всегда полезными в родословной рысака.
Хода является почти что сестрой Хвалёного, что видно из ее родословной:
Таким образом, все выводы о Хвалёном остаются в силе и для Ходы. А оба примера только подтверждают, что здесь нет места случайности и на сей раз практика с блеском оправдала теорию.
Если бы можно было доказать, что в кругу той же семьи были аналогичные примеры, то это еще больше подкрепило бы выдвинутую мною теорию, что Хвальный и Хвалёный – чистые Горностаи. И один такой пример я могу привести. Возьмем еще двух лошадей – Ходока и Хвального завода Федоровского.
Ходок имеет с Хвальным общих предков по Подарку, и в этой части родословной выводы совпадают. Ходок, как и Хвальный, оказался замечательным производителем. Это значит, что двух своих лучших сыновей Хозяйка дала при аналогичных комбинациях кровей. Хвальный дал свой лучший приплод от Мглы и Паволоки, кобыл определенно Горностаевой крови. Ходок не имел счастья попасть в завод графа Воронцова-Дашкова, но оказался отцом замечательной лошади, которая создала серию выдающихся рысаков и основала самостоятельную линию. Я проследил этапы заводской карьеры этого жеребца. Ходок родился в 1885 году и был вороной масти. Я это подчеркиваю потому, что у него был родной брат, который родился в 1882 году, тоже назывался Ходоком, но был караковой масти. Это ввело в заблуждение редакторов заводских книг и составителей некоторых указателей: Ходоков перепутали, приписав часть приплода Ходока, рожденного в 1885 году, Ходоку, рожденному в 1882-м. Ниже я покажу, что только вороной Ходок имел значение в заводе и стал известным производителем, а Ходок караковый никакого значения не имел.
Вороной Ходок, как и многие другие лошади завода М.Н. Теренина, попал на конюшню Вахтера. В 1891 году он поступил производителем в завод тамбовского коннозаводчика Н.Н. Пейкера. В дальнейшем вороной Ходок попадает в завод черниговского коннозаводчика В.В. Оболонского, который в 1896 году продал Ходока Государственному коннозаводству. У Оболонского от Ходока было три или четыре бежавшие лошади, в том числе два резвейших сына от Пурги – Погон 2.31,3 и Проворный 5.29,3, а также дочь Крестьянка 5.31. Оболонский не сумел как следует использовать Ходока, но, к счастью для русского коннозаводства, в 1896 году он продал ковровскому коннозаводчику Федоровскому Пургу жеребой от Ходока. От этой случки в заводе Федоровского в 1897 году родился Хвальный. Он имел хороший рекорд 2.22½ и впоследствии стал выдающимся производителем, дав Дебюта 2.16,7, Дельную 2.17,4, Туманную 1.36 (двух лет) и ряд других призовых лошадей.
Чтобы не возвращаться более к путанице, возникшей вокруг двух Ходоков и двух Хвальных, в заключение, как вывод из всего сказанного, укажу: караковый Ходок, р. 1882 г., никогда не состоял ни в одном рысистом заводе производителем и был либо продан за границу, либо взят в городскую езду.
Вернемся к заводской деятельности вороного Ходока. У Ходока и его полубрата Хвального были сильны течения Горностаевой крови, и оба жеребца дали свой лучший приплод от кобыл тех же кровей. Лучший свой приплод Ходок дал от Пурги. Вне комбинации Ходок + Пурга не получилось ничего не только классного, но и сколько-нибудь успешного. Вот почему я с особенным интересом, даже с трепетом, вполне понятным каждому генеалогу, открыл заводскую книгу, чтобы ознакомиться с происхождением Пурги. Я наперед был уверен, что это кобыла Горностаевой крови, но даже не ожидал такой аналогии в происхождении Пурги, Паволоки и Мглы. Все три кобылы родились в заводе графа Воронцова-Дашкова.
Вот схема родословной Пурги:
Таким образом, Хвальный завода Федоровского был создан по тому же рецепту, что Хвалёный и Хода, то есть накоплением Горностаевой крови. Хвального завода Теренина и в еще большей степени Хвального завода Федоровского, а также Хвалёного, независимо от их прямой мужской линии и масти, я считаю самыми типичными Горностаями среди всех рысистых лошадей за последние 25 лет.
Как жаль, что пала Дельная, дочь Хвального завода Федоровского! Как жаль, что погиб лучший сын Хвалёного Хулиган! Какие поразительные результаты можно было бы получить, например, от сочетания Хулиган – Дельная! Я уверен, что приплод этих двух выдающихся лошадей, подобранных на основе изложенного принципа, дал бы блестящий, а может, и феноменальный результат.
Вернемся к Хвалёному. Хвалёный родился мелким и хилым, и в этом отношении он разнился от Бывалого. Он принадлежал к числу тех жеребят, которые только с годами начинают обращать на себя внимание. В таких жеребятах даже знатоки сплошь и рядом ошибаются. Хвалёного поначалу считали далеко не лучшим жеребенком в ставке. Мать Хвалёного Паволоку, как одну из лучших маток завода, содержали по английской системе, и это, конечно, благоприятно отразилось на ее сыне. Хвалёный был отнят от матери, когда ему минуло пять месяцев. В апреле 1893 года он поступил из жеребятника на призовую конюшню Соловьёва, одного из трех наездников Дубровского завода. В середине апреля он первый раз был запряжен в беговые дрожки и пошел совершенно спокойно, как старая лошадь. С этого дня началась его правильная тренировка, и Соловьёву удалось развернуть способности этого призового рысака. Впоследствии Хвалёного работал знаменитый наездник Стасенко. Конюхом при Хвалёном был сначала Демьян Шелкопляк, а потом Степан Денисенко, они убирали Хвалёного вплоть до отправки его на испытания в Москву. Затем он был передан конюху Гавриле Пирогу, и тот убирал Хвалёного до 13 лет, то есть вплоть до окончания призовой карьеры жеребца. 31 декабря 1897 года в призе вне класса Хвалёный в последний раз шел под управлением Соловьёва, после этого бега он перешел в езду к американскому наезднику Ф. Стару. Сначала Стар был наездником в конюшне великого князя, а потом, когда конюшня была ликвидирована, перешел к Феодосиеву. Хвалёный под управлением Стара поставил лучшие рекорды, выиграл Императорский приз и множество других именных призов. Хвалёный в то время был в аренде в конюшне Феодосиева, который считал Хвалёного более резвым, чем Питомец. Феодосиев неоднократно говорил мне, что ему не давали как следует подготовить Хвалёного, и обвинял в этом Измайлова. Бывало, подойдет Хвалёный к высшей форме, а тут наступает время случки и неумолимый Измайлов забирает жеребца в Дубровку. Феодосиев в ужасе просит оставить Хвалёного, но его берут, а когда он возвращается на призовую конюшню, то вся подготовка начинается снова. Так было несколько лет, и только поэтому Хвалёный, по словам Феодосиева, не побил рекорда Питомца.
Призовая карьера Хвалёного была блестящей! Достаточно сказать, что хотя в Дерби
