За механизмами с правой стороны наблюдал, подергивая себя за раздвоенную бороду, сам капитан Хорас. Палуба гуляла под ногами, но держался он прямо, как на твердой земле. Исполнял обязанности третьего члена экипажа, для которого места на борту не хватило. Однако о капитанской роли не забывал.
— Лево руля! — крикнул он кормчему. — Лови ветер кормовыми!
Это и впрямь был его корабль. Казалось, каждый толчок, каждое содрогание судна капитан понимает, даже не глядя на механизмы. Тилар не собирался ему мешать. Да он и стоял здесь лишь на тот случай, если понадобится кровь. По его жилам текла сырая Милость, к тому же водяной стихии, не воздушной. Но сила есть сила, и если вдруг…
Корабль резко накренился. Палуба ушла из-под ног, Тилар повис на поручне. Сердце сжалось от ужаса.
Капитан Хорас легко сбежал по наклонной палубе, хлопнул по плечу кривоногого коротышку.
— Подлей-ка сюда… и сюда. — Он показал на две слюдяные трубки, которые шипели и дымились.
— Удержат? — спросил коротышка, поворачивая бронзовые рукоятки.
— Должны, — ответил капитан.
Кормчий тем временем выправил крен. Палуба выровнялась. Хорас, двинувшись обратно на свой пост, остановился возле Тилара. Тот как раз утвердился на ногах. Глаза их встретились.
— Как алхимия, — спросил Тилар, — держится?
— Мы теряем воздух, — ответил капитан. Увидел в глазах регента тревогу и добавил: — Обычный, не алхимический. Боги урагана нас видят. Я так и чувствую, как их темная Милость вьется вокруг, пытаясь найти лазейку, чтобы высосать силу алхимии. Но механизмы работают устойчиво.
Флиппер вдруг ухнул вниз. В глубине его кто-то вскрикнул. Затем палуба вернулась на место, и Тилар, не удержавшись, грохнулся на колени.
Капитан Хорас приземлился на ноги без труда. Махнул в сторону ока.
— Боги поняли нашу хитрость. И нам противостоит не только темная Милость. Еще и ветер — от него желчь не спасает. Они пытаются сдуть нас с небес на землю.
— И что нам делать? — спросил Тилар.
— Лететь, ваша светлость. Для того мой корабль и создан! — недобро ухмыльнулся Хорас. — Мы будем лететь, пока нас не остановит земля.
Тилар поднялся на ноги.
— Капитан! — воззвал со своей высоты кормчий. И показал вниз.
Перегнувшись через поручень, Хорас и Тилар увидели, что на нижней части ока, вымазанного черным, появились прозрачные прожилки.
— Теряем желчь, — сказал Тилар.
— Снег… ее сбивает метелью… — Хорас, оттолкнувшись от поручня, поспешил на свой пост.
Корабль снова накренился — на один борт, потом на другой. У Тилара заложило уши.
— Теряем Милость! — прокричал Хорас. — Они прорываются! Открыть все краны! Полный напор!
На глазах у Тилара с нижней поверхности ока исчез огромный пласт желчи. Черноту сменила белая круговерть урагана. Тилар всмотрелся в нее, ожидая увидеть темный глаз, заглядывающий внутрь. Но различил далеко внизу, почти у самой земли, светящиеся, подобно глубинным рыбам Мирашской впадины, шары, которые плыли и кружились на ветру.
Пока он пытался разглядеть, откуда они берутся, уши закладывало все сильнее. Ураган затягивал их в свои недра. Круглые огни внизу приближались.
Хорас снова пробежал мимо, Тилар оглянулся на него.
— Чем больше Милости мы жжем, — сказал тот торопливо, — тем больше они ее воруют!
Тилара вдруг осенило, и он поспешил за капитаном, крикнув ему вслед:
— Тогда прекратите жечь!
— Хотите, чтобы мы поскорее разбились? — ответил Хорас.
Тилар подошел ближе к капитану и коротышке, и в его голосе зазвучала сталь:
— Вы сказали, что корабль ваш создан, чтобы летать! Так пусть летит! Перекройте Милость. Пользуйтесь, пока возможно, только ветром. Пусть думают, что нам конец — Милости не осталось!
Глаза капитана озарились пониманием.
— Безумие…
— Пролетите сколько сможете.
Хорас кивнул. И принялся вдвоем с коротышкой спешно закручивать рукоятки и перекрывать клапаны. Кипение в слюдяных трубках стало ослабевать.
— Капитан! — закричал кормчий, обнаружив внезапное исчезновение Милости.
— Нос вверх! — скомандовал тот. — Правь на юг против ветра!
Кипение прекратилось, только дымок еще поднимался над трубками. Капитан приказал коротышке:
— Держи механику наготове. Заряженной и горячей. Жди знака.
И вернулся вместе с Тиларом обратно к поручню. Нос корабля пошел вниз. Кормчий отчаянно старался поднять его, направить против ветра. На миг это удалось, и судно начало взлетать, а не падать. Но борьба была безнадежной.
Они нырнули снова.
Тилар перегнулся через поручень. Земля приближалась, шары, которые кружил ураган, росли. Их голубое свечение становилось ярче, наливалось силой.
Вскоре флиппер вошел в круг света, шары затрепетали, потревоженные поднятой им воздушной волной. Озаренные мертвенным холодным сиянием, понеслись под днищем судна холмы.
Не безлюдные.
Их заполоняло огромное войско.
— Духи ветра, — сказал, всмотревшись, Хорас.
Над землей и впрямь кружились по спирали тонкие, длинные фигуры — мужчины и женщины, порожденные алхимией, как земляные великаны и вальд-следопыты, только воздушной.
Но Тилар даже с такой высоты разглядел, что тела их имеют неестественные формы. Вспомнил крылатую тварь, которая напала на его отряд в Чризмферри. Она выглядела точно так же. Эти духи ветра были превращены темной Милостью в зверей.
— Уподобленные, — произнес Тилар.
Крик кормчего отвлек их от созерцания духов. Холмы росли на глазах. Капитан напрягся.
— Готовсь! — крикнул он.
Еще мгновение… земля устремилась навстречу…
— Давай!
Коротышка рванул рычаг. Высвобожденная кипящая алхимия хлынула в механизмы. Те окутались облаком пара.
Кормчий, пытаясь держать круто к ветру, тянул за рычаги управления так, словно надеялся развернуть корабль силой собственных мышц. Но тут на помощь ему пришла иная сила.
Механизмы напитались Милостью.
В трубках забурлили алхимические составы.
Хорас кинулся помогать коротышке. Тилар остался на посту у поручня.
Холмы все приближались, метель густела, готовая принять киль корабля в свои объятия. Осталось позади войско духов вместе со светящими шарами.
Внизу кружил только снег.
Медленно… очень медленно нос поднялся на один уровень с килем. Судно понеслось над вершинами на высоте не более человеческого роста. Потом рванулось вверх. Противники, захваченные врасплох, не успели пустить в ход темную Милость. Воздух в алхимических составах остался невредимым.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
