Русский этнонационализм набирает популярность в массах; однако тяготение к этническому и гражданскому национализму находится в неустойчивом равновесии. Человеком только своей национальности считают себя всего 11,6% русских, а россиянином — 39%.537 Межэтнические браки одобряют 40% русских, не одобряют — 44%, т. е. мнения разделились примерно поровну.538 В ближайшие годы, вероятно, произойдет окончательный сдвиг в сторону этнонационализма или гражданского национализма.
В России важным этапом в развитии проблемы стали события в 2006 г. в Кондопоге (Карелия), и даже не столько сами события, сколько их идеологическое использование.
С небольшими вариациями СМИ дали тогда такую информацию о событиях: «Серьезные беспорядки на национальной почве произошли в минувшие выходные в Кондопоге после поминок по молодым людям, убитым в драке с чеченцами в минувшую среду. Местные жители разгромили и сожгли ресторан, рынок, магазины и палатки, принадлежавшие выходцам с Северного Кавказа. Порядок в городе был наведен лишь через сутки прибывшим из Петрозаводска ОМОНом. Более ста участников погромов были задержаны. Практически все кавказцы, находившиеся в Кондопоге, эвакуировались в Петрозаводск. В субботу в Кондопоге состоялся стихийный митинг, участники которого потребовали от властей выселить всех нелегальных мигрантов из Кондопоги. Кроме того, митингующие приняли решение закрыть городской рынок и передать его лицам славянской национальности» (РИА-Новости).
События в Кондопоге были использованы одновременно и для усиления тезиса о наступлении «русского фашизма» (нацизма, ксенофобии и т. д.), и для пропаганды этнонационализма — как русского, так и антирусского. В целом эта идеологическая кампания усилила позиции этнонационализма и обнаружила некоторый рост его популярности.
А причина проблемы в другом. Опасность межэтнической миграции прекрасно знали в царской России и в советское время, но это игнорировала (или использовала) власть реформаторов 1990-х годов. Более того, эта власть все сделала для того, чтобы отвлечь людей от разумного понимания причин тех болезней, которые породила миграция. Власть должна была бы объяснить, что если граждане приняли нынешнюю социально-экономическую систему, эти болезненные проблемы людям придется терпеть. Если терпеть невмоготу, т. е. два выхода — или добиться изменения социально-экономической системы, порождающей эти проблемы, или начать «молекулярную» войну всех против всех — как вариант коллективного самоубийства.
До такого выбора дело пока не дошло, и за оставшееся время надо предпринять усилия для осмысления ситуации. Кондопога — модель второго выбора.
Ряд регионов РФ погрузился в социальное бедствие, которое вытолкнуло оттуда массы людей в поисках заработка. Когда в русской среде оказываются приезжие русские или похожие на них чуваши, этого почти не замечают. Появление общины с Кавказа вызывает болезненную реакцию даже независимо от сопутствующих факторов — таких как экономическая конкуренция с местными, преступная деятельность «чужого типа» и пр. Возникает общая почва для конфликтов, и достаточно искры, чтобы он вспыхнул.
В отношениях местного населения и мигрантов всегда возникает выбор: способствовать интеграции двух общностей или их взаимной изоляции («геттоизации» мигрантов). Но интеграция не идет самопроизвольно, по доброму желанию сторон. Это — «строительство», требующее творчества, усилий и ресурсов. Самопроизвольно возникает как раз «закрытость», создающая конфликтогенную среду».
Чтобы снять накал страстей, власти пошли в Кондопоге на уступку, приглушая политическую сторону события. Радоваться тут особенно нечему — в государстве, как и в семье, уступки, вырванные ультиматумами и шантажом, в перспективе обходятся очень дорого.
Наблюдения последних десяти лет позволяют предположить, что в России реализуется долгосрочная программа постепенного взращивания русского этнического национализма, который и должен стать главной преградой для восстановления межнационального общежития, выстроенного российской цивилизацией. Основным объектом идеологической пропаганды является молодежь постсоветской формации, ставшая одной из главных социальных жертв реформы.
В сплочении на основе этнонационализма эта молодежь находит отдушину, которая дает иллюзию борьбы против безысходности социального тупика. Рассуждения молодых приверженцев этого движения методологически беспомощны. Строя в воображении идеальный образ «России для русских», они мыслят так, будто перед ними чистая доска. На деле каждое поколение приходит в страну, которая в своем развитии проследовала множество перекрестков с «неотменяемыми» выборами пути. Уже не отменить сложившегося в Киевской Руси симбиоза славян со степняками-тюрками и угро-финнами лесной зоны, не отменить крещения Руси, монгольского ига и создания Российской империи, индустриализации и русской революции, развала СССР и длительной аномалии нынешнего кризиса. Закрывая на все это глаза, этнонационалисты «грезят наяву». Это не политический проект, а профанация.
Предлагают проект этнонационализма, но не желают и знать, что это такое и как они будут блокировать присущие ему побочные процессы. Простой вопрос: как предлагается блокировать трайбализацию самого русского народа, его расползание на региональные субэтносы? А ведь этот процесс идет под самым носом «Русского проекта». Что русские этнонационалисты собираются делать со всеми этими проектами «южно-русской идентичности», «сибиряками», «поморами», «казаками» и пр.?
Средства, с помощью которых эти попытки блокируются, а этническая солидарность русских разрушается, оказываются более эффективными и совершенными. Не вдаваясь здесь в подробное обсуждение, можно заметить, что сильным и изощренным средством является провоцирование театральной ксенофобии (с организацией псевдофашистских групп и эксцессов с насилием на этнической почве), которая загоняет русское национальное чувство в тупик и потому блокируется самой русской культурой. Российское государство также относится с подозрением к группам, которые ведут себя откровенно ксенофобски, и часто запрещает русские этнонационалистические партии.539
Скорее всего никакого политического проекта на основе русского этнического национализма не возникнет, однако как средство стравливания народов России и углубления расколов в русском ядре эта программа представляет актуальную и фундаментальную угрозу для России.
Борьба с дискриминацией
Российское законодательство гарантирует равенство граждан независимо от расы и национальности в сферах труда, образования, дает гарантии коренным малочисленным народам и защищает избирательные права, а также запрещает пропаганду национальной вражды в СМИ.
Трудовой кодекс Российской Федерации содержит запрет на дискриминацию по признакам расовой или национальной принадлежности. Гарантии равенства прав граждан содержатся и в других кодексах Российской Федерации.
Закон РФ от 10 июля 1992 г. № 3266-1 «Об образовании» гарантирует возможность получения образования независимо от расы, национальности, языка. В числе общих требований закон содержит требование о том, что образование должно содействовать взаимопониманию и сотрудничеству между людьми и народами независимо от расовой, национальной и этнической принадлежности.
Федеральный закон от 27 июля 2002 г. № 113-ФЗ «Об альтернативной гражданской службе» дает право гражданам заменить военную службу по призыву, если они относятся к коренному малочисленному народу, ведут традиционный образ жизни, осуществляют традиционное хозяйствование и занимаются традиционными промыслами (ст. 2). Им нужно лично подать заявление в военный комиссариат о желании заменить военную службу по призыву альтернативной гражданской службой (п. 1 ст. 3). Граждане, относящиеся к коренным малочисленным народам, направляются для прохождения альтернативной гражданской службы в организации традиционных отраслей хозяйствования и традиционных промыслов (п. 3 ст. 4).
Федеральный закон от 12 июня 2002 г. № 67-ФЗ «Об основных гарантиях избирательных прав и права на участие в референдуме граждан Российской Федерации» предусматривает, что гражданин Российской Федерации может избирать, быть избранным, участвовать в референдуме независимо от расы, национальности и языка.
Федеральный закон № 79-ФЗ от 27 июля 2004 г. «О государственной гражданской службе Российской Федерации» провозглашает равный доступ граждан, владеющих государственным языком Российской Федерации, к гражданской службе и равные условия ее прохождения независимо от пола, расы, национальности, происхождения, имущественного и должностного положения, места жительства, отношения к религии, убеждений, принадлежности к общественным объединениям, а также от других обстоятельств, не связанных с профессиональными и деловыми качествами гражданского служащего.
