— Голова кружится? Хм, странно… вроде нормально все, — глазки чуть приоткрыла и фыркнула.
Эд снова совершал странные движения над мои животом, словно оглаживая его, но на расстоянии.
— Карина! Довольно придуриваться. И что ты дуешься, как ребенок? От маслят у тебя живот заболит, а нам еще лететь… эм, прогулка же у нас…
Я приоткрыла снова один глаз.
— Лететь? На чем?
— Скажу, если перестанешь дурить. Не пойму, ты всегда такая была, или это беременность на тебя влияет?
Села, придерживая простыню на груди, игнорируя вспыхнувший огнем взгляд князя, который дырку готов был прожечь на этой самой простыни, и возмутилась в очередной раз.
— Это ты сейчас намекаешь, что я дура?
— Нет… что ты, не намекаю, — словно в трансе ответил Эд, и потянул ручки к моей груди.
Врезала я ему по этим ручкам звонко.
— То есть ты прямым текстом сейчас говоришь, что я — дура!!!
Князь пришел в себя, спрятал руки за спину и вообще с кровати свалил.
— Нет! Я этого не говорю. И не собираюсь говорить. Ты умная, красивая, иногда странная, очень страстная женщина. Но ты — моя женщина, и ты мать моих детей!
— Будущих детей, — поправила я его.
— Они уже существуют, — тыкнул пальцем в мою сторону, то есть в сторону моего живота. — И они уже все слышат и понимают. И поверь, им неприятно, что ты все время стараешься поссориться с их любимым папочкой.
И так посмотрел снова на мой животик, что я даже засомневалась, не лезут ли детки из него прямо сейчас.
— Папочка… тоже мне, папочка нашелся, — буркнула я обиженно, и легла, укутавшись еще и толстым одеялом, отвернулась от князя, и даже с головой накрылась.
И вот лежу, прислушиваюсь к звукам снаружи, и представляю, что князь сейчас бросится в ноги, начнет прощение просить, как в дешевом водевиле. Хихикнула мысленно, понимая, что глупо себя веду, посему — откидываем одеяло, требуем одежду и летим, куда нас полетят.
Все бы ничего, но вместо князя снаружи обреталась Жануария, вся бледная и осунувшаяся. Эд, зараза, слинял?!
Заметив, что я уже не сплю, быстро пронеслась до кровати, вывалив поверх одеяла одежду, именно ту, о которой и говорил ранее Эд. Пока облачалась, она все молчала, словно не решалась на разговор. Когда я накинула куртку, как завершающий аккорд в одежде, решила все же начать первая:
— Жанна, что случилось? Ты как в воду опущенная.
Та прикусила пухлые губки и приблизилась ко мне… к самому ушку.
— Мне бы переговорить с вами… так, чтобы никто не слышал, — прошептала она, и тут же отпрянула в сторону, бросая опасливые взгляды в сторону двери, ведущей в коридор.
— Так говори, мы же одни.
Женщина замотала головой, и приложила палец к губам, затем постучала указательными пальчиками по ушам и обвела им же воздух вокруг себя.
— Прослушивается? — спросила я одними губами.
Та кивнула. Я недовольно нахмурилась, считая, что князь перегибает палку в своей осторожности.
— А что делать тогда? — опять вопрос в жестах.
Жанна схватила меня за запястье и потащила из комнаты… по коридору, затем вниз по лестницу, и дальше мы уже шли быстрым шагом в сторону каких-то подсобных помещений мимо кухни, плутали коридорами, то вверх, то вниз… у меня даже голова кругом пошла. Уж не похищение ли это? Я же потом назад дорогу не найду!!!
— Жанна, довольно, куда ты меня тащишь? — притормозив, устало взмолилась я.
— Все… тут можно и поговорить, — услышала я ее голос наконец.
Осмотрелась. Какой-то большой зал, огромные стрельчатые окна во всю стену, открывающие вид на водные просторы и залитые солнечными лучами небеса. Красиво!
— Ну, говори уж, — повернулась к женщине, которая вдруг бросилась мне в ноги.
— Не губи. Помоги, прошу… — завыла она.
— Да что случилось??
— Случилось то, что мое счастье зависит только от тебя! — Жанна вдруг прекратила нытье, поднялась с колен, отряхнулась, и деловым тоном продолжила — Глава дома Изумрудных, маглор Зейрус, покорен мною безвозвратно, просит моей руки и что там еще полагается в таком случае, но…
— И как это ты умудрилась покорить этого производителя кроликов? — не удержалась от подколки, за что и схлопотала укоризненный взгляд.
— Приворотное зелье, — удрученно покаялась Жанна, — если кто узнает, мне будет худо.
— Погоди-ка, а зачем приворотное-то? Он же был вроде и так не против?
— В том-то и дело, что без женитьбы — не против, они же те еще… маги, — опечалилась бывшая карга, — а вот с женитьбой — плохи дела. Им же все помоложе подавай, а я-то с иллюзией, а он знает. Вот.
— Зачем он тебе? Неужели так хорош в постели? — округлила я глаза, сама лихорадочно вспомнила, что мне говорил князь о своих магах. Один месяц в году для спаривания!
— Ох, хоро-о-ош, если бы ты знала! Хотя нет… лучше не знать тебе, а то князь прибьет. Ревнивый он, жуть какой. Да и мне Зейрик мой самой нужен.
— А чем я могу помочь?
— Так это… уговори князя согласиться, а? Ну что тебе стоит, Изаура, милая? Мы же подруги, а?
— Блин, Жанна, еще раз меня так назовешь, хана нашей дружбе! — рассердилась я.
— Э-э-э… так твоим именем нельзя. Умру враз. Правда потом могу воскреснуть, кто его знает. Но все равно не приятно.
— Тогда зови Ри.
Жанна кивнула и уставилась на меня с мольбой во взгляде.
— Ну, не знаю… Князь сам себе хозяин, — пожала плечами. — Кстати, нас не потеряют?
— Неа, там Тигрея нагрянула раньше времени.
— Что?! Почему?!
Жанна сузила глазки, и зашипела:
— Су… в общем, стер… тьфу, нельзя вслух-то… давай так, я тебе кое-что поведаю, про нее и про князя, и про Синеуса, а ты мне поможешь? — и даже дыхание затаила, торговка чужими секретами.
— Ну-ну, — хмыкнула я, — что ты можешь мне рассказать, о чем мне князь не скажет? И не боишься, что твоя болтливость обойдется тебе потом боком?
Жанна нахмурилась, закусила нижнюю губу, и снова вздохнула.
— Понятно. Не хочешь помогать. Ну и ладно. Только не надейся, что он тебе о себе что-то расскажет в истинном свете.
Теперь моя очередь кусать губы и хмуриться. Зачем, спрашивается, возводить Жанне напраслину на Эда, неужели до сих пор злится на него из-за Мерседес?
— Жанн, у нас с тобой какой-то странный разговор получается, не находишь? — подбоченилась я. — Ты явно нуждаешься в помощи, но не просишь ее, как все нормальные люди, а пытаешься подкупить. Зачем?
Женщина отошла от меня подальше, так что тень от стен закрыла ее лицо.
— Жа-а-ан, признавайся, в чем проблема?
— Проблема?! — вдруг зашипела карга, заметавшись из стороны в сторону. — Ты слышала когда-нибудь о привязках и той силе, которая дается кукловоду, если поставленная им привязка закрепляется благословением Тигреи и добровольным согласием объекта привязки? Вижу, что не слышала. Еще бы… стал бы он тебе что-то объяснять!
