Конечно, хитроумные смоляне вывозили из леса дрова и обходя городскую казну, тайком. Но это уже было дело незаконное, опасное, за которое можно было угодить в темницу, и его старались обделать так, чтобы никто ничего не знал. Поэтому такого рода случаи не становились массовыми и не укоренялись. В результате, за несколько столетий смоляного и лесного промысла леса, окружавшие город, почти не пострадали, оставаясь надежным зеленым щитом от степных завоевателей.
Для семьи киевского купца Смоленск оказался и довольно интересным в торговом отношении городом. Поскольку основные массы горожан были тесным образом связаны с лесным промыслом, создавались довольно благоприятные условия для торговли привозными товарами: тканями, кожами, металлическими изделиями.
Илья Всемилович с первых дней своего пребывания в городе заметил, как бедна здесь торговля предметами первой необходимости. Предметы личного потребления изготавливались в каждой семье. Даже князь не покупал на смоленском рынке нужные ему товары. Все потребное княжеской семье привозили его люди либо из южной Руси, либо из Великого Новгорода. Хотя, как рассказывали, в былые времена смоленские купцы привозили немало добра из Киева и даже Византии, и тогда городской рынок был совсем иным. С разгромом татарами Киева и других городов, здешняя торговля разладилась, и местный рынок сильно обеднел.
– Вот бы закупить товар на севере, – думал купец Илья, – да сюда его доставить! Доход был бы немалый!
Это был еще один довод в пользу того, чтобы остаться в Смоленске.
Не пугали купца и поборы, взимавшиеся с торговых людей великим смоленским князем. Все началось еще с Мстислава Романовича Старого, который без конца ходил в военные походы, и даже добился великого княжения в Киеве. Он-то и ввел особый налог на войну – двадцатую часть от всех купеческих доходов. Сначала деньги шли только на подготовку военных походов князей, но вот, когда горожанам это серьезно надоело, и они после очередных междоусобиц и неурядиц взбунтовались, прибывший к ним на княжение в 1239 году новый князь Всеволод Мстиславович клятвенно пообещал использовать полученные от торговцев деньги только на расходы по укреплению стен города и городской крепости. С тех пор это обязательство строго соблюдалось. Работы по укреплению города велись постоянно. В результате Смоленск превратился в хорошо защищенный город. И это Илья Всемилович с женой сразу же заметили. Кроме того, смоленские князья, несмотря на свое активное участие во многих междоусобицах, были неплохими правителями. Они следили за дисциплиной своих воинов, за дежурством дружинников и ополченцев по охране стен города. За малейшие оплошности следовали неотвратимые наказания.
Как-то во время очередной прогулки по городу Илья Всемилович шел мимо княжеских конюшен. Вдруг оттуда неожиданно донесся хриплый, протяжный вой. Затем кто-то громко, пронзительно закричал, застонал, заплакал. Особенно жутко было слышать эти звуки в привычной для горожан тишине.
– Господи! – испугался киевский купец. – Да что там творится? Неужели убивают?!
– Ничего страшного! – усмехнулся Порядко Брешкович. – Это княжеские слуги наказывают провинившихся стражников! Давненько уже князь не карал своих людей! Все выслеживал и вынюхивал…Ну, вот и поймал двоих стражников, пьянствовавших во время несения караула. Такого не было почти два года! Мы знаем, что долго не бывает нарушений порядка после княжеских розг. Дай, Господи, чтобы впрок пошла эта наука виновным: в другой раз можно и буйную голову потерять!
– Неужели так жестоко?! – вскричал Илья Всемилович. – Даже могут казнить?!
– Ну, а что поделать? – пожал плечами купец Порядко. – На то они и воины. У них столько всяких прав, что такие блага и не снились подлому люду. Пей да гуляй вволю, но только не во время службы! Не платят податей ни церковных ни княжеских, не знают никаких повинностей, кроме ратного труда. Вот и служи честно, не дури!
– Вот какие порядки! – подумал Илья Всемилович. – Теперь мне ясно, что не просто взять этот город даже самому грозному врагу! Князь и его люди – надежная защита города! – И он, посоветовавшись с женой, решил остаться в Смоленске.
Порядко Брешкович был чрезвычайно рад такому решению своего друга и, не оттягивая ни дня, отправился к смоленскому владыке добиваться разрешения на строительство дома для семьи своего друга. Он вернулся назад с княжеским тиуном, назвавшимся Гораном Радковичем, который, выслушав купца Илью, быстро подсчитал, сколько тому следует заплатить в городскую казну за разрешение на постройку двух больших деревянных домов и нескольких амбаров.
Сначала, правда, тиун заинтересовался, откуда прибыл Илья Всемилович и был удивлен его ответом.
– Киев же захвачен татарами, – подумал он. – Как же удалось купцу спастись?
Но хитрый княжеский слуга решил оставить все вопросы на потом, надеясь добиться сначала главного – временно заместить по просьбе владыки умершего на днях управляющего городской казной и выжать из купца все, что можно.
– Гривен, так, с десяток…новгородских, – подвел вслух свой итог княжеский тиун. – Плата, конечно, большая…Но за право строиться неподалеку от рынка, я думаю, справедливая…
– Десяток гривен! – вскричал Порядко Брешкович. – Да что ты, Горан Радкович, помилуй, не смеешься ли? Откуда бедному купцу найти такие деньги? Он сам едва спасся от поганых татар! Ушел в чем был одет!
– Не мешай же работать княжескому человеку! – возмутился тиун. – Я знаю, что киевский купец пришел сюда не с пустыми руками! Стража доложила тогда о нем нашему князю! Одних повозок у него было едва не десяток! А может и больше! Не правда ли, господин киевский купец?
– Твоя правда, – кивнул головой Илья Всемилович, спокойно выслушавший княжеского управляющего. – Я тогда вывез едва ли не все свое имущество, но вот товары пришлось оставить на произвол судьбы…Не до них было. Едва самому удалось уйти живым и спасти семью…
– Неужели ты так обнищал, – покраснел от раздражения тиун, – что не можешь заплатить в казну?
– Не спеши, Горан Радкович, – вмешался в разговор хозяин, купец Порядко, – пойдем-ка лучше к столу и откушаем, чего нам Господь послал, а там и решим…Надо будет, я сам помогу моему другу. Он когда-то в далеком Царьграде так меня выручил, что вся моя нынешняя жизнь благодаря ему устроилась!
За столом разговорились. Вспомнили былое. А когда дошел черед до греческого вина, княжеский тиун едва не забыл о своих подсчетах…
Он особенно расслабился, когда купец Илья рассказал о своей удачной поездке за Русское море и всяких диковинах, увиденных в Византии.
