Читаем без скачивания Мир викингов (с иллюстрациями) - Эльсе Роэсдаль

Находка в Старой Ладоге клада древних арабских серебряных монет – дирхемов чеканки 749 и 786-х годов наряду с отдельными монетами чеканки 700-х годов -свидетельствует о том, что торговать сюда приезжали издалека и что арабское серебро играло одинаково важную роль в экономике Руси и скандинавских стран на протяжении почти всей эпохи викингов. Следует отметить, что в период с 800 по 1015 годы в страны Скандинавии поступало огромное количество этих серебряных монет. Многие из них были переплавлены в украшения, но даже при этом их в Скандинавии было найдено свыше 85 тысяч, причем большая их часть была обнаружена в Швеции, в особенности на острове Готланд. Они датируются в основном 900-ми годами.

Свыше 80 тысяч арабских монет найдено в Швеции, между тем как в Дании их известно всего около 4 тысяч, а в Норвегии и вовсе не более четырехсот. Эти цифры говорят о степени вовлеченности разных стран в торговлю на Балтике и на Руси, а что касается Дании и Швеции, то это также свидетельствует о близости экономических систем, поскольку и там и тут было принято рассчитываться при торговых сделках не товарами, а серебром и монетами. Отсюда столь распространенное хождение монет в этих странах и в этом причина обнаружения большого количества кладов серебряных монет на Готланде. Монеты были также в ходу на побережье Балтийского моря и в Киевской Руси. Но приток их не был постоянен, как не были постоянными и пути, по которым они прибывали в эти регионы. Временами поступление монет прекращалось.

Письменные источники, в которых содержатся сведения о походах скандинавов в Восточную Европу, не дают цельной и связной картины этого процесса. Притом лишь немногие из них относятся непосредственно к тому времени. Однако с помощью археологических находок и, в частности, многочисленных кладов серебра, можно очертить некоторые общие тенденции. Следует также учесть, что походы скандинавов на восток, несомненно, имеют общие черты со столь хорошо изученными походами викингов на запад.

Арабские монеты появились на Руси примерно около 800-х годов. Они пришли сюда с Ближнего Востока, с территорий нынешних Ирака и Ирана через Кавказ и Каспийское море и использовались при торговых сделках в хазарском каганате, находившемся у нижнего течения Волги и Дона. Отсюда они распространялись дальше, и самые древние известные нам клады арабских монет, относящиеся к началу 800-х годов, были обнаружены на побережье Балтийского моря и в Скандинавии.

Интересно отметить, что в зарытых здесь кладах, относящихся к 800-м и началу 900-х годов, встречаются русские серебряные шейные гривны (так называемые пермские гривны), но здесь они чаще всего закручены в спирали, так что их можно было использовать как браслеты. Они имеют определенный вес – 100, 200 или иногда 300 граммов, что соответствует 1/4, 1/2 или 3/4 «гривны» в русской весовой системе. Кстати, первоначально «гривна» и означала, по сути дела, «шейный обруч». Видимо, эти обручи использовались одновременно и как украшения, и как средство оплаты, подобно браслетам в Шотландии. В качестве шейных обручей они были особенно широко распространены в районах Перми и Кирова.

Однако в период приблизительно с 875 до 900-х годов поступление арабских монет на Русь, а следовательно, и в Скандинавию, прекратилось. Возможно, это было связано с ослаблением торговых связей между Халифатом и Русью. А к тому времени, когда эти связи вновь укрепились, картина уже была совершенно иной. Монеты, которые стали поступать в этот период, приблизительно до 970-х годов, чеканились в исламском царстве Саманидов в Средней Азии, севернее реки Окс, в частности, в Самарканде и Ташкенте. Здесь находились большие серебряные рудники, и здесь же чеканилось огромное количество монет высшего качества, которые миллионами поступали на Русь и применялись для оплаты дорогостоящего товара. Часть их проникала дальше, в Скандинавию. Именно в это время город Булгар в излучине Волги стал не только крупным торговым центром для торговли пушниной, но и местом, где имело хождение это, столь высоко ценившееся серебро.

Между тем вскоре после 965 года мощный поток серебра в Скандинавию неожиданно иссякает. Причины этого неясны, однако несомненно, что острая нехватка серебра вызвала серьезный кризис. Не исключено, что именно вследствие этого кризиса в 975 году прекращает свое существование Бирка, а король данов Харальд Синезубый в 974 году вынужден уступить превосходящей силе германцев. Вероятно, не что иное, как этот дефицит серебра вынудил многих скандинавов обратить свои взоры на запад, к богатой Англии. К концу 900-х годов приток арабского серебра в Скандинавию возобновился, но в весьма малых количествах, а уже к 1015 году он иссякает окончательно.

Трудно предположить, что все эти огромные количества серебра арабские купцы оставляли в Скандинавии в уплату за скандинавские товары или за те товары, что поступали сюда из Западной Европы. Все то, что могла предложить Скандинавия, а восточные купцы захотели бы купить, в избытке имелось в Восточной Европе, находившейся гораздо ближе. Там продавались и меха, и моржовый зуб, рабы, воск, мед и янтарь. Как уже отмечалось, скандинавы были здесь лишь одними из многих торговых людей, а предметы роскоши из Западной Европы доходили до Руси, Византии и Халифата либо через Средиземное море, либо через Европу. Речь идет о большом торговом пути из Майнца через Прагу до Киева, а оттуда дальше на восток или на юг.

Впрочем, вполне возможно, что скандинавы продавали на Руси мечи собственного или западноевропейского производства. С другой стороны, из письменных источников явствует, что скандинавы вынуждали местное население платить дань либо серебром, либо товарами и вдобавок регулярно совершали опустошительные набеги. Так, в 860 году они даже попытались захватить Византию, когда там отсутствовал император. Они не оставляли подобных попыток и позднее. Те же источники сообщают о военных походах скандинавов через Каспийское море и о торговых поездках до самого Багдада. Здесь, так же, как и в Западной Европе, существовали большие торговища, на которых скандинавы могли сбывать полученную дань или добычу от удачных набегов, получая за это серебряные монеты. Наряду с этим, в 900-1000-е годы многие скандинавы нанимались на службу в войско русских князей или византийских императоров. Здесь они также получали плату серебром, которое затем привозили домой, в Скандинавию. Одним из таких людей был, вероятно, и тот, кто вырезал руны на мраморной балюстраде главной святыни византийских и всех восточно-римских христиан, константинопольской церкви святой Софии. Среди написанного можно различить скандинавское имя Халвдан.

Арабы называли скандинавов «русами», и византийцы также употребляли это название. Происхождение его неизвестно, а иногда оно применялось и к другим племенам. Самое древнее упоминание русов встречается в западноевропейской хронике – «Бертинские анналы». В одной из историй, относящихся к 839 году, здесь упоминается о русах из племени свеев. В ней повествуется о том, что русы, прибывшие с посольством от своего короля к императору Византии, опасаясь нападения варваров и диких племен, не решались возвращаться домой тем же путем, которым они прибыли сюда. Поэтому они присоединились к посольству из Византии, которое направлялось в Ингельхейм к королю Людвигу Благочестивому. Но поскольку его королевство как раз в это время подвергалось свирепым набегам викингов, король, прежде чем выполнить просьбу императора Византии и отправить русов домой, пожелал удостовериться в том, что они не являются соглядатаями, потому что в этом случае он намеревался отправить их обратно в Византию. В других письменных источниках русами называют вообще всех выходцев из Скандинавии.

Название «русь» мы встречаем также в «Повести временных лет», в частности, в повествовании о трех братьях – Рюрике, Труворе и Синеусе, которых в 862 году призвали на княжение племена северной Руси и Эстонии. Синеус и Трувор умерли два года спустя, после чего Рюрик взял «под свою руку» также и подвластные им земли. Он считается основателем древнерусского княжеского рода, и после его смерти в 882 году его родич Олег, опекавший его малолетнего сына Игоря, стал княжить в Киеве. Киев стал столицей русского княжества, которое вскоре расширило свои владения и достигло большого могущества. Знаменитая легенда о призвании варягов, являющаяся предметом многих дискуссий, гласит:

«В год 6367 (то есть с Сотворения мира. Византийское и древнерусское летоисчисление берет как исходный пункт данное событие, и год 6367 соответствует году 859-му после Рождества Христова. – Э.Р.) варяги из заморья взимали дань с чуди, и со словен, и с мери, и с кривичей… В год 6370 изгнали варяг за море, и не дали им дани, и начали сами собой владеть. И не было среди них правды, и встал род на род, и была у них усобица, и стали воевать друг с другом. И сказали себе: „Поищем себе князя, который бы владел нами и судил по праву. И пошли за море к варягам, к руси. Те варяги назывались русью, как другие называются шведы, а иные норманны и англы, а еще иные готландцы – вот так и эти. Сказали руси чудь, словене, кривичи и весь: „Земля наша велика и обильна, а порядка в ней нет. Приходите княжить и владеть нами. И избрались трое братьев со своими родами, и взяли с собой всю русь, и пришли, и сел старший, Рюрик, в Новгороде (некоторые летописи называют Ладогу, то есть Старую Ладогу, и, возможно, что это так, но не исключено также, что речь идет о городище на реке Волхов, в 2 км к югу от нынешнего Новгорода. – Э.Р.), а другой, Синеус, – на Белоозере, а третий, Трувор, – в Изборске. И от тех варягов прозвалась русская земля. Новгородцы же – те люди из варяжского рода, а прежде были словене».