подпрыгивают. Наоми хихикает, уткнувшись носом в принесенный им планшет.
– Мы просмотрели записи с камер поместья, изучили данные с телефона агента Дрейка и провели несколько разведывательных операций, отправив людей на места его бывшей службы. По всем показателям Дрейк больше всего подходит под описание главаря синдиката, работающего под прикрытием. Он не работает напрямую, поэтому разговор со Слейдом не дал результатов, старик убежден, что федерал – белый рыцарь. После небольшого обыска в машине агента нам теперь известно, что база «доберманов» предположительно находится под землей в этом квадрате, – Уэйд разворачивается к экрану, огрызком лакрицы указывая на изображение со спутника. Поиски швейной фабрики заставили нас попотеть, но ниточки в прямом смысле привели к цели на границе с Канадой, это не может быть случайным совпадением. – Выделенная область достаточно протяженная, поэтому мы задействуем основные силы, рассредоточившись, и проведем разведку. Список команд в папках перед вами.
Я открываю свою и вижу, что я в одной группе с Уэйдом, с нами также Линкольн. Наоми и Джош задействованы с двумя другими ребятами, всего семь групп по четыре-шесть человек. Отряд отступления во главе с Дунканом должен обеспечить прикрытие и эвакуацию, в ней семь человек, не считая самого здоровяка.
– Не вижу себя в списке, – замечает Роддс, отрывая взгляд от папки, которую изучал целую вечность.
– Ты останешься за старшего здесь в командном центре, – отрезает Уэйд, встречаясь глазами с полковником. – Чтобы ты не скучал, я позвал твою секретаршу. – Он велит своему помощнику пригласить кого-то, и тот пулей вылетает из зала, возвращаясь с другим мужчиной.
Все вокруг ахают, Джош поднимается с места, чтобы пожать новоприбывшему руку.
– Кто это? – шепчу, обращаясь к Наоми, пока седовласый мужчина среднего возраста входит в кабинет, окидывая всех собравшихся ледяным серым взглядом. Его глаза почти бесцветные, от чего зрачки кажутся практически отсутствующими.
– Мерфи, бывший сотрудник и правая рука Роддса. Говорят, он лучший из разработчиков и отличная ищейка в прошлом. А еще это он укрывал Роддса после покушения, поэтому и ушел из «Стикса». Эх, мне бы его смекалку, тогда они никогда не вышли бы на Элси.
Голова Джоша слишком резко поворачивается в ее сторону, а убийственный взгляд практически прижимает Наоми к месту. Та лишь пожимает плечами, как бы говоря «не моя вина».
– Стивен Мерфи, – объявляет Уэйд, пролистывая слайд, изображение на экране меняется на фото агента Дрейка. – Долгое время он занимался прикрытием от силовых структур, так что не подведи, приятель. На тебе мантия-невидимка для каждого, кто окажется в зоне действия локаторов федерала. Агент цепок и чрезвычайно проницателен, он также отличный боец, судя по тому, что я видел. Сообщай о любых колебаниях воздуха рядом с объектом, мы последуем за ним в комплекс, и я хочу быть уверен, что ни один из моих людей не пострадает от внезапного разоблачения.
Мерфи молча кивает, устраиваясь рядом с Роддсом, он вынимает из кармана допотопный плейер и вставляет в уши проводные наушники, больше не глядя ни на кого из нас, после чего открывает компьютер, начиная звонко печатать. Крайне странный тип.
Следующие два часа мы изучаем планы местности, планируя точки высадки групп, просчитываем маршрут следования до предполагаемого места базирования «доберманов» и изучаем тепловые сигнатуры на карте. Далее Уэйд проводит инструктаж, состоящий из нескольких планов на случай непредвиденной ситуации. Я не могу отвести глаз от его сосредоточенного лица. Думаю, образ улыбчивого и насмешливого парня, которому на все и всех плевать, был всего лишь средством не пускать людей в свою голову. На самом деле он всегда переживал о многих вещах, просто не подавал виду. Даже если Уэйд сам сомневается в том, что должен стоять во главе «Стикса», полное доверие и подчинение его людей вызывает во мне чувство небывалой гордости. Он прирожденный лидер и стратег, а вместе собравшиеся не просто команда, это семья, которая готова умереть друг за друга, если придется. И я наконец-то с момента, когда Торнадо ворвался в наш крохотный дом в Канзасе, ощущаю себя частью чего-то бесценно дорогого. Ради таких вещей, как эта, стоит не просто умирать, во имя процветания всех этих людей стоит жить.
* * *
Вертолет снижается, и капитан передает по внутренней рации, чтобы все приготовились к высадке. Мой взгляд не отрывается от ослепительно прекрасных вод озера Онтарио на границе США и Канады. Я ни разу не путешествовала, не считая поездок, связанных с миссиями по сопровождению спасенных людей, и никогда не плавала в открытом водоеме. Знаю, что Уэйд родился в Сан-Диего и не раз купался в океане. Интересно, хочется ли ему так же, как и мне, сейчас сигануть прямо в воду?
– Когда все это закончится, я отвезу тебя к океану, – говорит Уэйд, сдвигая мой наушник в сторону.
Я поворачиваюсь, всем телом прижимаясь к нему, и вдыхаю аромат лакрицы и сигаретного дыма. Забавно, что в разные периоды моей жизни эта специфическая смесь запахов вызывала различные ощущения. Теперь мне хочется укутаться в этот шлейф и свернуться в клубок. Моя голова покоится под подбородком Уэйда, я думаю о сегодняшнем дне, о девушке, которую мы можем спасти и чья участь неизвестна.
– Я видела ее, – говорю как можно громче, чтобы он расслышал сквозь шум лопастей вертолета. – Розмари, я видела ее на балу, мы разговаривали всего пять минут, но даже за такое короткое время она показалась мне слишком светлой для этого мира.
Грудь Уэйда тяжело поднимается и опускается, я знаю, что сейчас он винит себя за то, что не рассказал мне обо всем раньше. Если бы мы знали, что это она, смогли бы вытащить ее до того, как это сделали люди Дрейка. Но я говорю все это не для того, чтобы уличить Уэйда в сокрытии информации, просто впервые увидев фото на собрании, я поняла еще один важный факт. Не имеет значения, кто был целью, мы должны защищать всех, кого можем, любого, до кого могут дотянуться противные лапы этого ничтожества. И сделать это можно лишь одним способом.
– Мы уничтожим синдикат и обнародуем всю информацию, – отвечает Уэйд, рассеянно поглаживая тыльную сторону моей ладони, лежащей на его бедре. – И не покинем базу, пока не спасем всех до единого, я обещаю.
– Мы сровняем это место с землей, – решительно говорю я, поднимая взгляд, чтобы еще раз погрузиться в любимую мрачную глубину. – И отомстим за твою семью.
– Чертовски верно. – Губы Уэйда опускаются на мои в нежном поцелуе. В нем так много невысказанных слов, потому что вероятность, что кто-то из нас
