— У меня нет оснований доверять вам… Будучи темнокожим…
— Да забудь ты про цвет своей жопы! Ох, ну извини, сорвалось. Пушку вот только убери. Так про распределённые вычисления ты знаешь?
— Я закончил Кэмбридж, и имею представление о вычислительных методах. Более того, я являюсь участником ряда общественно-полезных программ, в том числе — дешифровки возможных сигналов из Космоса. Свободные мощности моего компьютера находятся в распоряжении программы CETI-4, и обрабатывают сигналы из космоса… Будучи темнокожим, я…
— Понял-понял, космические сигналы. Так я тебе скажу — твой комп делает ещё кое-что, чего ты не знаешь. Ты к сети подключён, ага? Внешними вычислялками пользовался, да? Так радуйся — у тебя в компе стоит одна маленькая примочка… Не переживай — такая же стоит на любом компе, который хоть к чему-нибудь подключен. Это называется модуль Оболочки. Нужен для распределённых вычислений. А в совокупности все модули образуют Оболочку.
— Вы хотите сказать, что собственность граждан используется без их ведома? То есть Мировое Правительство нарушает права пользователей?
— Тупица. Все вы тупицы. Никаких нарушений. Ты в сеть ходишь бесплатно, да? А ведь это стоит денежек… Ты про это как думал, будучи темнокожим, а?
— Насколько мне известно, во всех цивилизованных странах сетевые услуги бесплатны, поскольку дигитальное неравенство недопустимо… Будучи темнокожим, я поддерживаю эту разумную доктрину, направленную на преодоление диспропорций развития…
— Да хватит же вещать, ты не на кафедре! Так ты подписывал контракт о пользовании сетью? А там, между прочим, написано, что в качестве ответной услуги часть мощностей твоего компа может быть отчуждена в пользу общества.
— Да, разумеется, на общественно-полезные программы, имеющие социальное значение.
— А Оболочка имеет офигенное социальное значение. Это, собственно, программа глобального прогноза. Дико сложная, и к тому же самообучающаяся. И растущая к тому же. Она уже лет десять растёт. И хорошо растёт, я тебе скажу. Да не тычь ты мне в ухо своей пукалкой!
— Приношу свои извинения, это получилось случайно…
— Да хер с тобой, теперь-то уже всё равно… Вот не думал, что Оболочка будет нас убивать таким дурацким способом. Мы-то надеялись, что она нас отпустит живыми… или хотя бы убьёт не больно. А она решила сделать два дела сразу. И нас убрать, и от экстремистов малость почиститься…
— Вы не ответили на мой вопрос. Зачем вы развязали эту войну?
— Оболочка утверждает, что так надо. Дескать, через сколько-то там лет на этой территории возникнет что-то, что угрожает глобальной стабильности. Хотя, я думаю, это была обычная ошиб… О, дерьмо!!!
[грохот]
[тишина, редкие помехи]
— Привет, мир, если ты меня слышишь! С тобой говорит Игор Нунк. И-г-о-р. Этим имечком меня наградил папаша, который любил комиксы. А вообще-то, парни, я чистокровный янки, и этим очень горжусь. Поганое Мировое Правительство превратило старые добрые Штаты в страну уродов, и мне, как гражданину и налогоплательщику, это совсем не нравится. Камрад Котов, что там с ребятами?
— Не называй меня камрадом, заколебал… Извините, что по-русски, ну хреновый у меня инглиш, у нас тут все русский мал-мала понимают, простите, ребята, кому надо — сообразит как-нибудь. Ребята в том зале лежат под бетоном. Потолок рухнул. Мы, кажется, перестарались с тем последним взрывом. В большом зале все мертвы. Мы в комнатке рядом, это что-то типа бара… Тут ещё кое-кто остался из этих. Мировых, блин, правителей. Вискарь тут, небось, жрали, падлы.
— Это Нунк. Мы в баре. Тут есть парочка гадов, но они, кажись, в плохой форме. Их, видать, зацепило. Ничего-ничего, товарищ Котов сейчас окажет им первую помощь…
[непонятные звуки]
— Вот теперь хорошо. Эй, дед, ты говорить можешь?
— Да, сынок…
— О, кажется, американец! Слушай меня внимательно, дед. Или ты разговариваешь вежливо, как джентльмен. Или камрад Котов с тобой ещё поработает… Он русский, а у русских плохо с гуманизмом.
— Я это вижу, сынок… У тебя, кстати, тоже с этим проблемы.
— Ты только не умничай, дед. Вообще-то мы большие гуманисты. Нам нужен мир без войн, без насилия, и без Мирового Правительства. Что непонятно, дед?
— Вот я и спрашиваю, чего вам ещё надо? Без Мирового Правительства — это вы уже получили. А насчёт всего остального…
— Ещё ничего не получили. Пока вы живы…
— Скоро мы все будем мертвы. И вы все тоже будете мертвы. После чего настанет тот прекрасный новый мир, наступления которого вы так неистово вожделели.
— Это неконструктивное мышление, дед… Как там тебя звать-то?
— Адам Чипстоун, председатель Комиссии по контролю Оболочки. К твоим услугам, сынок.
— Игор, да погоди ты возиться с этим старпёром. Нам надо пробиться дальше…
[неразборчиво]…через ту дверь, что там?
— Котов, куда? Котов, стоп! Стоп!!!
[выстрелы, крик]
[тишина]
— Это ещё что за чертовщина?!
— Боевой робот. Просто ваш человек вошёл в зону поражения. Наверное, Оболочка уже перехватила управление роботами. Хотя мы, кажется, в нейтральной зоне. Нас защищают обломки стены. Так что мы ещё поживём. Правда, недолго.
— Стоп. Что, больше никого из ваших не осталось? А это кто тут лежит?
— Это господин Иеремия Смит, наш главный… Кажется, он контужен. Оставь его в покое. Или уж прикончи его сразу, если руки чешутся… У тебя были вопросы? Валяй, я отвечу.
— Так нас всё-таки слышат или нет?
— Разве что сама Оболочка. Декодеры наверняка блокированы.
— Слушай, я так и не понял. Что такое Оболочка?
— Десять лет назад, сынок, я это понимал лучше всех на свете. Сейчас — нет. Я не знаю, что это такое.
— Опять неконструктивное мышление?.. Ты давай говори. И так, чтобы я понял. Иначе, уж извини, я продырявлю тебе пузо. Ничего личного.
— Как ты хочешь, сынок… Да ты сядь. И пукалку свою положи. Сам видишь, бежать нам некуда. С одной стороны у нас бетон, с другой — свинец. Жаль, конечно, что этим всё кончилось. Мы ведь были хорошими ребятами, сынок. Тогда, десять лет назад, когда мы создавали Оболочку, мы были очень хорошими ребятами. А какие были планы… ох, какие у нас были планы…
— Ты говори, говори, дед…
— Сынок, ты всё-таки ещё на что-то надеешься? Зря. Игра-то давно вся вышла. Ладно. Слушай. Понимаешь, мир — очень сложная штука. Мировое Правительство получило власть, когда дела шли ни шатко, ни валко. Тогда, видишь ли, в моде был этакий либерализм, и ещё, как его там, «глобальное мышление». Всем казалось, что все беды на земле — от государств. Вот не будет границ, таможен, налогов, и всего такого прочего — тут-то и наступит благодать. Ну, отменили государства, или почти отменили — так, оставили кое-что для вида, флаги там, гимны, и всё такое прочее… Всю реальную власть получили мы. Мировое правительство. Мы-то думали, что будем сидеть в креслах и пить коньяк, а все дела сами собой сделаются. Два года сидели и пили коньяк, что было, то было. А потом начался всепланетный экономический кризис. А через год — азиатские войны. А через пять лет — массовые отравления синтетической пищей… Ну, и всем стало ясно, что мы не справляемся ни фига. Хотя и старые государства тоже не справились бы. В общем, кранты пришли, а надо что-то делать. Ты меня слушаешь, сынок? У тебя вид какой-то незаинтересованный.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
