вкус. Я пью вино, как видите, и оно действует на меня так же, как и на вас. Я могу есть, но не нуждаюсь в этом, а вот сон мне необходим.
Он вздохнул.
— Думаю, пришла пора объясниться. Садитесь поудобнее, наливайте вина и слушайте — история будет долгой.
— Ничего, — Фигаро кивнул, — я люблю истории.
— Очень хорошо… Как вы уже, наверно, знаете, меня зовут Виземир Оберн. Мой род очень, очень древний — Оберны участвовали еще в войнах между Востоком и Западом. Когда началась большая буча вокруг Старой церкви и Белой Башни, мой отец, Владимир Штерн, очень вовремя принял позицию старика Мерлина, за что был жалован землями, титулами и кучей всяких бумажек, сделавших его торговые операции крайне прибыльным делом. Я, понятное дело, все это унаследовал. Но когда Квадриптих стал закручивать гайки, выстраивая вертикаль власти из колдунов и, фактически, лишая аристократию ее влияния, вчерашние союзники Мерлина сотоварищи, знамо дело, возмутились. Было восстание — вы наверняка знаете об этом. Полетели головы, но ваш покорный слуга активного участия в попытке переворота не принимал. Мне оставили титул, сбережения, кое-какие земли и настойчиво попросили исчезнуть с горизонта — во избежание.
— Вы, очевидно, очень расстроились?
— Верите, господин Гастон — ни в малейшей степени. Для меня это стало поводом, наконец, отойти от дел, и заняться любимым делом.
— И каким же?
— Не поверите — алхимией. У меня с младых ногтей была идея-фикс: найти эликсир бессмертия.
— Однако… — Сальдо навострил уши. — Алхимия может значительно продлить жизнь, это правда. Но бессмертие… Вы чего-нибудь добились?
— Ну, определенных успехов в области геронтологической алхимии я достиг. У меня получилось существенно улучшить некоторые из уже существующих декоктов продляющих жизнь и разработать несколько своих. Но, в конечном счете, я понял, что алхимически старение можно лишь замедлить. Точнее, можно вернуть себе некое подобие молодости, но на его поддержание в дальнейшем требуется все больше и больше высокоактивных препаратов. Это, фактически, превращение себя в сочащуюся декоктами мумию. Тем не менее, мои открытия давали мне время. Алхимия не оправдала себя, и я решил вернуться к тому, с чего начинал — к классической школе колдовства.
— Логичное решение.
— Да, но тут возникла определенная заминка: у меня не хватало специальных знаний. Пришлось учиться по книгам, самостоятельно. И через несколько лет я понял, что моя лаборатория в доме на холме не покрывает моих потребностей.
— И вот тогда вы решили построить замок Шератон.
— Именно. Пока замок строился, я полностью погрузился в изучение книг… Знали бы вы как мне приходилось изворачиваться для того чтобы доставать некоторые редкие фолианты! В столице у меня была целая агентурная сеть — очень щедро оплачиваемая. Я набивал себя информацией, проводил опыты, заблаговременно заказывал оборудование, и, честно вам скажу, даже не заметил, как замок был построен.
— А местные?
— Ахахахаха, вы даже не представляете, что обо мне рассказывали в окрестных селениях! Что я вампир, демон, черный колдун, крадущий девственниц для своих черных ритуалов, упырь и сын упыря… Девственниц, я, впрочем, затаскивал на сеновалы частенько, пха-ха-ха-ха! Но стоило изловить в корчме любителей потрепать языком и набить им морды, как моя репутация тут же восстанавливалась… Короче говоря, я перебрался в замок и принялся обустраивать новую лабораторию. И, знаете, дело пошло поживее. Я по натуре практик, и понимаю, как и что работает только тогда, когда сам попробую это сделать.
Барон налили себе вина, скептически посмотрел на погасшую сигару, и она тут же сама собой вспыхнула.
— Первый прорыв случился, когда мне удалось получить кое-какие секретные документы из столичного архива Башни. Не спрашивайте, как у меня это получилось; я заплатил столько, что, наверное, смог бы построить еще один замок… Так вот: в документах я наткнулся на описание ритуала Мортис Сиренити…
— Простите, барон, но вы не похожи на Легкого вампира.
— Да, да, все верно. Мне не понравились описываемые в бумагах результаты этого опыта. Но я понял одну штуку: чужую жизненную силу можно извлечь и использовать по своему усмотрению.
— И вы…
— Я начал с животных. Куры, кролики… Очень быстро понял, что они не годятся. И вот тогда я подумал, что пришла пора заняться бандитами, орудующих в этих лесах. Вот их хватало надолго.
— У вас стало получаться?
— Эм-м-м-м… Нет, если честно. Я понял, в каком направлении мне двигаться, но ударился лбом об очередную преграду: квазиматематика. Вот с ней у меня были проблемы: ну не влезают мне в голову все эти формулы, графики, эфирные константы… Я был в полном отчаянии, если честно. Попытался взять всю эту математическую кухню с наскока — не вышло. Но я не отчаивался. Я понимал, что если я не разбираюсь в квазиматематике, то это не значит, что никто на свете в ней не разбирается. В Столицу мне взъезд был заказан, поэтому я поехал в Черноводье — там как раз шла большая стройка, и колдунов из Столицы было пруд пруди. Там я и познакомился с моей Джозефиной. Она была экспертом по межпространственным перемещениям, и в квазиматематике разбиралась как никто другой. Наши отношения поначалу носили чисто официальный характер, но все больше склонялись в сторону романтики… Короче, в какой-то момент я понял, что у меня достаточно данных для реализации своего проекта, но на эксперименты просто не оставалось времени.
И тут судьба сделала мне подарок: Джозефина уезжала в Столицу на полугодовую конференцию. Она знала, что мне запрещено там появляться, поэтому попросила меня ее дождаться.
Разумеется, я был готов ее ждать хоть до посинения. Но у меня также появлялось время для работы и заключительных опытов. Я рванул в Шератон, и сразу же занялся поиском… хм… материала для исследований.
— Банда Валенце Кровавого?
— О, так эту историю до сих пор рассказывают? Горжусь, горжусь!‥ Я вышел на ублюдка через своих подставных и предложил ему кучу денег за уничтожение торговых караванов — якобы моих конкурентов. Он проглотил наживку без единого сомнения. Мне даже стало как-то обидно: неужели моя репутация в этих краях была настолько мрачной?‥ В общем, я пригласил его и его банду к себе в замок отпраздновать сделку. Пообещал бандитам море вина и толпу девочек. А когда они явились, просто активировал стазис-ловушку. Теперь у меня была начинка для моего аппарата…
— А что, простите, этот ваш аппарат делал? Что это вообще такое?
— Куча зеркал, пирамидок-концентраторов и квазиматематики. Он создавал как бы зону пониженного эфирного давления в реципиенте — в данном случае, во мне — и вышибал из донора его жизненную силу.
