на восток.
Пройдя горные перевалы, Алан пересек пустыню, и попал в Офир, где его приняли вполне неплохо, да и на его глаза всем было откровенно плевать. Ну, ведьмак и ведьмак.
Своя Школа Ведьмаков здесь была, так что его поначалу приняли за одного из них, только часто спрашивали, почему глаза не синие, а желтые. Но вскоре, он пристроился учеником в кузницу, и спрашивать стало некому.
Алан обучался быстро, примечал секреты и секретики, легко ориентировался в присадках и температурных режимах, искал загадки и находил ответы. Его первый дневник закончился, и он начал писать второй, постепенно раскрывая кузнечное искусство офирцев на их страницах. Офирский язык дался легко, так что он стал много и часто читать местные книги, извлекая из них понимание о местных нравах, обычаях и подводных течениях.
Мастер кузнец Гахот заметил талантливого и рукастого парня, и взял его в подмастерья, так что Алан перестал быть "подай-принеси-пошел-на-хер-не-мешай", и перешел в разряд полезных в кузнице людей. Постепенно он набирался опыта, стал ковать под присмотром мастера, а после и вовсе сам выполнял некоторые заказы. Не прошло и года, как он мог сделать все, что мог его мастер, и понял, что здесь больше ничего нового не узнает. Тогда он покинул кузнецу Гахота, и отправился из маленького городка Зурясь в столицу — в Манис.
Под мудрым правлением султана Наджара, столица была перенесена из оазиса в песках большой пустыни, на берег реки. Джинны, под властью султана, раздвоили реку, создав разлом в прежнем русле, и перенесли столицу именно туда — в разлом. В окружении водопадов, в уютной тени склонов разлома, устроился большой город с широкими главными улицами, и узенькими проулками, с огромным шумным базаром и дворцами вельмож. И конечно, с дворцом самого султана Наджара, величайшего из мудрецов, покорившего сотню демонов-джиннов.
Алану город понравился. Он словно бы и не засыпает по ночам, потому как базар работает круглосуточно. Не весь, конечно, но многие лавки, очень даже. Звездочеты в обсерватории не спят; маги проводят свои обряды в пустыне, недалеко от города, расцвечивая небеса сиянием; ткацкие мастерские, работающие в четыре смены, и не думают прикрывать производство только потому, что видите ли, темно… Манис не засыпает никогда.
В столице устроиться оказалось куда как сложнее. Огромный поток купцов, как из Темерии и Нильфгаарда, так и из Хакланда и Зеррикании, естественным образом подняли цены на ночевку, но главное, часто занимают все комнаты, и найти свободное место действительно трудно. Таким образом, Алан пошел более простой дорогой. Он купил себе дом на окраине города. Недорого, зато просто и надежно. Его уж точно никакой купец не займет. Другое дело, что пришлось отвалить взятку районному, которая обошлась в половину стоимости дома. Но без этого никак. Иностранцам стараются не выдавать разрешения на проживание, так что пришлось платить.
Решив проблему с крышей над головой, Алан прошелся по лавкам, и в одной из них его все же приняли, но не подмастерьем, а тем самым "подай-принеси-и-дальше-по-тексту". Впрочем, он был не в обиде, потому как это оказалась очень непростая лавка. Владелец и главный кузнец, Юсуф Ганг оказался мастером рун.
Сама профессия мастера рун крайне сложна и многослойна. Тут тебе и геомантия, и сами по себе руны, больше похожие на состояния сознания самого волшебника, которые он воплощает в мир проводя энергию сквозь себя самого. И материалы, которые нужно не просто знать, но и глубоко понимать свойства той энергии, что в них хранится… В общем, ничем не проще классической магии, а может и сложнее, однако широта применения этого странного искусства покоряет. Алан это и раньше знал, столько лет таская бессменную рунную сумку на своей спине.
Однако, хозяин этой мастерской и одновременно лавки, пошел еще дальше. Будучи мастером рун, он ударился в кузнечное дело, желая совместить эти два направления, и выковать поистине великий клинок. Уже два десятка лет его мастерская работает на восточной окраине базара, и двадцать лет мастер рун пытается создать Меч Мечей, но пока не выходит.
Впрочем, стоит отметить, что те мечи, что уже сейчас выходят из-под его рук — благословенные небесами сокровища, не иначе.
Алана буквально заворожило то, что происходит в этой огромной кузне. Конечно, здесь выковываются и самые обычные вещи большую часть времени, но здесь же мастер Юсуф накладывает руны на самые разные предметы, и здесь же он творит.
Ведьмак учился с огромным удовольствием. Мало того, что его постепенно стали допускать к ковке, обнаружив отличные навыки, так еще и сам мастер Юсуф два раза в неделю читал лекции по рунам всем кузнецам, и даже подмастерья могли на них приходить. Мастер был буквально влюблен в свое искусство рун, и потому с легкостью заражал этой любовью окружающих. Когда он читал свои лекции, то вокруг него словно бы особая аура возникала, и чувствительный к подобным проявлениям ведьмак, уловил ее с легкостью.
Не прошло и месяца, как он освоил свою первую руну "твердости". По сути, это состояние сознания, при котором человек ощущает себя чем-то невероятно твердым. Двигаться в нем можно, но сложно, а поначалу и вовсе никак. Лишь после полноценного освоения можно ограничить влияние этого состояния, и самой магии внутри тела, только на кожу, например, делая ее непробиваемой для обычных мечей. В общем-то, это не зачарование самого себя, а скорее придание "свойства" твердости своей магии. А дальше, чародей работает магией напрямую, контролем.
Мастер Юсуф знает и умеет применять более трех сотен рун, но Алан был рад и одной. При его-то ограниченности в магии, эти руны почти как Знаки, только их много, а Знаков маловато. Не все руны возможно использовать внутри тела, так что он сосредоточил изучение на тех, которые для этого подходят.
Конечно, переезд в Офир не значил, что он перестал управлять своим баронством. Купленный перед отъездом мегаскоп стал тем мостиком между бароном и его управляющими. Он даже умудрился устроить небольшую торговую компанию, которая занялась торговлей с Офиром! Но все это было только фоном, потому что основные силы он отдавал именно рунам.
Понадобился год, чтобы Алан смог наложить первую руну на предмет. Сама руна получилась плохонькая, а вот ее эффект — отменным. Магия ведьмака, плотная и могущественная, компенсировала его неумелое исполнение.
Так оно и пошло. Дома, в свободное время, он осваивал классические заклинания по методу Грифонов, а в кузнице, ковку и руны. И стоит заметить, что подобное расписание дало свои плоды.
Духовная сила стала расти, как на дрожжах,
