Ты можешь продержаться еще немного?
– Могу, – произнес он страдальческим тоном, но я видела, что он теряет контроль. Его глаза затуманены, первые приливы подступающей разрядки заставляли его напряженные мышцы танцевать. – Но время…
Стоило ему это произнести, и я рассыпалась на частички, издав громкий стон и вцепившись в его плечи. Чейз удерживал меня на месте, но вместо того, чтобы продолжить и достичь удовольствия, он закрыл мне рот рукой.
Я услышала, как дверь в туалет распахнулась, а затем захлопнулась. Казалось, будто меня окатили ведром ледяной воды. Мои глаза округлились, а рот сжался в тонкую линию под его ладонью.
Нет, нет, нет, нет.
Чейз опустил меня на ноги, помогая разгладить платье на бедрах, все еще твердый и неудовлетворенный. Я шлепнула его по руке, чувствуя, как слезы застилают глаза. Разумеется, он заверил, что все будет хорошо. И, конечно же, все сложилось иначе. Я такая идиотка, что доверилась ему. Но нельзя отрицать и свою ответственность. Я стала пустоголовой чирлидершей, которая согласилась потрахаться без презерватива в том воображаемом кузове пикапа. Черт, я позволила квотербеку обмазать меня дерьмом.
– Мэд, – позвал Чейз, поправляя брюки. Было нечто удивительно жалкое в том, как он, все еще со стояком и неуемной страстью, пытался утешить меня. Знаю, он не хотел, чтобы подобное произошло. Что он пытался предупредить меня, когда услышал скрип двери. – Кто бы это ни был, он не знает, что это ты. Твои ноги обхватывали меня, поэтому невозможно было рассмотреть обувь. Слышны были только стоны. Вполне можно предположить, что кто-то страдал от запора.
– Одна нога обвивалась вокруг тебя, – возразила я, пока мы стояли в кабинке, которая вдруг стала казаться намного меньше, чем была, когда мы только вошли в нее. Мне хотелось выбраться отсюда, но в то же время я боялась уходить. – Только одна. Второй я стояла на полу.
– Твои туфли не так уж и узнаваемы, – пытался рассуждать он. Мы оба посмотрели вниз, на мою обувь. На мне туфли на каблуках с цветочным узором и желтым бантом спереди. Довольно примечательно, если только ты не живешь на съемочной площадке «Евровидения».
– Может, они не смотрели вниз, – предположил Чейз.
– После того, как услышали, что парочка занимается сексом в туалетной кабинке? – я горько рассмеялась. – Призрачный шанс, Чейз.
– Мэд. – Он обхватил мое лицо, прижавшись лбом к моему.
Я покачала головой, пытаясь избежать его прикосновений.
– Неважно. Ты добился своего. Разве не это было твоей главной целью сегодня? Добиться своего? – будучи не в себе, я проявила жестокость.
– Мэд.
– Что? – огрызнулась я.
– Не волнуйся. Что бы ни случилось, мы справимся с этим вместе.
Всю дорогу до рабочего места у меня дрожали колени. Внутренне я пыталась взбодрить себя. Повторяя, что Чейз прав. Нет причин полагать, что люди знали, чем мы занимались или что это я была в той кабинке.
Я вернулась, чтобы собрать и выбросить все контейнеры с едой на кухне. На холодильнике меня ждала записка, распечатанная на принтере, чтобы никто не смог распознать почерк:
Отгадайте загадку: Она милая, крохотная и немного БЕЗУМНАЯ,
при этом на ее сексуальность клюют все мальчишки со двора. Точнее, ее только что застукали занимающейся сексом в уборной с большим боссом Black & Co.
С тем, кто носит ЧЕРНОЕ и обычно встречается с Кейт Мосс.
С такой поддержкой неудивительно, что она только что получила повышение.
Вот вам и Мученица Мэдди, полная доброй воли и преданности.
Я сорвала записку с холодильника и выбросила ее в мусорное ведро. Вернувшись к своему чертежному столу, оглянулась через плечо. Нина подпиливала ногти, с улыбкой напевая мелодию Арианы Гранде. Она заметила мой взгляд на себе, взяла со стола молочный коктейль и с шумом отхлебнула.
На ее сексуальность клюют все мальчишки со двора. Ага. Не нужно быть частным детективом, чтобы распознать в этом признание вины[30]. Я испытывала такой жгучий стыд, что хотелось заплакать. И достала свой телефон.
Мэдди: Нас поймали.
Чейз: Откуда ты знаешь?
Мэдди: На холодильнике была записка.
Чейз: Черт. Известно, кто нас застукал?
Нас. Он сказал «нас». Во мне зародилась надежда, что Чейз считает это общей проблемой.
Мэдди: Думаю, Нина На. Разумеется, это должен был оказаться мой заклятый враг.
Чейз: Ее зовут Нина На, а ты дразнишь меня за то, что мое имя похоже на фикцию?
Мэдди: Вроде бы она на четверть кореянка. Сосредоточься, Блэк.
Чейз: Я разберусь.
Мэдди: Звучит загадочно и очень подозрительно. Что ты собираешься делать?
Чейз: Предоставь это мне. Увидимся вечером.
Глава 21
Чейз
В целом, если бы мне пришлось оценивать вчерашний день, я бы сказал так: «больше-сюда-не-приду, верните-мне-мои-деньги».
Не считая того, что мне удалось избежать гибели в жуткой давке в метро, все пошло наперекосяк. Нас с Мэд застукали за сексом в туалете (моя вина). Кэти доставала меня, прося выяснить у Мэдисон, не против ли та, что моя сестра будет встречаться с Итаном (этот парень чертовски настойчиво старается пробить себе путь в мой близкий круг общения или же мне так казалось). И – вишенка на торте – папа собрал нас с Джулианом, нашего финансового директора (Гэвина) и объявил, что со следующей недели будет работать удаленно из дома. На самом деле он подразумевал, что более не в силах ровно стоять на ногах. Он так и не поделился своими проблемами со здоровьем с советом директоров, и я догадывался, что на данном этапе разделяю точку зрения Джулиана, но я скорее умру, чем встану на сторону этого засранца.
Отец похудел на двадцать три фунта[31] менее чем за два месяца и стал очень напоминать саму смерть. Хранить втайне информацию о болезни было откровенно глупо. И все же я не мог его осуждать. В смерти ощущалось нечто постыдное, почти унизительное. А он слыл могущественным человеком.
Джулиан первым отреагировал на новость отца. Он обнял его, сказав, что все понимает, и спросил, не собирается ли тот отойти от дел. На этот раз отец, похоже, не отвергал эту мысль столь категорично. Он сказал, что пригласит нас к себе для обсуждения данного вопроса.
Джулиан усердно трудился за кулисами, распространяя слухи о моей работе на посту исполнительного директора, планируя устроить вотум недоверия, как только я унаследую место отца. Также существовал этот дурацкий треугольник Итан – Мэдисон – Чейз, о котором Джул продолжал твердить, но поскольку его версию легко можно было развеять по ветру – Кэти
