Тютюнин напрягся и вспомнил, что действительно была одна вспышка, когда они с Лехой покидали праздник. Неожиданно зазвонил телефон.
– Вот! Вот, достукался! – страшным шепотом произнесла Люба и убежала в туалет.
– Да ладно тебе. Наверное, кто-то ошибся. Тютюнин поставил банку рядом с телефоном и снял трубку.
– Але, вы, наверно, ошиблись? – с надеждой в голосе спросил он.
– Але, брателла, мы не ошиблись. Это ты допустил ошибку, фраерок. – В трубке послышался хриплый смешок. – Короче… эта… пришло время делиться.
– С кем? – автоматически спросил Тютюнин.
– С нами, с зареченской братвой.
– А чем же я буду с вами делиться?
– «Зеленью», огурчик, «зеленью». Короче, у нас тут целая бригада подъехала – прямо к твоему подъезду. Давай спускайся и чтобы тридцать штук в зубах было, уловил, фуфель?
– Уловил… Только, – в горле у Сереги запершило от страха, – только у меня не такие доходы, чтобы…
– Короче, быстро спускайся, серпантин поганый, а то я к тебе сам поднимуся! – рявкнули в трубку.
– Ладно, одну минутку…
Сергей положил трубку и тут же снова снял, чтобы позвонить в милицию.
После нескольких гудков трубку снял дежурный.
– Ну, чего надо? – спросил он без особого энтузиазма.
– С меня вымогают деньги, спасите меня, пожалуйста!
– Кто вымогает?
– Зареченские!
– А сколько вымогают?
– Сказали – тридцать штук!
– Так это для вас много, что ли?
– Конечно много! Я простой рабочий человек! Вы поможете?!
– Ладно, – дежурный вздохнул. – Диктуйте адрес. Серега стал, запинаясь, диктовать, и дежурный записывал, пока не дошла очередь до фамилии.
– Тютюнин моя фамилия! Сергей Викторович Тютюнин!
– Тютюнин?! Так это вы? То есть ты, воровская морда, сирот и стариков обворовываешь?!
– Это какая-то ошибка! Поймите!
– Фотографию твою по телику показывали?
– Мою, только…
Дежурный не дослушал и бросил трубку. Сергей тоже положил свою на рычаг, однако телефон снова взорвался оглушительными звонками.
– Алле… – безжизненным голосом отозвался он.
– Это… Я не понял, баклан, ты мне говоришь типа подождать, что ли? – спросил уже знакомый хриплый голос. – Ты в ментуру, что ли, звонил, фуфуль?
– Никак нет, это я… я просто собираю деньги в мешочек. В бумажный мешочек…
– Короче, жду еще минуту. А потом мы с братвой поднимаемся и пакуем тебя прямо в этот мешочек. Понял?
– Понял.
– Время пошло.
Невидимый бандит положил трубку, и воображение Серега ярко нарисовало ему картину его собственного избиения, а возможно, даже и убийства.
– Нужно что-то делать… Нужно что-то делать, иначе они поднимутся.
Тютюнин наскоро оделся и, пошарив по всем денежным местам в своей квартире, наскреб четыреста тридцать четыре рубля восемнадцать копеек.
Этого, конечно, было мало, но выходить во двор вовсе без денег было настоящим самоубийством.
Из туалета появилась неосведомленная Люба.
– Кто звонил-то? – спросила она.
– Да ошиблись, – буркнул Тютюнин. – Целых два раза… Я пойду на работу.
– Что-то сегодня рановато, – заметила Люба.
– Чем раньше, тем лучше, – ответил Сергей и, открыв дверь, шагнул в неизвестность.
98
Новый день, как, впрочем, и прошедший, обещал Живолуповой много забот и денежное вознаграждение по способностям, поэтому, пересилив пенсионную лень, она встала пораньше.
Послушав гимн в советский редактуре, она сделала короткую зарядку и, скушав простокваши, собралась на работу.
Потертый ридикюль, валидол, бинокль и парабеллум. Что еще нужно пожилому человеку?
Оторвав на бумажном календарике вчерашнее число, Живолупова погрозила кулаком отстававшим часам с кукушкой и вышла из квартиры.
Чтобы размять старые кости, она стала спускаться по лестнице, размахивая загруженным ридикюлем и насвистывая «Нас утро встречает прохладой».
С первого этажа донеслись незнакомые голоса, Гадючиха замедлила шаг и пошла потише.
Она почти наверняка знала, кто там может оказаться, и вовсе не удивилась, обнаружив троих «быков» в кожаных жилетках и со стрижеными головами квадратной формы.
– Опа, это по какому случаю тут распиваем? – с ходу поинтересовалась Живолупова.
– Ты гляди, типа очевидное невероятно! – оживился один из «быков». – Эта клюшка еще и разговаривает!
– Вали отсюдова, а то костыль-нога отстегнется, – любезно предложил другой «бык».
– Ребятки, – миролюбиво начала Живолупова, – я ведь чего спрашиваю – это моя территория и я с нее кормлюся. Пенсии не хватает. – Живолупова вздохнула. – Поэтому скажите мне, вы по какому здесь поводу, случаем, не в семьдесят седьмую квартиру?
– А ты ему кто – мамаша?
– Не мамаша, но лицо заинтересованное.
– Ну, лицо, короче ты напросилось… – мрачно пообещал бандит, которому надбровные дуги заменяли лоб. Он угрожающе двинулся на Живолупову, и та была вынуждена ударить его рукояткой парабеллума.
Второго бандита она ткнула стволом в живот, от чего бедняга согнулся пополам, третьему – заехала головой в лицо.
В одно мгновение все было закончено, и Живолупова, выйдя на крыльцо, поманила пальцем водителя большого «мерседеса».
Почувствовав неладное, тот осторожно приблизился. Живолупова схватила его за шиворот и втащила в подъезд.
– Только не убивайте, бабушка! – взмолился он, увидев в ее руках странное оружие.
– Да я и не собираюсь. Просто забери отсюда все это барахло, – Живолупова указала пистолетом на бесчувственных бандитов, – и езжай себе с миром. Минуты хватит?
– Хватит, бабушка, хватит! – обрадовался водитель и стал перетаскивать кровоточащие тюки в машину.
Еще через несколько секунд «мерседес», как подорванный, выскочил со двора.
99
Когда лифт скользнул вниз, Тютюнин почувствовал себя так, будто его заживо опускают в темные и сырые пещеры.
Потный кулак сжимал в кармане собранные отступные, Серега лихорадочно соображал, следует ли ему ждать, пока бандиты пересчитают принесенные деньги, или сразу мчаться куда глаза глядят, чтобы оттуда прямиком на вокзал и в какой-нибудь Занзибар, к пигмеям.
С одной стороны, немножко хотелось умереть героем, однако с другой – даже представить такое было страшно, к тому же нужно было как-то отвлечь внимание от Любы. Ей ведь тоже предстояло идти на работу, и если ее захватят в заложники, на фабрике за это не похвалят. Все начальство у Любы было сволочное. И они вполне могли сказать, что прогуляла.
Лифт остановился, створки разъехались.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
