На дороге заклубилась пыль. Войско остановилось и заучен но начало строиться в боевую линию. Жест Инкия прервал эти приготовления. Враг, если это враг, был одинок. Пыльное облако стремительно приближалось, пока не превратилось в повозку, запряженную двумя полосатыми лошадьми. На по возке стоял окровавленный человек. Юльм! Инкий не ошибся. Это был действительно Юльм. Кровь запеклась на его лице и иссеченных бронедоспехах. Он вздыбил коней перед Инкием и выпрыгнул из колесницы.
— Нас разбили!
— Это я уже понял, — холодно сказал Инкий — Какого черта ты полез один?
— Я думал, вы уже ушли на город.
— Он думал! А что, нельзя было повернуть? — Инкий посмотрел на помятую физиономию атланта и смягчился — Ладно. Хорошо хоть жив. Больше никто не уцелел?
— Боюсь, нет.
— Сколько там врагов?
— Не так уж много. Большую часть колесниц и пехоты мы уничтожили. Их осталось не более тысячи человек.
— Ничего себе! Тысячи! Юльм заторопился. — Воины Кемта не представляют большой опасности. Жидковаты. Заслуживают внимания лишь колесницы.
— Это что, повозки вроде той, на которой ты приехал?
— Да, в условиях сплошного строя они страшное оружие.
— Сколько их вы истребили? — Около сорока. Осталось еще с десяток.
— Как же вам удалось уничтожить такое множество этих лошадиных бронеходов? Юльм коротко рассказал.
— Значит, второй раз этот номер вряд ли пройдет?
— Да. Думаю, они будут готовы к этому — Что ты предлагаешь?
— Самое разумное — вызвать катер и смешать этих ублюдков с землей.
— А! — Инкий раздраженно махнул рукой — У катера какая-то поломка. Тут еще Иузий не выходит на связь!
— Иузий? Давно?
— Уже с час. Юльм помрачнел.
— Думаешь, с ним что-то случилось? — спросил Инкий.
— Боюсь, что да. По-моему, мы имеем дело с армиями сразу нескольких правителей. Вполне возможно, что мой отряд сражался лишь с частью общих сил, а другая часть в это время вполне могла напасть на корабли.
Инкий посмотрел на Юльма, затем на стоящих вокруг хмурых воинов и спросил:
— Ты предлагаешь вернуться?
— Нет. Мы должны любой ценой овладеть этим городом. Хотя бы потому, что под его стенами уже полегло столько наших; хотя бы потому, что иначе войско может взбунтоваться и попытаться выкупить свою свободу нашими головами. Лично меня такой финал этой эпопеи не устраивает.
— Меня, в общем, тоже, — устало улыбнулся Инкий.
— Значит, командир, нам надо захватить этот город и сделать это до того, как враги смогут объединиться.
— Разумно. Слушай, — вдруг спохватился Инкий, — а где Крют?!
Юльм недоумевающе пожал плечами. Крюта нигде не было. Атланты несколько раз позвали его, а затем пошли вдоль колонны, время от времени выкрикивая имя товарища. Но его нигде не было. Марилы и кефтиане кидали странные взгляды исподлобья. Инкию очень не нравилось их настроение.
Добежав до конца колонны и не обнаружив друга, атланты остановились. Инкий подозвал марила из отряда Крюта и велел ему немедленно найти своего командира. Марил ушел и не вернулся. В рядах воинов замелькали обнаженные клинки.
— Похоже, дело пахнет жареным, — пробормотал начинающий кое о чем догадываться Инкий.
— Смотри, — Юльм толкнул товарища локтем, — к нам, кажется, движется делегация.
К ним приближалась довольно большая группа воинов. Не дойдя до атлантов несколько шагов, посланцы остановились. Из их рядов вышли два командира сотен, начавших осторожно приближаться к атлантам. Один из парламентеров, бывший царек небольшого селения, отвесил небрежный поклон. Он был спокоен, он чувствовал за собой силу. Глотая звонкие звуки, он обратился к Инкию.
— Мы требуем вернуться назад, в Кефтиу. Врагов слишком Много, и нас ждет смерть. А мы не хотим умирать.
— Кто это мы? — пренебрежительнр спросил Инкий.
— Я говорю от имени всего войска. Все командиры сотен стоят за мной.
— Где наш товарищ? — жестко потребовал Инкий. Глаза его пожелтели от едва сдерживаемой ярости.
— Он в наших руках. Он побудет у нас некоторое время. Как только мы дойдем до кораблей, он будет отпущен.
— А где гарантии?
— Даю свое честное слово — Атланты дружно скривили губы. Заметив это, царек добавил:
— Вам придется поверить мне на слово. У вас все равно нет выбора.
— Ну, хорошо… Допустим, вы дошли до кораблей, сели на них, приплыли в Кефтиу… Но что вы будете делать дальше? Великий Титан, то есть Зевс, покарает вас!
— Он не великий Зевс. Он обманщик. И мы обманем его. Мы скажем, что вы погибли в песках Кемта. Он никогда не узнает о вашей судьбе.
— А вы не боитесь, что мы доберемся до Кефтиу на крылатой птице?
Главарь бунтовщиков гнусно рассмеялся.
— Я не верю в плохие сказки.
Инкий чуть не взвыл от досады. Сколько раз он доказывал Командору губительность его бессмысленной тактики — прятать от аборигенов достижения атлантической техники. И вот теперь он и Юльм вынуждены пожинать плоды упрямства Командора.
— Допустим, ваш план удастся. Что тогда вы сделаете с великим обманщиком, выдающим себя за Зевса?
— Мы отрубим ему голову, и все поймут, что он смертен.
— А ты не боишься умереть от наших мечей-молний?
— Нет. У нас тоже есть такой меч. — Царек обернулся и сделал жест рукой. Один из воинов поднял над головой титановый меч Крюта.
— Они действительно захватили его, — пробормотал Юльм — Ладно, — громко сказал он, — допустим, вы тоже имеете меч. Но это ничего не меняет. Мы не пойдем к кораблям!
— Тогда мы сделаем это сами. И если вы попытаетесь по мешать нам, мы убьем вас!
— Мы не собираемся вам мешать! — презрительно сказал Инкий — Мы лишь требуем, чтобы вы вернули нам нашего товарища.
— Нет, — упрямо сказал царек, — он останется у нас.
— Что будем делать? — тихо спросил Инкий у Юльма.
— Видимо, придется оставить Крюта у них.
— Подожди, — шепнул Инкий, — я попробую уговорить войско.
— Ты сказал, — обратился он к сотнику, — что все воины желают отправиться на родину. Но где доказательства этого? Может, ты лжешь? — Глаза кефтианина гневно сверкнули.
— Царь не может обманывать!
— Но все же я хочу поговорить с воинами. Царек ухмыльнулся.
— Ну, поговори.
Гнусная уверенная усмешка кефтианина давала повод думать, что войско действительно на его стороне. И все же стоило попытаться.
Инкий подошел к сломавшейся колонне и поднял руку. Мгновенно установилась гробовая тишина. Атлант начал говорить. Он говорил о великой цели их похода, о славе, о богатстве, которые ждут его участников, о мести за погибших товарищей. Говоря о всем этом, он внимательно всматривался в лица марилов и кефтиан. Они были угрюмы и не предвещали ничего хорошего. Призывы Инкия мало трогали воинов. Ничего не имея против богатства и славы, они слишком дорожили жизнью. А битва с кемтянами вряд ли могла принести славу, скорей всего она могла стоить собственной шкуры. Кроме того, мало кто из кефтиан или марилов знал язык атлантов, а горячая речь и бурные жесты, лишенные осязаемого смысла, были бесполезны. Видя глухое равнодушие воинов, Инкий решил припугнуть их карами великого Зевса. Вот эти слова царек, заранее распропагандировавший толпу, вдруг взялся переводить. Выслушав его бойкие слова, воины грозно зашумели. Приходилось отступить.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
