пальмы золотой краской. Конечно, гвоздем программы стали золотые наряды гостей, и принцесса, покрыв темной краской кожу, выглядела весьма соблазнительно в украшенных драгоценностями кафтане и тюрбане. Она танцевала всю ночь напролет, но не с Родди, который остался в Англии и готовился к получению диплома по садоводству, а с еще более молодым человеком, художником Эндрю Хьюкином, резидентом острова.
На следующий год на Мюстик приехали королева и принц Филипп. Они прибыли на борту королевской яхты «Британия» во время празднования серебряного юбилея в ноябре 1977 года. Если этот визит означал примирение и шанс показать сестре, что остров не являлся карибским аванпостом Содома и Гоморры, то задача была выполнена полностью. После осмотра поместья Les Jolies Eaux и пикника на пляже королева решила окунуться (большая редкость для нее) в заливе Макарони. Принц Филипп занялся подводным плаванием в заливе Черного Песка, где ему удалось увидеть появление на свет детенышей акул. Внимание королевской пары во время экскурсии по островному «царству» Маргарет, которую для них провела хозяйка, привлекла одежда островитян, а именно костюмы времен королевы Виктории. «Я не предполагала, что на Мюстик существует машина времени», – заметила несколько ошеломленная королева сестре19. Маргарет пояснила, что мать Колина Теннанта закупила по дешевке старые маскарадные костюмы для местных, полагая, что это будет забавно.
Несмотря на предположения прессы, что Родди непременно окажется на острове во время краткого визита королевы, он в это время только летел на самолете из Лондона и предполагал присоединиться к принцессе позднее, уже после отъезда Елизаветы и принца Филиппа. Родди сидел на Барбадосе в ожидании стыковочного рейса на Мюстик, когда королевская свита поднималась на борт «конкорда», отправляющегося в Лондон. Зоркие фотографы углядели Родди, когда он садился в вертолет. Стажера-садовода тут же обвинили в попытке привлечь к себе внимание. Он объяснил совпадение «ужасной нестыковкой».
Королева не одобряла Родди, но он по-прежнему оставался центром жизни Маргарет, возвращая ей душевное равновесие и поднимая упавший дух. Они стали больше появляться на публике, вместе ходили в театр, где однажды к ним присоединился друг Маргарет, лорд Сент-Джон-Стивас; вместе плавали в бассейне Букингемского дворца и принимали гостей в Кенсингтонском дворце. Когда гости Маргарет привыкли к отсутствию Тони, они нашли ее нового любовника вполне приемлемым, забавным и заботливым по отношению к принцессе. После многих лет оскорбительного отношения со стороны Тони эта черта имела особенно важное значение.
Садовник хотел расширять поле своей деятельности. При поддержке принцессы он попытался заработать на своих вокальных данных и подписал контракт на запись альбома с несколькими незатейливыми песенками. Альбом под названием «Родди» много комментировался и обсуждался в прессе, промелькнул в хит-параде Би-би-си и канул в Лету. Однажды Родди удалось спеть дуэтом с Петулой Кларк на французском телевидении. Вслед за этим последовало заманчивое предложение о работе, связанной с продвижением скандального ночного клуба Bennett в Баттерси на юге Лондона.
Разумеется, Родди обвинили в монетизации отношений с принцессой, которая оставалась его самой горячей поклонницей. Закончив свои дела, в марте он улетел на Мюстик, где Маргарет, как обычно, проводила свой весенний сезон. Несколько часов спустя после прилета у него началось желудочно-кишечное кровотечение. Так как ситуация грозила непредсказуемыми последствиями, его отправили в больницу для обследования на Барбадосе. Через пару дней больного навестила принцесса. Родди медленно поправлялся, а Маргарет проводила время на пляже, загорая. И снова момент оказался совершенно неподходящим.
Негативные истории в прессе о гоняющейся за удовольствиями, потакающей своим прихотям принцессе и ее молодом любовнике прочно укоренились в умах обывателей. Болезнь Родди совпала с парламентскими слушаниями вопроса о выдаче содержания членам королевской семьи по Цивильному листу, который оплачивался из карманов налогоплательщиков. Один из членов парламента назвал принцессу «королевским паразитом». Другой указал на то, что за предыдущие три месяца она всего лишь восемь раз присутствовала на протокольных мероприятиях, что обошлось в £14 000. Родди тоже подлил масла в огонь, когда по возвращении в Британию заявил репортерам: «Я буду продолжать видеться с принцессой, когда и где захочу. Пусть все критикуют – мне все равно. Конечно, я ни в малейшей степени не верю в разговоры о том, что принцесса Маргарет могла сделать что-то, что повредило бы репутации королевской семьи»20.
Члены парламента, церковь и общественное мнение полагали иначе. В отличие от истории с Таунсендом и романа со Сноудоном Маргарет теперь имела двух детей и жила отдельно от мужа. В глазах общественного мнения вина за распад брака главным образом лежала на ней, а Родди Ллевеллин рассматривался как подстрекатель к распущенному поведению. Волна осуждения и недоброжелательства докатилась до ворот дворца и сильно беспокоила королеву и ее советников. При всей своей любви к младшей сестре она не понимала ее одержимости человеком, который был гораздо моложе и, по ее мнению, не заслуживал ни ее внимания, ни любви. В апреле бульварная газета Sun утверждала, что королева поставила сестру перед выбором: королевские обязанности или любовник. «Брось Родди или уходи» – кричал заголовок21. Сенсационная новость оказалась ложной. Вопрос никогда не ставился так остро, однако это не отменяло его актуальности. Несомненно, королева беспокоилась о сестре и понимала, что та переживает не самые лучшие времена. Один из ее друзей говорил историку Бену Пимлотту: «Королеве порой приходилось трудно с принцессой Маргарет. Она задавалась вопросом: «Что мне с ней делать?»22
Бывший личный секретарь лорд Чартерис признавал: «Она считала, что принцесса плохо себя ведет»23. Предыдущий премьер-министр Гарольд Уилсон даже предложил отложить свою отставку, чтобы заняться трудной семейной проблемой. Теперь этот деликатный вопрос перешел к мягкосердечному Джеймсу Каллагану. Среди вариантов решения обсуждался вопрос, не вычеркнуть ли принцессу из Цивильного листа и не предоставить ли ей возможность жить как частное лицо. По сведениям газеты Daily Telegraph, королева категорически возражала против этого предложения, аргументируя это тем, что сестра много сделала как для нее, так и для монархии. Она настаивала на том, что Маргарет обвинили незаслуженно. На этом и остановились – на какое-то время24.
Но факт близости Родди представлял собой опасность. Опрос общественного мнения, опубликованный в апреле 1978 года, показал, что три четверти опрошенных считали отношения с Родди вредными для репутации Маргарет как члена королевской семьи25. Подсознательно многие задавались вопросом: если бы любовник оказался старше и богаче, была бы общественная реакция столь резкой?
По общему мнению, Маргарет представляла собой несимпатичный образ женщины весьма зрелого возраста, которая имела любовника намного моложе себя. Это вызывало антипатию и желание ее проучить. Здесь явно прослеживались двойные стандарты. В
