бы показаться, что именно эти протуберанцы термоядерного пламени и были самым страшным поражающим свойством.
Но любой специалист лишь посмеялся бы над этим.
Потому что то, что последовало следом за ним оказалось куда страшнее.
Девяносто шесть термоядерных боеголовок взорвались единым фронтом и создали волну сильнейшего электромагнитного излучения такого размера, что она практически перегородила встречный курс двух групп беспилотников. И если для военных кораблей этот импульс не представлял серьёзной опасности, в силу их высокой защиты, многократного резервирования систем и прочего, то у не обладающих подобной защитой беспилотников, ЭМИ выжигал технику без всякой пощады.
Их схемы плавились.
Тонкая электроника выходила из строя.
Управляющие компьютеры сходили с ума.
Из ста двенадцати беспилотных платформ первой и второй волны, запущенных с миноносца типа «Габен», уцелело не больше двух десятков.
Да и они уже мало что из себя представляли.
Больше походили на комки оплавленного металла, едва сохраняющие какое-то подобие функционала.
А через две минуты и сорок шесть секунд на оставшиеся сто двадцать разведывательных беспилотников обрушились более ста сорока противокорабельных ракет.
Вся структура атаки рассчитана Кариновской и её офицерами таким образом, чтобы электромагнитный импульс не повредил ракетам с АРПов. К сожалению, в её распоряжении имелся лишь один комплект с термоядерными боеголовками. А загруженные в АРПы ракеты они вообще поменять не могли.
И, тем не менее, это оказалось почти достаточно.
Елизавета с удовлетворением смотрела на то, как одна за другой пропадают отметки с голографическое проекции.
Сейчас она испытывала удовольствие от хорошо проделанной работы.
Даже несмотря на то, что после двух ударов уцелело почти пятьдесят беспилотных платформ.
Что поделать. Те, кто программировали их додумались и о том, что по беспилотникам могут нанести ракетный удар в случае обнаружения. Стрелять по столь мелким, да и к тому же маневрирующим целям весьма не просто.
С другой стороны...
«Данниэль» и «Касстиэль» дали второй полновесный залп, отправив к своим целям по сорок восемь ракет каждый.
***
— Все беспилотники уничтожены, адмирал.
— Да, Чарли, — кивнул Террадок и устало потёр лицо. — Я вижу.
Прямо перед его глазами наконец пропала последняя отметка.
Они смогли это сделать.
Перехватили беспилотники запущенные всеми четырьмя группами рейнских разведывательных отрядов. Более девяти сотен платформ!
И ни одна не смогла приблизиться к ядру его флота ближе, чем на четыре световые минуты.
В частности, именно на таком расстоянии были сбиты последние дроны выпущенные с кораблей Группы Два.
— Что же, похоже, что сегодня мы своё жалованье всё же отработали, — с кривой ухмылкой заметил Дэвис и на лицах окружающих его людей появились улыбки.
Да, они едва не опростоволосились. Если бы дали этим мерзавцам подобраться ближе или же слишком поздно отреагировали, то всё могло бы кончится куда хуже.
К слову, их врагу так же не удалось уйти без потерь.
Разозлённые тем, что их столь нагло обманули, экипажи верденских крейсеров не собирались упускать свою добычу, несмотря на все их попытки сбежать.
Группа Три уничтожена полностью.
Группа Четыре, после долго преследования, потеряла свой «Габен». Верденские ракеты порвали миноносец на части.
А вот Группы Один и Два смогли уйти в полном составе.
Что же, нельзя выиграть повсюду, ведь так? Сегодня рейнцы потеряли несколько хороших кораблей и экипажей в то время, как Террадоку и его людям удалось сорвать задуманное ими. И стоило оно только боезапаса, реакторной массы и небольших повреждений нескольких кораблей.
Удачный день, как не посмотри.
Ведь так?
Даже несмотря на приподнятое этой небольшой победой настроение что-то не давало Дэвису покоя.
В составе его сил в данный момент находилось всего два тяжёлый крейсера типа «Архангел». И оба входили в дивизион Кариновской. Он уже приказал отметить её действия.
А вот остальным его крейсерам, отражающим налёт беспилотников, пришлось куда тяжелее. У них не было ни той высокой скорострельности, что давали револьверные пусковые, ни АРПов.
Это объясняло то, что дроны Группы Два смогли прорваться так глубоко в систему. Конечно же до дистанции визуального опознания им было далеко. Особенно с учётом того, что Дэвис сгруппировал свой флот, прикрывая суда обманки своими дредноутами и другими кораблями.
И всё таки...
— Чарли! Приказ по системе. Уровень общей тревоги не понижать. Всем кораблям приступить к проверке системы. И напрягите наши сенсорные массивы. Я хочу, чтобы в этом долбанном месте не осталось ни единого тёмного уголка.
— Конечно, сэр. Думаете, что они могли задумать что-то ещё?
— Я переживаю о сохранности прикрытия нашего «Тигра», Чарли, — пояснил похожий сейчас на злого бульдога с усами Террадок. — Если они смогут опознать в них гражданские суда, то один чёрт знает, что предпримет Штудгард.
— Никаких шансов, сэр, — покачал головой его начальник штаба. — С такого расстояние единственное, что они могли определить, так это сигналы транспондеров. Я уже проверил, сэр. Ни один из них не дал сбоя во время происходящего.
Значит обман пока не раскрыт.
Террадок кивнул и с удивлением для себя широко зевнул. Почти двадцать часов он торчал на мостике. Разве что переодически отлучался на несколько минут в туалет, постоянно держа руку на пульсе происходящего.
— Хорошо, Чарли. Командование на тебе. Передай приказы и прикажи сменить дежурную вахту. Людям нужно отдохнуть. Я буду у себя.
— Конечно адмирал. Сделаю.
Этот день действительно закончился «победой» для Дэвиса Террадока и его флота.
Ни одна из беспилотных сенсорных платформ не смогла приблизится к ядру его флота на дистанцию гарантированного обнаружения.
Как и сказал его подчинённый, единственное, что они успели получить и передать на уходящие из системы рейнские корабли, были сигналы транспондеров, передаваемые судами-обманками, настойчиво выдающими себя за верденские дредноуты.
К сожалению, как это часто бывает с теми, кто очень хочет кого-то обмануть, Дэвис Террадок и Михаил Гаранов не заметили, как перехитрили сами себя.
Глава 24
— Мне не нравится эта идея!
— Да, ты уже говорил. К сожалению, других у нас пока нет, — пожала плечами Лиза, на что Райн только скривился. — Я знаю это место лучше кого-либо другого. Да и сама идея, тоже, моя.
— Всё равно мне не нравится, — проворчал Том, идя следом за Лизой по коридору их небольшой базы.
После событий в Синангаре они вернулись обратно на побережье Карского пролива. Как раз спустились обратно с импровизированной стоянки для флаеров, где Лиза проверяла снаряжение, которое возьмёт с собой в Ландширский предел.
И взрывчатку. Очень много
