— Что? Дуэль? — зло рассмеялся Горм. — Да ты действительно потерял всякий страх, Тейн Фоули.
— Да, дуэль. Но прежде я предъявлю вам настоящего убийцу Рида Брегера и докажу, что моя жена Адриана жива. А также докажу, что девушка, которую вы упорно называете рабыней, на самом деле является наследницей знатного рода магов.
— Забавно, — процедил Архимагистр, когда я вышла из тени раскидистого дерева и встала рядом с Тейном. — Я слышал, что от страха у некоторых магов случаются помутнения рассудка, но чтобы человек нёс бред с такой уверенностью на лице…
Мартейн взял меня за руку, укрывая защитным барьером. На нас пока не собирались нападать, но в воздухе повисло страшное напряжение. Горм кивнул законникам, и они приготовились к нашему сопротивлению.
— Взять их обоих! — еле слышно прошипел Горм.
— Вы нарушаете закон, Архимагистр, — сказала я. Тейн до боли стиснул мои пальцы, но ему уже было меня не удержать.
— Рабыня смеет бросать обвинения главе Магистрата?
Не веря собственным ушам, Горм направил острие посоха мне в грудь. Ещё дюйм — и грозное оружие коснулось бы магического щита Тейна. «Эли, что ты делаешь!» — шепнул мне любимый.
— Я вас не боюсь! — выдохнула я, глядя Горму в глаза. — Прольёте хоть каплю моей крови, потеряете дар. Я ваша дочь, Архимагистр. И моя мама, которую вы двадцать лет назад приказали сбросить со скалы в море, тоже здесь!
46
Архимагистр Горм замер, нависнув надо мной как каменное изваяние в тёмных одеждах. Со стороны казалось, что он сохранил холодную невозмутимость, но я видела, как на его щеке непроизвольно дёрнулся мускул. Побелевшие губы сжались в тонкую линию, готовые вновь отдать приказ или извергнуть проклятие. Один из воинов, которые должны были арестовать Тейна, громко звякнул миралитовыми кандалами.
— Надеюсь, все понимают, что всё сказанное этой девчонкой — чудовищная ложь? — медленно проговорил Горм, прищурившись и сделав шаг назад.
Я отметила про себя, что законники не закивали головами, как тупые болванчики, а молчаливо переглянулись. Следователь принялся хмуро перелистывать листы бумаги, закреплённые на деревянном планшете. Тем временем моя мама вышла из дома и подошла ко мне и Мартейну. Мне совсем не было страшно. Если бы понадобилось, я бы, не дрогнув, пересказала сказку, услышанную от старой рабыни, от начала и до конца.
— Что вы стоите? — выплюнул Архимагистр помощникам. — Закуйте их в цепи и отвезите в Холодную пещеру!
— Согласно закону, мы обязаны принять к сведению обещанные господином Мартейном Фоули доказательства, — сухо и скрипуче сказал следователь. — Дождёмся их, прежде чем приступать к действиям.
— Вот первые доказательства. — Тейн показал на маму. — Эта женщина двадцать лет назад была пленницей в башне невольников на острове Найра. Одной из многих молодых девушек, которых после объявили пропавшими без вести или погибшими в море. По её словам, Архимагистр Горм выбирал себе рабынь для утех, а когда выяснялось, что девушка беременна, приказывал утопить её в море. Ей удалось спастись и уплыть с острова на рыбацкой лодке.
— Каким же образом ей это удалось? — поднял брови следователь. В его светлых глазах читалось неподдельное изумление, он словно не верил, что всё происходит всерьёз.
— Довольно слушать этот бред! — рявкнул Горм.
— Пусть ответит! Мы ведь никуда не торопимся, господин Виклунд.
Мама, в отличие от меня, не смела поднять глаз от земли, только кусала губы и качала головой.
— Не знаю, господин. В тот день случилось нечто ужасное. Демон… Огромный злой демон вынырнул с морского дна. Он набросился на людей, которые привели меня на берег. Убил их всех. Я не помню, как отыскала лодку. Хотела украсть её, но не получилось, меня заметил рыбак, хозяин лодки. Он сжалился надо мной и отвёз на безымянный остров в маленькую деревню. Несколько месяцев спустя на селение напали бандиты… и продали нас в рабство. Тех, кого не убили и кто не убежал, конечно. Я не смогла убежать, потому что вот-вот должна была родить. Так у меня появился новый хозяин. В его доме я и родила Эли.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
Следователь сделал несколько пометок на чистом листе.
— Демон, невольницы… Все это напоминает мне одну древнюю легенду. Нет, сказку. О злом волшебнике и рабыне по имени Рут.
— Этой сказке всего двадцать лет, — сказал Мартейн. — А Эли как раз девятнадцать.
— Вы тоже, — законник указал на Тейна кончиком пера, — утверждаете, что ваша, кхм, рабыня на самом деле вовсе не рабыня, а дочь господина Виклунда?
— Да.
— Что за абсурд?! — вскричал Архимагистр, ударив посохом по камню под ногами. — Мы собрались здесь не для того, чтобы обсуждать сказки и легенды! Фоули обвиняется в совершении реальных преступлений, а представители закона стоят и слушают весь этот спектакль! Моя единственная дочь находится сейчас дома, на Найре, а этих рабынь я вижу в первый раз, как женщину, так и девицу, посмевшую открывать рот без разрешения.
Я многое хотела бы сказать сейчас моему отцу! Наверняка он не помнил лица моей матери, как не помнил и лиц других загубленных им невольниц. Какая мелочь — девчонка стоимостью пять сотен монет. Совсем не обязательно запоминать внешность, если можно назавтра купить пару новеньких, ещё не поломанных игрушек! Но я понимала, что пока нужно придержать язык и дар, который клокотал во мне обжигающим огнём.
— Мы на Асфе, господин Виклунд. Нет ничего проще, чем проверить утверждение этой девушки прямо сейчас. Отведём её к Алтарю Родовой стихии и узнаем правду.
Кажется, Горм не был готов к такому повороту.
— Где остальные доказательства, Фоули? — крикнул он своему оппоненту.
— Так уж сложилось, что они тоже на кладбище. Там же, где Алтарь, — ответил Мартейн.
* * *
Я ждала этого дня со страхом и с надеждой. Ждала дня, когда капля моей крови упадёт в маленькую чашу на алтаре и случится чудо — я узнаю о своём происхождении. А вышло так, что тайна раскрылась мне совсем иным способом. Да, существовала ещё разбавленная, почти исчезнувшая магия предков моей мамы, ведь мама на восьмую часть была волшебницей, но мой дар был, разумеется, унаследован от отца.
Пока служители закона, помощники Горма и свидетели убеждались в том, что Адриана жива, хотя и душа её находится в сумраке, Роберт Ниалл привёл пятерых наёмников в серых мантиях. Тех самых, что убили Рида и должны были расправиться с Мартейном. Казалось, это было так давно, в другой жизни!
— Супруга Мартейна Фоули, госпожа Адриана Гилмур, действительно жива, хотя и находится без сознания, — сказал следователь. — Но кто же из этих странных личностей является убийцей Рида?
— Спросите старшего, — посоветовал Ниалл.
Бывшие прихвостни Горма сильно изменились. Клятва на крови, данная Архимагистру, постепенно забирала их жизни. Кожа их стала землистого оттенка, рты и глаза ввалились. Только лихорадочный блеск зрачков всё ещё хранил признаки живых существ.
— Мы убили Рида Брегера, — говорили они как зачарованные. — Нам было приказано.
— Кто же отдал такой приказ? — поинтересовался законник.
— Господин Горм, — ответил старший и в тот же миг рассыпался в чёрную пыль.
— Это же почти мертвецы, — сплюнул сквозь зубы Архимагистр. — Они говорят то, что им велел некромант!
— Господин Горм, господин Горм, господин Горм, — звучало эхом, и тела превращались в прах на глазах у следователя и свидетелей.
Архимагистр побелел от злости, но всё ещё старался сохранить лицо, время от времени ядовито комментируя предъявленные Мартейном доказательства. У Алтаря Родовой стихии он выхватил кинжал, спрятанный под мантией, и бросил на меня уничтожающий взгляд.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
— Подойди сюда, рабыня, и сознайся во лжи, пока твоё сердце ещё стучит!
— Нет, Эли. — Тейн поймал меня за талию, но я мягко освободилась от его рук.
— Да. Я подойду. Он не причинит мне вреда.
Сама не знаю, откуда во мне была такая слепая уверенность. Я смотрела в чёрные, пылающие ненавистью глаза собственного отца и думала, что никогда не стану такой, как он. Никогда не позволю гордыне и тьме взять верх над моим природным даром стихий.
