хорошего голоса, и на Днях рождения стало традицией мучить друг друга пением, соревнуясь, кто хуже поет. Теперь, когда Хантер стал частью нашей семьи, я не сомневалась, что мама позвонит и попросит Рис спеть позже.
Отношения между моим отцом и Хантером менялись. Медленно. Но в прошлый их визит отец целый день провел с Хантером в мастерской, общаясь и наблюдая за его работой. Я видела, как между ними зарождается уважение, а может быть, и дружба. Маме не нужно было больше времени. К прошлому Рождеству она полностью приняла Хантера в нашу семью, купив ему рождественские подарки и заставив его участвовать в семейной фотографии, которую мы делали каждый год, держа в руках носки. Это потрясло его, потому что, несмотря на то, что в детстве они росли в богатстве, его родители никогда не проводили с ними праздники, оставляя сыновей в холодном, пустом доме. Да и не дарили им ничего значимого. Моя семья была маленькой и небогатой, но мы наполняли дом любовью. И большим количеством еды.
Джулия приехала на праздник, чтобы побыть с Хантером и Коди. Моя мать и слышать не хотела о Рождестве в отеле и пригласила всех к нам, включая Коди и Кристу, у которых через несколько недель родилась девочка Эмлин.
Хантер обнял меня за плечо, пока мы наблюдали, как Коди и Рис разрывают свои подарки, хихикая и устраивая беспорядок. Наверное, это было лучшее Рождество в моей жизни.
Сейчас взгляд Хантера неотрывно следил за мной, когда он наклонился и задул свечу на своем кексе. Он забрал у меня тарелку и поставил ее на тумбочку.
— Ты не хочешь свой кекс?
Он зарычал, перевернув меня на спину, навис надо мной, устроившись между моих бедер.
— Я собираюсь съесть кое-что послаще, — он прижался ко мне бедрами, его губы поползли вверх по моей шее, посылая по коже мурашки. Я выгнула спину, задыхаясь.
Наши графики были сумасшедшими из-за учебы, музея и его работы. Я хвасталась всем, кто хотел слушать, что всего за девять месяцев он стал самым востребованным художником и дизайнером в мастерской. Его дизайны драконов и птиц стали настолько популярными, что с ним связалась телекомпания, и теперь они находятся на стадии окончательных переговоров по поводу реалити-шоу об их магазине. То, что «Мгла» проектирует и создает мотоциклы как для личного пользования, так и для суперкросса, заставляло сеть пускать слюни от желания начать работу. Я гордилась им, и его работа принесла Rebel Custom Shop так много рекламы и клиентов, что владельцы Джек и Джон, братья, предложили Хантеру партнерство. В следующем месяце он станет совладельцем.
Но какими бы длинными ни были наши дни и как бы мы ни были заняты, мы всегда находили время друг для друга. Мы все еще не могли насытиться. Наше желание друг к другу со временем не ослабевало, а только становилось более страстным. Наша связь всегда была крепкой, но теперь, когда мы были вместе, без каких-либо препятствий между нами, наши чувства только усилились.
Это напомнило мне о том, как я была в Италии, и Коллин рассказывала мне о встрече со своим мужем:
«Когда мы познакомились, я была довольна своей жизнью, тем, кем я была. Мы встретились, и это была магия, словно оба наших пути вели друг к другу, ожидая, что мы решим все свои проблемы, чтобы быть готовыми к настоящим отношениям. Чтобы впустить любовь. Он не был причиной моего счастья, но он его дополнил».
Мы с Хантером решили все свои проблемы, и наши пути всегда вели нас друг к другу.
Я довольно часто разговаривала с Коллин, и она рассказала мне, что Сэмми вернулась во Флоренцию, познакомилась с одним из друзей мужа Коллин и влюбилась. Теперь они живут во Флоренции, и она работает репетитором английского языка, что меня безумно радовало.
Хантер стянул мою футболку через голову, его губы нашли мою грудь.
— О боже… — простонала я, впиваясь ногтями в кожу его головы.
— Пока что мое желание на День рождения сбывается, — его руки скользнули по моим бокам. — Вот только в моих мыслях на тебе этого не было.
Нижнее белье соскользнуло с моих ног, сердце бешено колотилось в груди, когда в воздухе раздался громкий звонок — его телефон зажужжал на тумбочке.
— Черт, — проворчал он, впиваясь зубами мне в шею. — Забыл выключить его вчера вечером. Игнорируй, — он поцеловал меня, вдыхая, пока его губы пожирали мои.
— Тебе лучше взять трубку, именинник, — я отстранилась, схватившись за его лицо, но больше всего мне хотелось продолжить и проигнорировать весь мир.
Хантер раздраженно пробормотал себе под нос, затем сел и схватил свой телефон.
— Джонс. То, что ты можешь помешать мне из другого штата, — это серьезный талант, придурок, — его глаза оставались на мне, свободная рука скользила вверх и вниз по моей обнаженной коже вдоль грудины.
— Привет, Джонс! — крикнула я в трубку.
Хантер покачал головой, отвечая на все, что сказал Джонс.
— Я не собираюсь играть в телефон между вами двумя. Я включаю громкую связь, — Хантер нажал кнопку, бросив телефон на кровать рядом со мной.
— Привет, Джейм. Похоже, именинник сегодня еще больший ублюдок, — раздался голос Джонса.
— Перезвони через час, обещаю, буду в гораздо лучшем настроении, — Хантер снова притянул меня к себе, покусывая зубами мое плечо.
