знать все о том, что тебе нравится и не нравится. Как хорошо, а как еще лучше. Подумала о чем-то – говори, – он обдает дыханием мою кожу. – Не то чтобы ты хорошо умела скрывать свои мысли, так что это не составит для тебя труда.
Я улыбаюсь.
– Поняла. Ройс?
– Ммм?..
– Прикоснись ко мне, – тут же требую я. – И не через джинсы.
Он без колебаний расстегивает молнию, но кончики его пальцев замирают у края моего белья. Грудь у меня за спиной наполняется воздухом, а потом его ладонь спускается ниже.
От одного только жара его ладони, от шершавости кожи мои мышцы сжимаются.
– Скажи мне правду, – шепчет он, – к тебе на самом деле никто еще не прикасался?
– Мои руки считаются?
– Совершенно точно нет, – хрипит он и скользит пальцами в щель между моими нижними губами и вдоль клитора. Я дергаюсь, и он шумно выдыхает. – Ты трогаешь себя с тех пор, как ты здесь?
– Возможно.
– Это значит «да», – он снова касается зубами мочки моего уха. – И ты думала обо мне, так ведь? Когда ласкала себя?
Мое «да» – низкий стон, и он отвечает укусом.
– А до меня? – Ройс проводит губами по моему обнаженному плечу. – О ком ты думала до меня?
Я закрываю глаза в ожидании большего.
– Просто об ощущении.
Он обнимает меня крепче.
– Хороший ответ, малышка, а теперь перекинь-ка свою ножку через мою.
Я делаю, как он говорит, и от самой мысли об этой позиции у меня подгибаются пальцы ног.
– Я тоже о тебе думал, – признается он. – Держа свой член в руках, набухший и чертовский ноющий, – он прижимается ко мне. – Я прокручивал в голове твой наркотический голос, представлял, как твое обнаженное тело лежит под моим, а твоя вагина… – Кончик его пальца скользит внутрь меня, и его мышцы напрягаются. – Черт побери, – рычит он, – она втягивает меня.
Я сжимаю мышцы вокруг его пальца, и он шепчет:
– Да, вот так.
Хватаюсь за его предплечье, когда он вытаскивает палец, моя спина выгибается, но оказывается, что это была только прелюдия.
Два его длинных сильных пальца погружаются в меня.
Давление, его запах, тепло его дыхания на моей коже – этого уже достаточно, чтобы заставить меня кончить, но я хочу большего.
Намного больше.
Говорю ему об этом, и его ответ бесподобен.
Он прикусывает зубами ткань моего топа и, как он и обещал, рвет ее на лоскуты прямо на моем теле.
Холодный воздух покалывает кожу, груди готовы выпрыгнуть из лифчика, каждое нервное окончание ощущает на себе воздействие – горячее и холодное, дикое и жаждущее.
Я поглощена каждым его движением.
Пальцы Ройса замирают, но не выходят из меня. Он приподнимается и опускает губы к ямке у меня на шее. Прокладывает обжигающую дорожку вниз к моей груди. А потом прикусывает метку, что оставил на мне вчера.
Его пальцы начинают погружаться и выходить с впечатляющей скоростью. Большой палец обводит мой клитор, и пламя внутри меня разгорается все сильнее, пожирая меня дюйм за дюймом, наполненным им – великолепным Ройсом.
Мои ноги выпрямляются, отказываясь сгибаться. Из груди вырывается стон.
Ройс убирает руку, и все мое тело кричит, протестуя.
Я оглядываюсь через плечо, и меня встречают его жадные губы.
Высвобождаюсь из его объятий, переворачиваюсь и залезаю на него.
Ерзаю на нем одетая, но он все равно находит способ протолкнуть свои пальцы мне в джинсы. Он ласкает мой клитор с идеальным давлением, вибрируя пальцами, и я замираю над ним, прикусывая его губу, не в состоянии сдержать стоны.
Когда все мое тело начинает сотрясаться, его свободная рука обхватывает меня сзади и прижимает к его члену, давая почувствовать, какой он твердый – для меня. И этого оказывается более чем достаточно.
Я бьюсь в экстазе, но не коротком и быстром. Нет, он бурный, перехватывающий дыхание, и, о боже, подо мной Ройс!
Черные, точно обгоревший ночной лес, глаза смотрят на меня. Он не отрывает взгляда. А если бы попытался – я бы укусила его.
Вцепляюсь ему в волосы, его рука выскальзывает из моих джинсов, хватает меня за ягодицы, и я начинаю елозить по нему.
Между бровей Ройса появляется тяжелая складка, его губы приоткрываются, и он начинает двигаться в ответ.
Рука поднимается к моему плечу, и он тянет меня вниз. Мы целуемся в такой дикой гармонии, что в груди просыпается боль. Я не хочу останавливаться, но знаю, что для него этого недостаточно, и потому отказываюсь закончить эту ночь, не заслужив его оргазма – то, что хотела получить от него уже несколько недель.
Я не просто хочу, чтобы он знал – я могу доставить ему удовольствие. Мне нужно, чтобы он это знал. Я могу дать ему все, что ему нужно, пусть ему и придется сначала показать мне, как это сделать, и что-то подсказывает мне, что он будет более чем рад помочь мне.
Так что я приподнимаюсь, проскальзываю рукой в его баскетбольные шорты, и он не возражает.
Он позволяет мне обхватить ладонью его член, и, когда я сползаю с него, Ройс следит за мной темными, как черный сатин, глазами.
Я смотрела порно, видела непристойные фильмы. Я знаю, как делать минет, или, по крайней мере, знаю, как начать.
– Скажи мне, как тебе нравится.
Он откидывает голову на одеяло, но тут же с рычанием поднимает:
– Возьми его в свой ротик, детка.
Сердце грохочет у меня в груди.
Его слова так соблазнительны, они пробирают меня до самых костей.
Может, мое признание и прозвучит жалко, но все, чего я когда-либо хотела, – быть по-настоящему желанной, а быть желанной Ройсом – больше, чем я когда-либо смела просить. Он – больше, чем я когда-либо смела просить.
Опускаю его голову, и его рука тут же обхватывает мою шею, заставляя посмотреть ему в глаза. Его взгляд суров, как у ястреба.
– Я не играю, черт побери. Это последний шанс. Дотронься до моего члена – и ты моя.
– Тогда замолчи, Плейбой. Дай мне это сделать.
Он стискивает челюсти, потом коротко кивает. Его рука у меня на шее расслабляется, он обхватывает мою щеку, и хотя не тянет меня вниз, рука остается на щеке, когда я опускаюсь.
Мои губы находят головку его члена, я касаюсь мягкого сатина его кожи, вожу языком вперед-назад. Его ноздри раздуваются, дыхание становится тяжелым.
Провожу языком дальше, наблюдая за его реакцией. Его плечи тянутся вперед, позвоночник изгибается, и я принимаю его позу за хороший знак.
Облизываю губы и погружаю
